Читаем без скачивания Социальный контроль масс - Валерий Луков

Однако что конкретно подразумевает тезис о необходимости опираться в возрожденческом процессе на фактор культуры? Речь идет прежде всего об изменении акцентов в самом понимании культуры и культурного наследия не только как некоторой совокупности ценностей, памятников истории и культуры, но и о самих этносах, создавших эти памятники, об их неповторимом строе души, особенностях духовной самореализации. Все это становится сутью широкого и емкого понятия «экология культуры», подразумевающего единое культурное пространство для народов России, социокультурную среду* отвечающую требованиям полифонической целостности, разнообразия и богатства. Д. С. Лихачев полагал, что сохранение культурной среды – задача не менее существенная, чем сохранение окружающей природы. Если природа необходима человеку для его биологической жизни, то культурная среда столь же необходима для его духовной, нравственной жизни, «духовной оседлости», привязанности к родным местам, нравственной самодисциплины и социальности [19].

Что такое культурная среда в своем главном, сущностном проявлении? Вряд ли правомерно воспринимать ее как нечто внешнее по отношению к человеку, как какой-то параллельный мир, с которым он соприкасается лишь тогда, когда посещает музей или театр.

Культура не только вне нас и для нас, но и внутри нас. Она становится выражением его социальных начал. Человек рождается, растет в своей культуре, ее преломление в каждом из нас, собственно, и выражает сущность нашей личности. И в этом смысле из культуры нельзя выпрыгнуть, мы все несем в себе ту или иную культуру, она выражается в образе мышления и стиле поведения, порядке материальной и духовной организации жизни.

Конечно, необходимо, чтобы культурная среда отвечала своему истинному назначению – очеловечиванию человека, способствовала духовному и физическому совершенствованию людей. При этом чрезвычайно важна не только культура мемориальная, к восстановлению и сохранению которой сегодня приковано внимание общественности в нашей стране, но и культура актуально действенная, тесно связанная с повседневным бытом и жизнью человека. Именно в ней непосредственно и ежедневно люди черпают духовные силы, находят смыслообразующие основания своего существования. Бедность такой культуры неизбежно сопровождается духовным оскудением людей, их нравственной и эстетической деградацией.

В заключение подчеркнем, что культура народа как исторически сложившийся национальный тип духовности представляет собой совершенно особое и уникальное явление, составляющее ценностную основу мировоззрения массы. Ее развитие – одна из задач государственной власти. Поэтому вопрос об управлении культурой в современных условиях становится вопросом ее выживаемости, особенно если речь идет о культуре народа.

5.2. Управление культурой

Прежде чем рассматривать проблему управления культурой, необходимо определить, что входит в само понятие «культура». Статья 1 «Декларации культуры», разработанной Д. С. Лихачевым, гласит: «Под культурой понимается сотворенная человеком материальная и духовная среда обитания, а также процессы создания, сохранения, распространения и воспроизводства норм и ценностей, способствующих возвышению человека и гуманизации общества» [18, 3].

В декларации вводится понятие «гуманитарная культура», т. е. культура, ориентированная на развитие созидательных начал в человеке и обществе. Указывается, что культура представляет главный смысл и глобальную ценность существования как народов, так и государств. Вне культуры их самостоятельное существование лишается смысла. Культура, по сути, поставлена в один ряд с жизнью. Культура – это источник, питающий все стороны жизни общества.

Культуру общества можно понять лишь уяснив состояние самого общества. Издревле философы определяли культуру как воплощение сущностных сил человека, который, по меткому определению А. П. Чехова, есть «то, во что он верит». Значит, совпадение или несовпадение вер, надежд и устремлений людей может определить вектор общественного развития.

