В то время была в самом разгаре война Севера и Юга[52]. В ней принимали участие все регулярные войска. Поэтому на серьезную помощь колорадцам рассчитывать не приходилось. Поселенцы создали свою милицию и организовали летучие отряды. Они сочетали индейскую практику засады и внезапного удара с опытом регулярных войск. Вооружение у них было первоклассное, дисциплина — железная. Вскоре бледнолицые перешли в наступление и, побеждая, чинили жестокую расправу над краснокожими.
И поныне все помнят резню в Сенд-Крике 29 ноября 1864 года, устроенную полковником Чайвингтоном, командиром третьего полка колорадских волонтеров. Эта резня, пожалуй, не уступала по своей жестокости зверствам самих индейцев.
Вот как это было. Ловким маневром третий полк из двухсот бойцов, вооруженных винтовками Спенсера, окружил толпу сиу, чейеннов и аррапагу, с женщинами и детьми. Трубачи сыграли сигнал к атаке.
— Вспомните ваших жен и детей, перебитых в Ла-Плате и Арканзасе! — крикнул полковник и без того рвущимся в бой волонтерам.
Разъяренные солдаты устремились к лагерю туземцев. Застигнутые врасплох, краснокожие выбросили белый флаг. Это не помогло. Началась резня. Аборигенов расстреливали в упор из винтовок, давили лошадьми, рубили саблями. Не пощадили ни женщин, ни стариков, ни детей. С убитых и раненых снимали скальпы, женщинам вспарывали животы, детям разбивали о камни головы, отрезали пальцы с кольцами и уши с серьгами, что вряд ли делали даже самые жестокие дикари. Во время этой, с позволения сказать, операции нападавшие потеряли всего пять человек, индейцы — более пятисот. Спаслось человек двадцать, не более.
Вождь сиу Черный Котел и вождь чейеннов Белая Антилопа были тяжело ранены. Полегли прославленные воины — Вывихнутое Колено, Одноглазый, Кривой и Малый Плащ.
Незадолго до того, как правительство распустило отряд, набранный из краснокожих, Билл отправился в Колорадо и в составе полка Чайвингтона принял участие в сенд-крикской резне. Дрался он храбро, а после боя, вложив в ножны окровавленную саблю, достал нож и принялся снимать скальпы с убитых и раненых. У него уже набралось изрядное количество этих кровавых трофеев, как вдруг он увидел неподвижно лежавшего легко раненного в грудь молодого воина, помощника вождя. Недолго думая, полковник схватил его за волосы и привычным движением надрезал кожу вокруг головы. Раненый вздрогнул. Тогда из утонченной жестокости ковбой стал медленно водить ножом по коже… Истязаемый не проронил ни звука.
— Если очнется — простудится и получит насморк, — произнес, смеясь, Билл и перешел к другой жертве, унося с собой очередной черноволосый скальп…
К его ужасу, воин поднялся на ноги, схватил первую попавшуюся лошадь и прыгнул в седло.
— Теперь я не Черный Орел, а Кровавый Череп, — вскричал он. — Хорошенько запомни это, Бледнолицый Охотник За Скальпами! Придет день — и твой скальп заменит на моей голове снятый тобой.
Американец схватился за револьвер, но индейца и след простыл.
Полковник Чайвингтон повсюду раструбил о своей победе, хвастаясь тем, что в битве пало пятьсот краснокожих. Он надеялся на генеральское звание и перевод в регулярную армию. К чести федерального правительства дело было тщательно расследовано, и Чайвингтона отстранили от должности. С тех пор сенд-крикскую резню в Колорадо называют чайвингтонской.
После этих страшных событий индейцы еще больше рассвирепели. В январе 1865 года были разграблены и сожжены все фермы и станции на севере штата. Аррапагу и чейенны объединились с кайявайсами, команчами, апачами[53] и повели с бледнолицыми войну не на жизнь, а на смерть. Сиу отошли на север и сохраняли пока нейтралитет, хотя воин из их племени по имени Кровавый Череп был душой союза краснокожих.
Об этом вожде ходили легенды. Свирепость его поражала даже соплеменников. На голове он неизменно носил меховую шапку и ездил только на иноходце. Этого индейца, после того как он был оскальпирован, постоянно мучили головные боли, усиливавшиеся во время верховой езды. Поэтому он и предпочитал иноходцев, которые так редко встречаются в прерии.
Кровавый Череп ненавидел бледнолицых. Он поклялся найти того, кто надругался над ним, снять с него скальп, придав самой мучительной смерти.
Случай мог свести заклятых врагов во время войны, длившейся до 1867 года, но этого не произошло. В октябре 1867 года в Канзасе был подписан мирный договор между пятью крупнейшими племенами Юга и правительством Союза. Колорадских волонтеров распустили. Мистер Билл вернулся к мирной жизни, сохранив за собой звание полковника. Кровавый Череп бежал к сиу. Увенчанный славой и увешанный скальпами, он с радостью отдал бы их все за один, покрытый жесткими и сухими волосами, — за скальп полковника Билла.
Американец был все время в тревоге: он часто натыкался на следы иноходца и справедливо рассудил, что договор договором, а месть местью, наверняка Кровавый Череп о нем не забыл.
В 1874 году опять вспыхнула война, на сей раз ее начали сиу. Они грабили и жгли поселки колонистов, и, как следовало ожидать, Кровавый Череп и полковник Билл снова оказались во враждующих лагерях. Главный вождь всех племен сиу, знаменитый Ситтинг-Булль, выставил семь тысяч воинов и сделал Кровавого Черепа своим ближайшим помощником. Американскими войсками, выдвинутыми против туземцев, командовали генерал Костер и полковник Крук. Ситтинг-Булль ухитрился заманить главные силы федералистов в ущелье Уайт-Маунтин, близ городка Бисмарк, и истребил всех до единого.
Полковник Билл и Кровавый Череп снова встретились. Индеец торжествовал: теперь янки от него не уйдет, и он сможет наконец утолить свою жажду мести. Американец чувствовал, что жизнь его держится буквально на волоске. Когда Кровавый Череп устремился к Биллу, тот выстрелил из револьвера и ранил его в плечо. Индеец свалился со своего пегого иноходца. Этим ковбой воспользовался, вскочил на освободившегося коня своего врага и ускакал, получив вдогонку шальную пулю, легко ранившую его на излете в руку.
Это была едва ли не десятая их встреча, закончившаяся благополучно для обоих.
И вот теперь, в 1880 году, когда Билл решил, что окончательно избавился от врага, он неожиданно столкнулся с ним во время охоты на бизонов.
ГЛАВА 13
Немного об индейцах. — Дурные предчувствия полковника. — Парижанин завоевывает расположение старика краснокожего. — Фрике получает прозвище «Железная Рука».
Североамериканских индейцев обычно представляют себе серьезными, молчаливыми, немного напыщенными и велеречивыми. На самом же деле народ этот очень веселый, простой. Важность они на себя напускают, лишь когда собираются на совет. И даже там говорят по-другому, с некоторой долей выспренности. А так краснокожие большие любители посмеяться, попеть, поплясать. Характер у них неуравновешенный. Добродушие мгновенно сменяется злобой, причем без всякой причины. Недаром Андре и Фрике, поближе познакомившись с туземцами, были поражены, увидев их такими, какие они есть на самом деле.
