– А если это серьезное дело доставляет тебе удовольствие? – Он лениво обмахнулся шляпой.
Ларк всплеснула руками.
– Если вы не будете вести себя тихо, вас узнают и снова бросят в застенки.
Его смех рассек ночной воздух.
– Едва ли, радость моя. Оливер Дакки умер на виселице в Ньюгейте. Если вы ничем не выдадите себя...
– Этого не случится, – уверил его Снайпс.
– Тогда никто и не вспомнит казненного простолюдина. – Оливер развел руками. – Неужели я похож на того грубого и немытого мужика с дурными манерами?
–Онтакжемногоболтал, —заметил Снайпс. – Милорд, я хотел бы, чтобы вы с большей серьезностью отнеслись к опасности, которая нас ожидает.
Оливер пожал плечами и посмотрел на пустой рукав доктора.
– Как ты получил увечье, Финеас? Снайпс отвернулся.
– Это было давно. Меня сломали.
– Доктор Снайпс... – начала было Ларк.
– Меня сломали, – повторил он громче. Он потряс обрубком руки. – Вот напоминание о тех днях. Снайпс был трусом и предал своих друзей.
– Успокойся. Все это в прошлом. Пора двигаться в путь, – спокойно сказал Оливер.
Ларк позволила ему помочь ей сесть в лодку. Как всегда, его прикосновение наполнило ее теплом, у нее перехватило дыхание и приятно заныло внизу живота.
Она пыталась не смотреть на Оливера, пока он снимал плащ и натягивал пару блестящих кожаных перчаток. Но вот он взялся за весло, и Ларк невольно залюбовалась его уверенными, мощными движениями.
Повернув голову, Ларк посмотрела на доктора, который сидел у руля. Молчаливый и скрытный, он редко говорил о себе откровенно, как несколько минут назад. Казалось, он тоже проникся симпатией к Оливеру де Лэйси.
Лодка достигла середины реки, когда Оливер нарушил молчание:
– Расскажите мне о человеке, которого мы будем спасать. Об этом Ричарде Спайде.
Ларк взглянула на доктора Снайпса. Могут ли они довериться чужаку? Снайпс пожал плечами. Оливер, казалось, почувствовал их нерешительность.
– Вы можете рассказать мне только то, что уже и так всем известно. Если беднягу собираются сжечь в Смитфилде, значит, он известная личность.
– Ричард Спайд распространяет идеи Реформации, – сказала Ларк. – Он молод, очень образован, блестящий оратор. Может убедить целыегорода отказаться от дьявольского католического учения.
Оливер одарил Ларк долгим взглядом, и она поглубже натянула на голову капюшон, чтобы скрыть смущение.
– Неужели дьявольские прегрешения католической церкви намного серьезней, чем поступки некоторых аристократов, которые под шумок о Реформации разграбили церковные сокровища?
Лодка подпрыгнула на порогах, и Ларк схватилась за борт.
– Ричард Спайд не обогатился на своих убеждениях. Он проповедует, что вера – и только она одна – может спасти человека. А вовсе не плата за индульгенции, не обряды или пышные церемонии. Только вера. Это так просто. Вы не находите, милорд?
– Значит, если человек верит в бога, то он обязательно попадет на небо? Даже такой грешник, как я? – спросил Оливер.
– Сложно сказать, – призналась Ларк. – А вот советники королевы приходят от всего этого в ужас.
Оливер тихо рассмеялся.
– Значит, эту самую веру епископ Боннер считает ересью?
– Вы угадали.
– Почему же вы только сейчас решили спасать этого «святого»?
– Мы не знали, что он арестован. А когда узнали, то долго не могли определить, где его держат, потому что самых опасных арестантов перевозят с места на место, чтобы народ не мог освободить их.
Лодка двигалась очень быстро. Любой другой лодочник уже давным-давно начал бы жаловаться на усталость и мозоли на руках, но Оливер продолжал грести. Все так же уверенно и быстро.
На горизонте появилась первая светлая полоска. К запаху воды прибавилась вонь нечистот. Они приближались к центру города. На берегу темным силуэтом поднялся собор Святого Павла с разрушенной во время пожара колокольней, а также башенки и флюгера знаменитых особняков Стрэнда, включая Сент-Джеймский дворец – любимое место королевы в Лондоне. В розоватой дымке утреннего тумана показались контуры Тауэра.
– У меня был брат по имени Ричард, – внезапно сказал Оливер. – Все его звали Дикон.
Ларк внимательно вслушивалась в его низкий, волнующий голос.
– Дикон, – повторил Оливер. Его голос стал трогательно грустным. – Мы так и не встретились. Он умер до моего рождения.
– Милорд, мне так жаль, – прошептала Ларк и, повинуясь внезапному порыву, коснулась его колена рукой. – Я уверена, что вы бы подружились.
Наверное, это хорошо, когда у тебя есть братья или сестры. Она никогда не узнает этого, таккак росла в одиночестве, оторванная от других детей.
– Да. – На лице Оливера мелькнуло странное болезненное выражение. – Клянусь богом, я хотел бы познакомиться с ним.
У Ларк сжалось сердце, ей захотелось обнять Оливера, прижать его голову к своей груди и утешить.
И в это мгновение сквозь тучи выглянуло солнце, украсив Оливера пылающим ореолом. Он стал похож на ангела, чистого и непорочного, слишком совершенного, чтобы быть настоящим. У Ларк задрожали руки, а к горлу подкатил комок.
– Оливер, – беспомощно прошептала она. Он глянул на ее руку, что лежала у него на колене. В его глазах на мгновение вспыхнул дьявольский огонек.
– Мне кажется, – обратился Оливер к доктору Снайпсу, – по отношению ко мне леди явно сменила гнев на милость.
Ларк резко отдернула руку.
Ваша самоуверенность переходит всякие границы, сэр.
– Так же, как и мое терпение, когда речь идет о тебе.
Ларк обхватила руками колени и отвернулась.
– Почти приплыли. – Она бросила взгляд на доктора Снайпса. – Мы никогда раньше не были в Смитфилде.
Снайпс нервно поправил высокий воротник.
– Здесь все не так, как в Ньюгейте. Гораздо больше людей. Королева издала указ, чтобы присутствовали члены Совета. Кроме того, будут церковники, городские власти и многочисленная охрана.
– Редкостный набор, – заметил Оливер. – Не забудьте о попрошайках и карманниках...
– Должен быть один палач и его помощник, – сказал Снайпс.
– А он берет взятки?
– Разумеется. Они все берут. Но сделать могут немного. Разве что намочить растопку или зажигать ее против ветра. Человека они не спасут, а только продлят его мучения.
– Или сохранят жизнь, если вмешаются спасатели, то есть мы. – Оливер улыбнулся. – Так как мы собираемся спасать Ричарда Спайда?
Ларк выжидающе посмотрела на доктора Снайпса, но тот надул щеки, поправил шляпу и сделал вид, что слишком занят рулем.
Ларк повернулась к Оливеру.
– Мы еще не знаем.
– В таком случае предоставьте это мне. – Оливер подмигнул ей.
