♦ доступность культурных благ широким массам населения;
♦ широкое внедрение культуры в системы воспитания подрастающего поколения – дошкольную, школьную и вузовскую.
Значимость этих и других принципов и целей в определении культурной политики подтверждается опытом культурного развития многих стран, в том числе достигших весьма заметных положительных результатов на данном поприще. Культура в современном обществе все чаще рассматривается не как привилегия избранных лиц и групп, не как «дополнительная роскошь», а как один из основных параметров качества жизни и общественного благосостояния. Не случайно культурная политика выступает составной частью общей государственной политики, что проистекает из понимания неразрывной связи культурного и всеобщего развития (экономического, социального, технологического). При этом подчеркивается, что культурное развитие «означает развитие человека», а потому оно «есть одновременно и средство, и цель экономического развития» [29, 722]. Взаимосвязь здесь такова, что экономический прогресс в целом отражается положительно на культуре, что, в свою очередь, стимулирует экономический рост.
Признание права граждан на культуру обязывает государство предоставлять им средства для его осуществления. Поэтому в поле внимания правительств многих западных стран постоянно находятся такие вопросы, как облегчение доступа к учреждениям культуры новых участников, устранение экономических барьеров, регулирование цен на культурные услуги, организация и использование эффективной информации о событиях культурной жизни.
Пример не только Швеции или Франции, где государственный патронаж культуры играет традиционно заметную роль, но и такой страны, как Испания, которая совсем недавно определила политический курс на демократизацию доступа к культурным ценностям и только развертывает активную работу по увеличению бюджетных ресурсов, модернизации и расширению своих культурных программ, свидетельствует, что на этом пути можно достичь впечатляющих результатов. По мнению Т. Кренца, директора Фонда Гуггенгейма, Испания за последние десять лет стала исключительно интересным центром культуры и искусства среди всех стран мира [30, 57–60]. Опросы, проведенные в этой стране в 1978 и 1985 гг., показали, что участие граждан в культурной жизни за этот период значительно выросло: на 14 % увеличилась посещаемость музыкальных концертов; на 27 % – время, уделяемое чтению книг; на 29 % – посещаемость музеев и выставок; на 49 % – посещаемость театров [30, 57–60].
Учитывая, что современное состояние российской культуры характеризуется отрывом широких слоев населения от накопленного культурного потенциала, обоснованно считать главной целью культурной политики расширение участия населения в культурной жизни страны. При этом, безусловно, важно учитывать как количественные, так и качественные показатели такого участия. Сегодня по целому ряду позиций эти показатели чрезвычайно низки, что ведет к дальнейшему усугублению кризисных явлений в сфере культуры. Опыт Запада между тем подсказывает, что существует только один способ выведения страны из состояния культурного одичания – широкое использование различных, и прежде всего финансовых, организационно-правовых, рычагов стимулирования культуротворческой деятельности.
Для обеспечения свободного доступа граждан к культурным ценностям, участия в их производстве и потреблении необходимо создать разнообразный по своим возможностям рынок культурных услуг, опирающийся не только на государственную, но и на общественную и частную инициативу и поддержку. Сама по себе культура нигде и никогда не была и не является самодостаточной в смысле выживания.
Не будучи включенной в систему экономических и социальных процессов, образующих современное общество, культура обрекает себя на положение вечной нищенки. Задача сегодня состоит в том, чтобы овладеть менеджментом в культуре, научиться использовать рыночные механизмы в ее интересах и для ее блага, что, однако, предполагает и некоторые ограничения в этой сфере. Использование рыночных отношений как вспомогательного инструмента культурной политики поможет преодолеть традиционное для российской действительности размежевание между экономикой и культурой. Необходим переход от «остаточной» к приоритетной схеме экономического обеспечения развития культуры посредством прямого и косвенного налогообложения предприятий, ценообразования, расширения доходов за счет нетрадиционных источников, поощрения спонсорства и меценатства и др. Естественно, нужно помнить, что существуют такие культурные институты, которые наиболее эффективно и стабильно могут финансироваться только из государственного бюджета. Определение подобных приоритетов – важная задача государственной культурной политики.
Исходить нужно из понимания того, что фокусом культурного развития и его своеобразным результатом является человек. При этом важно, чтобы логика экономических реформ соответствовала логике намечаемых целей и задач культурной политики. Во главу угла необходимо ставить физическое и духовно-нравственное здоровье человека, создание условий для его свободной творческой самореализации.
В свете вышесказанного правомерно предположить, что в условиях меняющегося общества от решения проблем управления культурой, научно-практической разработки государственной политики в духовной сфере зависят судьбы культуры, выживание истончившегося культурного слоя нации. Поэтому так необходимо разобраться в вопросах современного культурного процесса, проанализировать различные модели культурной политики переходного периода.
Эти модели – своеобразные слепки «правил игры» в отношениях между культурой и государством, культурой и обществом. При всех различиях конкретных моделей, несущих на себе отпечаток той или иной «ведущей идеи», положенной в основание, либо национальных традиций и особенностей в принципе они поддаются типологизации. У А. Моля, в частности, когда он пишет о трансляции культуры через информационные каналы [21, 708, 304], речь идет, по существу, о четырех крупных гр у п п а х к у л ь т у р н ы х п о л и т и к, среди которых названы:
1. «Популистская», или «демагогическая» культурная политика. Ее цель – наиболее полное удовлетворение культурных потребностей значительного числа людей. Показательной в данном отношении страной названы Соединенные Штаты Америки.
2. «Патерналистская» или «догматическая» культурная политика. Ее отличительная черта состоит в том, что она выражает некую «шкалу ценностей», принятую на вооружение политической партией, религиозным течением или государством, которые хотят переделать мир в соответствии с определенной идеологией. Как подчеркивает А. Моль, в действительности эта система в определенном смысле лишь важнейший частный случай предыдущей системы.
3. «Эклектическая» или «культуралистическая» культурная политика. В ее задачу входит оснащение индивидов такой культурой, которая была бы в некотором роде неискаженным отражением, уменьшенным слепком, «хорошей» выборкой в статистическом смысле из более общей человеческой гуманитарной и гуманистической культуры – культуры, которую философы, по мнению Моля, считают воплощающей смысл деятельности человека – завоевание мира силой своих идей.
4. «Социодинамическая» культурная политика. Она строится с учетом факта существования «циклов культуры», «динамического эффекта» – изменения общества во времени и в определенном направлении. Цель социодинамики культуры, по А. Молю, выработать принципы воздействия на культуру, на ее эволюцию, ход которой может быть либо ускорен, что соответствует «прогрессивной» установке субъекта политики, либо замедлен, что есть свидетельство «консервативности» таких установок. Подчеркивается, таким образом, момент необходимости выбора в культурной политике между «прогрессивными» и «консервативными» ценностями.
Предложенные А. Молем модели культурной политики, естественно, не могут восприниматься в качестве единственно возможной типологии. Канадские ученые Г. Шартран и К. Маккахи, анализируя опыт государственной культурной политики в разных странах, пришли к выводу о существовании как минимум четырех концептуальных установок правительств по отношению к культуре: «помощника», «архитектора», «инженера» и «мецената» [8, 10]. Государство, выступая в роли «архитектора», финансирует культуру через канал министерства или другого государственного органа. Культурная политика выступает при этом частью всей социальной политики, а ее целью становится общее улучшение благосостояния народа. Примером таких взаимоотношений государства и культуры может служить Франция и другие западноевропейские страны.
