– То-то же. Они титулы раздают, а потом за счет права службы дворянина подготовленных воинов получают. Да и нечего в этом дворянском гадюшнике делать. Ты сам-то давно в свет выходил? Молчишь. А он сразу кинется. Какая ему польза от безземельного титула, вот объясни мне? А лучше расскажи, что с Нейлой решил?
– Пусть учится, чего ей жизнь ломать. Она с нами не связана, о Нормане ее строго-настрого предупредил, чтобы ничего не говорила, да и сама не дура, понимает, что не просто так убийцы в дом приходят, так что послезавтра отвезу в академию. Пойдем, по кружке красного пропустим, как Норман говорит.
Утром я тренировался один, Храм отправился на базар, его очередь кухарить. Алехар отправился на конюшню седлать своего коня, собирался уезжать, но спустя десять мер вышел:
– Я смотрю, ты мечник? Может, со мной сразишься?
Я молча кивнул на стоявшие в углу деревянные мечи. Он подошел, так же молча выбрал оружие и встал напротив меня.
Сражался он ожесточенно, как, впрочем, и я. Техника напоминала то, чему меня учил орк, но с еле уловимой разницей. Где-то через тридцать ударов сердца он провел рубящий удар снизу, я, не успевая отбить, отклонился корпусом назад, тут же получил подсечку, потерял равновесие, на мгновение отвлекся и, схлопотав удар в челюсть, упал в песок. Прижав острие меча к моему горлу, брат засветился злорадной яростью:
– Ты! Ты мне всю жизнь испортил, ты испортил жизнь всей семье. Из-за тебя умерла мать, все детство я должен был с тобой сюсюкаться, теперь отец остался нищим, потому что вылечил тебя. Для чего, какой от тебя прок? Ты думаешь, что кому-то нужен? Думаешь, Нейла ответит тебе взаимностью? Да-а, я видел, как ты на нее смотришь. – Он захохотал. – Придурок, глянь на себя в зеркало, как была идиотская рожа, так и осталась.
Он наклонился ко мне поближе, нажав сильнее на меч, тихо сказал:
– А вот я с ней обязательно покувыркаюсь, когда подрастет. Как жаль, что это не настоящий меч.
Алехар резко отбросил оружие в сторону и ушел. Я вскочил, судорожно сжимая одной рукой – меч, другой – горло.
– Может, ты на безоружного кинешься? Хотя тебе позволено, ты же дурак. – Он остановился, повернулся ко мне лицом и развел руки в стороны.
Постояв три удара сердца, захохотал, зашел на конюшню. Через какое-то время выехал на лошади и сразу пустил ее в галоп.
Из дома выбежал отец:
– Щенок, успел уехать. – Он подошел ко мне. – Я все видел из окна, не успел. Что он тебе сказал?
– Не знаю. Наверное, правду.
Отец молча постоял рядом, потом поднял меч, брошенный Алехаром.
– У тебя очень резкие предугадываемые движения. Повторяй за мной.
Он начал плавно двигаться. С каждым ударом сердца движения становились быстрее, превращались в танец, мне казалось, я слышу ритм, медленный и в то же время торжественный. С неба упали первые капли дождя.
Отношение к Нейле у меня немного изменилось, но она смогла уловить. Нет, это была не злоба, это было бессилие перед обстоятельствами. Алехар прав, мое лицо, как, впрочем, и тело, несло печать болезни. Я просто выискивал для себя в отношениях с девушкой какие-то штрихи, которые могли бы означать ее неравнодушие ко мне. Брат открыл мне глаза. Я даже мер пять покрутился у зеркала, что только усугубило падение моего мнения о своей внешности, просто раньше я об этом не задумывался. Казавшиеся маленькими на щекастом лице глаза были расположены слишком широко, толстые губы на почти круглой физиономии делали меня похожим на владельца мясной лавки на базаре, который вызывал у меня отвращение. Возможно, Нейла любила меня, любила как брата, но мне этого было мало.
Вечером девушка провела последний осмотр. Последний, потому что каникулы заканчивались. Инициации не произошло.
На следующий день она уехала. Мне стало легче.
Глава 5
Преследование
После отъезда Нейлы жизнь нашего маленького мирка в свое русло уже не вернулась. Отец объявил об отъезде из города, правда, куда едем, не сказал, поэтому все занялись приготовлениями. Вернее, занялись Лекам и отец, они постоянно куда-то пропадали. То вопросы по продаже дома решить, то остатки товара в соседнюю лавку продать, то расторгнуть договор с арендодателем лавки, а еще кибитку купить, деньги за дом в банк отнести, припасы приобрести и так далее. А мы с орком занимались боем на мечах и хозяйственными вопросами. Храм меня быстро приписал к кухне, а сам взял на себя колку дров, ношение воды и порядок в доме. Сначала мне это показалось справедливым, но, когда услышал: «Зачем наводить порядок, если скоро уезжаем, вот новые хозяева пусть и наводят», – попытался переиграть разделение обязанностей, на что получил ответ:
– Мы не женщины, чтобы менять свое мнение каждую часть времени.
Пришлось смириться.
Неприятности настигли нас на третий день, когда сборы были уже почти закончены. Мы вчетвером пошли в канцелярию графства, где должны были выправить для меня документы. Так как мне исполнилось семнадцать кругов, из документов отца меня надо было вычеркнуть и получить свои. В канцелярии собралась куча народу, стоял галдеж. Кто-то ругался с писцами, доказывая, что граница его участка проходит по территории соседа, кто-то, молча присев на скамью, ждал очереди. Отстояв часть времени, мы без проблем получили документы и, протиснувшись через толпу, пошли на выход. На крыльце канцелярии я и сам не понял, как столкнулся с дворянином.
– Ты что, навозная куча, не видишь, куда идешь, да я тебе плетей всыплю!
Он замахнулся на меня невесть откуда взявшейся плеткой, но опустить ее не успел, Лекам перехватил руку.
– Ты что, мразь, знатного человека хватать…
– Лекам эль Лоренс! Можно узнать, с кем имею честь говорить?
– Сортос эн Мориан. – Дворянин побледнел.
– Этот молодой человек мой друг, и я в своем праве заступиться за него и принять вместо него ваш вызов, но, поскольку вы успели оскорбить и меня, назовите место и время.
– Завтра в первой четверти дня, ристалище у северных ворот.
– Буду.
Мы удивились реакции обычно хладнокровного Лекама.
– Что на тебя нашло? – спросил отец, когда все с трудом втиснулись в двуколку.
– Да он уже мер десять вокруг нас в канцелярии терся. Я бы его не заметил, но он сначала меня толкнул, пока подбирался к Норману. Потом попытался столкнуться с Норманом, в первый раз тот, молодец, увернулся, но наглец спустя меру вновь подошел к парню, правда, его ненароком прикрыл Храм. В общем, он целенаправленно искал конфликта с твоим сыном. Правда, спустя пять мер исчез.
– И ты решил дать ему повод для поединка?
– Надо было дать ему высечь Нормана около канцелярии? Или ты думаешь, он бы на этом остановился и не вызвал стражу, объявив, что простолюдин его оскорбил? Кто-то целенаправленно пытается нас задержать, и если бы Нормана забрала стража, это удалось бы. А так предъявить этот Мориан ничего не мог, поскольку я на правах дворянина взял на себя ответственность, и мы завтра же после дуэли и уедем.