Большинство исследователей определяют состояние современного российского общества как переходное, когда со сменой политической системы, формированием рыночно-демократических отношений происходят кардинальные изменения в соотношении духовных и идеологических приоритетов. Обвальное крушение идеологем привело к появлению множества мифологем, а значит, и к иллюзорности, крайней неустойчивости массового сознания. И только культура, стоящая над схваткой, усмиряющая политические страсти, может стать единственной устойчивой доминантой, объясняющей общественно значимый смысл происходящих перемен.

Общеизвестно, что управление культурой тесно связано с управлением обществом в целом. И поскольку культура пронизывает все сферы общества, то, по мнению В. Б. Чурбанова, высказанному им в начале 1980-х годов, она не нуждается в выделении специального участка планового руководства и в специальных субъектах такого управления [27, 707]. По тем временам это было довольно смелое утверждение, идущее вразрез со сложившейся жесткой командно-административной системой управления культурой.

При социализме была поставлена задача планомерной культуризации всех сфер общества – экономической, социальной, политической, семейно-бытовой. Деятельность, направленную на культуризацию, В. Б. Чурбанов обозначает понятием «культурная политика» [27, 707]. Субъектом подобной политики выступала система социалистического государства и негосударственных учреждений, организаций, руководимых КПСС. Последняя представляла собой политическую организацию общества, которая регулировала функционирование всех его сфер. Таким образом, культурная политика, находясь в единстве с экономической, социальной политикой и выполняя свою регулятивную роль, выступает стороной экономической и социально-политической деятельности партии и государства, негосударственных институтов общества, а управление культурой, делает вывод исследователь, неизбежно опирается на существующую систему средств и инструментов социального управления.

Задолго до перестройки начались поиски оптимальной организационной структуры управления отраслью культуры, наиболее рационального сочетания децентрализованных (местных) и государственных начал в ее руководстве. Ставились задачи достижения единства и преемственности целей на всех уровнях, разумного соотношения директивных и экономических методов, преодоления ведомственности. Постоянным было стремление превратить экономические методы в действенный инструмент управления культурой [26, 7 97—220]. Инициатива, предприимчивость и хозрасчет, несомненно, способствовали активизации самодействующих механизмов ее развития. Но, как показала практика, самоуправление в культуре требует солидной государственной поддержки, а при ее отсутствии в обществе возникает духовная недостаточность, некий дефицит культуры.

В те годы культура соответствовала созданной в стране политической и социально-экономической системе, а модель ее управления была идеократическая. Чтобы обеспечить мощь и устойчивость авторитарной политической системы, потребовалось создать такую культуру, которую можно было превратить в «приводной ремень», «инструмент», «средство» официальной идеологии и влияния. Для этого потребовались грандиозной силы удары, разомкнувшие стороны «вечного треугольника», на который опирается духовная жизнь всякого цивилизованного общества: народная культурная традиция, классическое наследие и современная творческая интеллигенция.

Были вытравлены из будней и праздников ценности народной культуры, вобравшие в себя вековые нравственные нормы, ремесла, обряды, фольклор, религию, прервалась связь с мировым и отечественным культурным наследием. В результате было утрачено представление о целостности этого наследия, его многообразии и подлинном богатстве. «Новая» культура стала всего лишь толкователем и иллюстрацией официальной идеологии, которая не могла ужиться с гуманистическим содержанием и бесконечным многообразием культуры предшествующих веков. Рабочий класс и крестьянство противопоставлялись интеллигенции – этой «прослойке», которая должна, отрабатывая свой хлеб, «обслуживать» трудовой народ в лице его государства. До конца советского периода истории российского общества культура оставалась служанкой сложившейся политической и социальной системы.

Культура не может быть понята из самой себя, а только в связи с обществом. Но и для глубокого понимания общества необходим не только анализ его политической и социально-экономической «биографии», но и осмысление его культуры. Уже достаточно много сказано о сталинизме – порождении «левого» доктринерства в самом его примитивном виде. Значительно меньше осознана разрушительная, антикультурная сущность более изощренной сусловской идеологии. Застой духовной жизни породил застой общества, предрешив его распад.