— Север Железный, ура! — Чешуйчатый затанцевал, показывая чужакам неприличные жесты: — Отсосите, уроды! Хана вашему верховоду! Наш-то покруче будет!
— Ура Железному Северу! — закричал Зэ, спрятавшийся за камень рядом с Сахарком, потирающим ушибленный бок.
— Север — наш верховод! — поддакнул Скю.
Только Йогоро не радовался, склонившийся над телом поверженного Фурга. Север метнулся к лохматому мутанту, чтобы исцелить его, но тот был мертв. Закрыв ему глаза, Север поднялся и повернулся к замершим мутантам Мертвого Глаза, попытался их пересчитать — как минимум двадцать — и проговорил:
— Есть желающие оспорить мое верховодство?
Запуганные деспотичным Мертвым Глазом, который теперь действительно был мертвым и соответствовал своему имени, они вытянули шеи, готовые ко всему. Самые трусливые попрятались за телеги.
Вперед выступил тщедушный лысый мутант в обносках, упал на колени, воздел непропорционально длинные руки.
— Ура Северу Железному, — робко проговорил он, и остальные тоже попадали на колени, скандируя сперва тихо, а потом все громче и громче:
— Северу Железному — ура! Северу Железному — ура!
Тот окинул взглядом зародыш своего будущего войска. Войска, с которым он пойдет на Империю и которое положит конец вражде между людьми и мутантами.
Пожелал — и метаморфизм усилил голосовые связки так, чтобы глас его звучал мощно и внушительно, чтобы каждого из новеньких до костей пробрало:
— Встаньте, сыны Пустошей! Мы с вами равны. Я принимаю вас в свой рейд на равных условиях. Больше никаких унижений и побоев!
— Ура Северу Железному! — крикнул длиннорукий мутант уже увереннее, и окрестности утонули в многоголосом реве.
Глава 7. Герой Рванины
Оставив команду, Север зашагал за Скю по оплавленным темно-серым камням, таким горячим, что резиновая подошва ботинок, снятых с Мертвого Глаза, задымилась, размякла. Лука решил, что передвигаться босиком удобнее, и отдал обувь перекошенному. Метаморфизм сразу же предложил увеличить сопротивляемость кожи высокой температуре и адаптировал стопы под новые реалии.
— Мы точно не заблудились? — спросил Север, останавливаясь перед оплавленными глыбами в человеческий рост.
— Зуб даю, — закивал перекошенный. — Ща будет разлом, мы его обойдем слева, а дальше — штука, про которую я говорил. Туда можно заныкать барахло…
Скю было горячо, и он пританцовывал на месте, с опаской поглядывая на верховода, шагающего босиком.
— Потом к своим вернемся, а там до Рванины рукой подать.
Как рассказали Северу, так мутанты называли небольшое поселение — этакий перевалочный пункт для рейдеров, где те могли отдохнуть и потратить добытое на женщин, сытный ужин и ночлег.
— Цены там скупщики ломят, конечно, — вздохнул Скю, когда рассказывал о деревне. — Но другие такие места в днях перехода, а это ближайшее к Очагу. Ладно, сам увидишь, верховод.
Они уже почти выбрались из Очага Пустошей, где проклятие Двурогого было особенно сильным, и до Рванины рассчитывали добраться уже к концу дня.
А вот что такое «разлом», Север увидел, когда обогнул камни. И невольно отступил. Это было озеро локтей сорок в длину и ширину, заполненное пузырящейся лавой. То здесь, то там надувались и лопались пузыри, испуская запах тухлых яиц. Чуть дальше, за озером, что-то шипело, словно там свернулась гигантская змея.
Скю вытер пот и сказал:
— С этого края безопасно, а там…
В подтверждение его слов из недр земли со свистом вырвался поток газа и вспыхнул, превратившись в факел невидимого факира, Скю аж подпрыгнул от неожиданности.
— Идем, верховод, а то расплавимся к хренам!
За озером виднелась ровная площадка, где и земля, и камни были покрыты застывшей стеклянистой коркой. Уровень радиации зашкаливал — метаморфизм снова вывел цифры логов, предложив немедленно покинуть небезопасную территорию.
