Просидели с отцом в кустах, недалеко от кибитки, наверное, целую часть. Вдруг локтях в ста зашумели ветки. Отец сначала взялся за меч. Но потом тихо сказал:
– Ты бы, Храм, еще в горн погудел.
Из-за деревьев показались орк и Лекам.
– Ну что? – спросил отец.
– Да кто его знает? – пробурчал орк, – проехали два подозрительных типа, пара обозов да телега, следы наши притоптали.
– Что делать будем?
– Дорога оживленная, предлагаю пообедать и ехать дальше, похоже, перебоялись. Совсем постарели, раньше еще и приплатили бы, если бы кто напал. – Орк махнул мечом и срубил деревце.
Перекусив загодя заготовленными вареными яйцами, тронулись в путь. Как оказалось – недобоялись, в последней четверти дня навстречу нам выехала кавалькада из десятка всадников:
– О, я же говорил, не могли они далеко уйти. Из-за вас, твари, мы весь день в седле!
Они повыхватывали клинки и ринулись на нас. Первым их встретил отец. Махнув рукой, он послал метательный нож, одного из нападавших выбросило из седла.
– В лес, – крикнул отец, – там на лошадях не развернуться.
Я метнулся к лесу, уклонился от удара и прижался спиной к дереву. Нападавшим пришлось спешиться – на лошадях в лесу они были менее поворотливы. Один из них пренебрег этим и на мгновение потерял Храма из вида по причине хлестнувшей по лицу ветки. И тут же лег без движения – орк воспользовался моментом. Первый мандраж прошел после того, как я увидел кровь на мече орка: либо они нас, либо мы их. На меня напали сразу двое, орк с успехом отбивался от троих, видимо, его сочли более опасным. Отца и Лекама я не видел. Задумываться, где они, не было времени.
Меч пел, я отбивал удар за ударом, отступая так, чтобы один противник мешал другому, смешной кожаный полуплащ-полудоспех спас меня уже от двух ударов меча. Тут под ногу попал корень, и я, споткнувшись, неловко завалился на бок. Меч одного из противников готов был обрушиться на меня из косого замаха. Время практически остановилось на удар сердца, звук вокруг стал тягучим и глухим. Я словно во сне поднырнул под меч и наотмашь рубанул по ноге нападавшего, через мгновение уже стоял на ногах и нападал на второго, у него был испуганный взгляд. Он как-то смешно и медленно отбивал мои удары. Видимо, отчаявшись, замахнулся на меня, и тут же по его шее чиркнуло лезвие моего меча. Меня обдало вырвавшейся фонтаном кровью. Развернувшись ко второму, начал понимать, что опасность миновала. Он лежал, схватившись за почти перерубленную ногу, и, как рыба, разевал рот. Я было повернулся, намереваясь бежать на помощь Храму. Но тот уже сам шел ко мне какими-то смешными шагами. В глазах все поплыло, зеленые ветки леса закружились хороводом. В уши ворвалась какофония звуков, среди которых выделялся крик боли второго. Я без сил сел на землю и заскользил спиной по дереву вниз.
Орк и бежавший следом отец довели меня до нашего фургона, так как ватные ноги не слушались. Около кибитки меня перехватил Лекам. Скинув с меня латы, он посадил меня около колеса и осмотрел.
– Ни царапины, видимо, перенервничал.
– Я пойду, там Норман одного в живых оставил, только ногу по колено укоротил. – Орк хохотнул.
Мер через пять я пришел в себя. Ну как пришел: мутило по-страшному, но хотя бы понимал, что происходит вокруг. Отец был рядом со мной. Лекам разговаривал недалеко с теми самыми гномами, что бились на арене. Я попытался встать.
– Сиди давай.
– Да мне уже лучше.
– Что, по голове прилетело?
– Да вроде нет. Хотя, может быть, и не заметил.
– Молодец, с двумя справился. Храм троих успел повалить, Лекам тоже двоих успокоил, а я только одного наказал.
– А остальных?
Оказалось, гномы подъехали очень вовремя. Когда все началось, на отца с Лекамом насели четверо, и достать их никак не удавалось. Но и у нападавших успеха не было, удалось только нанести незначительную царапину на руке Лекама. Когда враги опомнились и начали окружать наших, чтобы лишить маневренности, появились гномы. Увидев не совсем честную схватку, к тому же узнав Лекама, они решили выступить на нашей стороне. Недолго думая разрядили арбалеты в спину наших противников, убили двоих. С оставшимися отец и маг справились за несколько ударов сердца. Разобравшись со своими противниками, сразу бросились к орку. Он к тому времени бился с двумя, одному Лекам с ходу снес голову, второй растерялся, чем воспользовался орк. Живых нападавших не осталось, кроме моего одноногого.
Пока отец рассказывал мне, какова обстановка, появился Храм.
– Добил, все равно лекаря нет. Толком он ничего не знал, сказал, что их предводитель, я так понял, что вон тот, которого ты, Ровный, ножом срезал, обещал аж по десять золотых каждому после того как нас положат. А вот у кого заказ взяли, не знает.
– Хорошие у вас враги, богатые. – Гном-дуэлянт стоял рядом с Лекамом.
– Можем поделиться, у нас такого добра… – пошутил Лекам.
Гномы засмеялись:
– У нас тоже хватает, но как кончатся, обязательно попросим. Что дальше делать будете?
– Ну, приберем сейчас здесь, соберем трофеи, поймаем лошадей и поедем. Надо еще место для стоянки найти, к ближайшему трактиру не успеем. Кстати, две лошади и то, что на тех двоих с болтами в головах – ваше. Если что-то еще нужно, говорите, – предложил отец. – Вы нам сегодня очень помогли.
– Можно лучше трех лошадей, а трофеи оставьте себе?
– Хорошо, хотя я бы посмотрел на глаза торговца оружием, которому гномы принесут сдавать мечи такого качества, как у этих.
Гномы опять засмеялись.
Перевязав руку Лекама, совместно с гномами стащили трупы с дороги. Я к этому времени совсем отошел. Пока Храм собирал трофеи, переловили лошадей. Правда, одна куда-то ускакала, поэтому осталось десять. Трех отдали добровольным помощникам.
– У главаря золота было, монет сто, наверное, и у остальных серебра немного, – тихо сказал Храм отцу. – Может, нам следующих подождать, неплохо зарабатываем, лошадей вон по пятнадцать золотых сумеем продать.
Собрав трофеи и привязав свободных лошадей к фургону, тронулись дальше, но тут же пришлось остановиться, обнаружилась пропажа. Одиннадцатая лошадь лежала рядом с дорогой. При приближении Храма она, хрипя, попыталась встать, но не смогла, на шее виднелась резаная рана. По-быстрому добив животное, Храм вырезал несколько кусков мяса с шеи и спины.
Поскольку засады и погони ближайших два-три дня можно было не ждать, Храм взялся учить меня верховой езде. Гномы, отворачиваясь, улыбались, выглядел я мешком, потому как мало того что слабо держался в седле, еще орк снова напялил на меня чудо-латы. Мол, «кто готовится к битве, того духи берегут». Через пятьдесят мер гномы вообще чуть не покатывались со смеху. Хорошо, что спустя часть времени меня спас Лекам:
