— Да, скорее всего, — поджимал граф губы.
— Спасибо, граф. Вы всё просмотрели или нам ждать ещё новостей?
— Почти всё просмотрел. Но не думаю, что что-то кардинально новое обнаружу.
— Хорошо, — кивнула я, поднимаясь. — Тогда желаю вам спокойной ночи и плодотворного отдыха. Вам он явно нужен. — Граф только успел открыть рот для возражений, я подняла руку. — И не стоит возражать. Всем и всегда нужен отдых. И я тоже собираюсь поспать, а всё вот это обдумать на свежую голову. Может, и мысль дельная придёт.
Я улыбнулась, полагаю, что измученно, и вышла. Ифор вслед за мной.
— Миледи, — выдавил из себя Ифор, когда я уже вошла в свои комнаты, — я… Вы…
— Ифор, не надо. Я всё понимаю. Но сейчас мне нужен отдых, — с этими словами я закрыла дверь. А потом прижалась к ней и разрыдалась. И вот попробуйте спросить меня, по кому или чему я ревела, не отвечу, потому что и сама не знаю. Какой-то поток накрыл, а я не стала препятствовать. Надо отпустить, говорила тётя, тогда многое станет яснее в жизни. Какая мудрая была женщина. Жаль, что её мудрость доходит только в таких вот почти безвыходных ситуациях. Что теперь делать?
Ведь я получила пусть частичные, но объяснения наших ну очень странных отношений с мужьями. Должна ли я попытаться ещё раз? Да катитесь все…
Я пыталась с ними поговорить? Пыталась! Я показала, что отличаюсь от предыдущей? Показала. Что ещё нужно?
11
На следующее утро ко мне прибыл сам герцог Дюранец. И вот хоть убейте, но именно сегодня с утра главным врагом мне виделся он. А кому ещё могла быть выгодна смерть королей? Кто ещё имел полные права на трон после моих мужей? Правда, есть ещё правило, что один мужчина не может управлять государством. Странное, как по мне, правило, но факт. Значит, ему не быть королём ни в каком случае. А вдруг есть что-то ещё? Единственная лазейка? А ещё он герцог. Один из шести. И кто бы ни был этот экс-герцог, он один из них. Скорее всего, отец или дед действующего.
— Доброе утро, миледи, — произнёс он, галантно склоняясь над моей рукой.
— Добрым утро в такое время не бывает. Но спасибо за визит. Чем обязана?
— Да, ситуация сейчас сложная. А вы очень напряжены и озабочены.
— А могло быть иначе? Это моя земля, мои люди и моя ответственность. Не знаю, как другие, но я не пренебрегаю своими обязанностями, тем более что люблю эту землю и её жителей.
И ведь я даже не лукавила. За то время, что нахожусь здесь, я привязалась именно к этому замку и его обитателям.
— Не сомневаюсь в этом. Только далеко не все правители могут ответить так же. Вы потрясающая женщина, — грустно улыбался герцог.
— Вы мне льстите. И я бы с удовольствием поддержала нашу беседу, но время не терпит, — вздохнула я.
— Конечно, я понимаю. Вчера ночью на моих землях поймали лазутчиков, — перешёл он к сути дела, — их допросили. Через плато планируют перебросить войско в шесть тысяч воинов. Вам одним не выстоять. На мои земли вряд ли сунутся. Поэтому я ещё раз предлагаю вам помощь людьми и всем, что необходимо. В конце концов, это и в моих интересах. Лучше помочь в обороне ближнему, чем остаться с противником один на один.
На последних словах герцог дёрнул лицом, будто что-то вспомнив.
— Вы оказались один с превосходящим противником? Когда это случилось? — спросила я в ответ. Просто раньше язык не поворачивался задать этот вопрос.
— Это, — глубоко вздохнул он, — это было давно. И да, противник был более подготовлен или агрессивен. Уж не знаю, что сыграло большую роль, — пожал он плечами, отведя взгляд. Но он не пытался меня обмануть, просто погрузился в воспоминания. — Не знаю уж, стоит ли рассказывать такое леди…
— Правда всегда одна. Не стоит её приуменьшать или преувеличивать, ведь от этого она становится ложью.
— Вы правы, — ещё раз вздохнул он. — Битва тогда была неравной совсем. Но с каждым разом нас становилось ещё меньше. В итоге трое были отрезаны от остальных. Нас окружила дюжина. Одного убили, и нас осталось двое. Мы держались из последних сил. Стояли спина к спине. Но вдруг появился новый воин. Потом я понял, в чем была его сила, а тогда не заметил подвоха. Его меч был заговорён. Раны от него не то чтобы не заживали, но делали это в несколько раз медленнее. И сам воин был очень силён. Непростой. Я взял его на себя. Фрост сражался сразу с четырьмя противниками. Мне остался лишь этот. Двое других будто уступили ему место или разошлись для собственной безопасности. Я почти умер в той схватке, был ранен в ногу и плечо. Он рассёк мне лицо, я упал и уже готовился к смерти. Но Фрост остановил его меч. Резко отбросил того воина. Бой я, как вы понимаете, не видел. Но Фрост его победил. Правда, и сам получил ранение. Мы почти близнецы, только у меня глаз остался там, на поле боя.
Я с замиранием сердца слушала эту историю и просто не могла поверить в то, что он мне рассказывал.
— Вы сейчас говорите о Его Величестве Фросте? — выдохнула я, а глупое сердце замерло.
— Конечно. Я на пару лет всего старше Фроста. Мы обучались вместе, росли, а потом и служить попали. Оба были не самыми последними в иерархии, поэтому с нами не дружили, а пытались… как бы сказать…
— Подлизаться, — усмехнулась я.
— Да. Правда, я хотел подобрать другое слово, но это очень даже соответствует. Так мы подружились назло родителям.
— А короли конфликтовали с герцогами Дюранец? — удивилась я. Ох, сколько же мне ещё не известно. А ведь при дворе без этого никак. — Вы же родственники. Я читала.
— Родственные связи, когда дело касается власти? — задрал он бровь. Мне оставалось лишь губы поджать.
— М-да.
— Да. Мои отцы искренне считали, что наследование трона неправильное. Мне лично и герцогства хватает. Но отцы… В общем, да, у них были напряжённые отношения. Как и с вашими родителями тоже.
— А можно поподробнее? Чаю? — вспомнила я о гостеприимстве. Герцог же лишь шире улыбнулся.
— Не откажусь. Особенно если ваш повар сделает те корзиночки с кремом и фруктами, как делал это много лет назад. — Он даже мечтательно прикрыл веко. И вот такое выражение лица было блаженное, что самой безумно захотелось тех корзиночек.
— Я не знаю, о чём вы, но мне уже хочется их попробовать, — не стала я лукавить. — Значит, вы бывали в замке и раньше?
— Бывал, в детстве, — как-то грустно вздохнул он, улыбка тут же стала невесёлой. — Сейчас вы захотите всё узнать.
— Конечно. Своей памяти нет, так вашу напрокат возьму, — попыталась я пошутить.
— Оплату беру корзиночками, — поддержал он. Ну вот и разрядили обстановку.
Следующие десять минут герцог объяснял повару, который за эти годы сменился, о каком лакомстве идёт речь. Повар пообещал сделать. А пока нам подали чай с гренками и джемом.
— Так с каких отношений начать? Герцогов и королей или герцогов и графства Монтеро?
— С более ранних. Неужели они не связаны?
— Нисколько. Как вы могли догадаться, конфликт герцогов Дюранец и королей Дюрах возник из-за трона. Самые первые герцоги посчитали себя обделёнными. Они хотели трон, а на сестру затаили обиду. Их отношения были хоть и напряжёнными, но не конфликтными. При всём своём желании обладать троном, оспорить его, отнять или предать королеву, они не посмели. Это попытались сделать их дети. Один из моих дедов по каким-то причинам вызвал одного из королей на дуэль. И победил. Только нечестно. Это раскрыли, но король уже был мёртв. Деда осудили. Чуть остальных за собой не потянул, но они доказали, что не причастны. Так ли это, не знаю. Но оставшихся троих дедов оставили в покое, хоть и наблюдали. Потом один из дедов умер от отравления. Ходили слухи, что это короли так мстили. Но конечно, ничего не подтвердили. По прошествии времени двое оставшихся с бабушкой передали герцогство моим отцам. Сами уехали якобы отдыхать. Там где-то убили бабушку. Официальная версия — бандиты. Как было на самом деле, опять же не знаю. Вскоре начались трения с соседними государствами. Оказалось, что они выдали некоторые трудности нашей страны, которые короли хорошо маскировали. Начались манипуляции и торг. Я тогда был ещё ребёнком, плохо это помню. Там и отцы мои подключились, но скажу сразу: обвинить их в чём-то не выйдет. Несколько лет спустя разразился очень серьёзный конфликт, в котором я и получил эти ранения. Один из отцов тоже погиб тогда, но не в бою. Отец считает, что это короли заказали его убийство. Мама отравилась. Сама. Она очень любила второго отца. Как-то так, — развёл он руки в стороны.