Место, о котором говорил Скю, находилось между двумя глыбами… Издали оно напоминало пещеру. Но когда Север подошел ближе и заглянул внутрь, понял, что это тоже штуковина, пережившая древнюю войну и частично сохранившаяся до наших дней. «Наверное, ровесница той базы», — подумал Лука, глядя на оплавившийся металл. Удивительно, но за столько столетий он лишь поржавел, а вот все остальное рассыпалось в труху, и теперь останки напоминали панцирь издохшего насекомого, закопанного в землю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Здесь проклятье Двурогого жжёт даже нас, — прохрипел Скю. — Никто сюда не попрется.
Север пролез в пещеру и закопал там серебристый костюм, набитый плазмоганами. Неизвестно, как их использовать и пригодятся ли они вообще, но тащить это добро с собой в Убежище точно не стоило.
Закончив, они вместе со Скю побежали к рейду, где в их отсутствие за главного был оставлен Йогоро.
Когда Север выскочил из-за валунов, народ прятался в тени. Причем мутанты Мертвого Глаза были так измождены, что у некоторых не хватало сил даже на то, чтобы стоять. Опыт Эск’Онегута подсказывал, что солдат (а Лука рассматривал мутантов как своих будущих воинов) не должен терпеть лишения и унижения. Половина успеха будущей войны — заинтересованность рядовых в победе и доверие командиру.
Мертвый Глаз был плохим верховодом, он не жалел людей.
Увидев Севера, мутанты повскакивали и вытянулись в ожидании распоряжений. Верховод хлопнул в ладоши, привлекая внимание, и усиленным голосом пророкотал:
— Сыны Пустошей! — Громкие слова нашлись сами, помог опыт императорства, а у мутантов от такого пафоса глаза полезли на лоб. Заметив это, Север перешел на язык попроще: — Короче, план такой. Идем в Рванину, отъедаемся, высыпаемся. Суток, думаю, хватит, чтобы набраться сил, а дальше — в Убежище.
Лука понимал, что нужно найти золотую середину: мутанты, хорошо понимающие только язык силы, сядут на голову, если дать им слабину, но и гнобить их тоже не стоило.
Обостренный слух позволил ему услышать слова одного из новых подчиненных, сказанные Жабе:
— Слышь, кажись, ваш верховод-то нормальный мужик?
— Зверь, вообще-то! — сделав бешеные глаза, ответил чешуйчатый. Не иначе, решил поддержать авторитет лидера. — Только пискни не по его, башку оторвет и нюхачу скормит!
Глядя на тех, кто ему доверился и подчинился, Лука подумал — мало того что они рано гибнут из-за проклятия Двурогого и агрессивной фауны Пустошей, так еще и самые сильные убивают друг друга пачками в борьбе за лидерство, и нужно будет что-то с этим делать, ведь не золото самое ценное, не природные недра, а люди.
Север, как и полагалось верховоду, возглавил процессию и по дороге с интересом изучал враждебный ландшафт. Самым важным было не нарваться на засаду пожирателей или еще каких монстров, но и без того им встречалось много любопытного. «Как в кошмаре», — подумал Лука. Окажись он здесь еще год назад, сразу умер бы от страха.
Когда он, еще будучи императором Маджуро и двигаясь к северным баронам, впервые оказался в Пустошах, пейзаж был не сказать, что привычным, но относительно нормальным: пески, холмы, мелкие камни, рыжие пучки сухой травы, кое-где даже деревья попадались. Здесь же, в Очаге Пустошей, когда-то плавилась сама земля, теряли форму камни, рвалась твердь, и теперь в разломах либо пульсировала магма, либо пузырилась смолянистая жидкость, и в обоих случаях, исходя едким дымом, в небеса взлетали струи горячего пара и пепла. Даже истинные мутанты чувствовали себя некомфортно.
— Все, братва, давай ускоримся! Если повезет, спать будем сытыми, бухими и с бабами под боком! — Жаба знал, как мотивировать изможденных мутантов, все ускорили шаг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Бывший рейд Мертвого Глаза остался в неведении относительно того, куда отлучался их верховод, остальные же условились молчать о странных находках и подземной базе. Бытовая утварь — другое дело, ее мутанты рассчитывали обменять на еду или что-нибудь полезное, Север же даже не представлял, что такое Рванина, как выглядит мутантское поселение и какие там правила.
