довольно прозрачный) на то, что залогом будущей мощи героя является его собственная родня, и становится ясно, что основой войска, о котором идет речь в Илиаде, не служили родовые группы, подобные описываемым в главе 5. Войска состояли не просто из людей, решивших последовать за своим предводителем, а из представителей племен, крупных и малочисленных, каждое из которых имело собственное название. Некоторые из воинов, особенно такие гетайры, как Мерной, постоянный спутник критского правителя Идоменея, обладали таким же статусом, как и сам царь. Но рядовые солдаты, огромное количество которых участвовало в Троянской войне и на которых поэт почти не обращает внимания, также были гетайрами. К примеру, именно так названы члены команды корабля Одиссея. В Илиаде периодически упоминаются или описываются другие формы организации, но поэт быстро забывает о них, в то время как связь гетайров с их предводителем превалирует во всем тексте.
Цель этого многочисленного и неорганизованного войска заключалась в том, чтобы захватить и разграбить Трою. Притязания предводителей на верность приведенных ими с собой людей основывались не только на положении, полученном ими при рождении, но и на том, насколько успешными были их действия, направленные на достижение этой цели. В первую очередь здесь имеется в виду доблесть, проявленная ими во время странных и нередко безрезультатных поединков, в большом количестве описанных в поэме (многие из них оказывались безрезультатными потому, что главных героев нельзя было убить до того, как завершится история каждого из них; но убийства становятся более частыми и жестокими, когда речь заходит о менее значимых персонажах, появляющихся в повествовании только для того, чтобы встретить свою смерть, причем поэт тщательно следил за тем, чтобы каждая из них не напоминала предыдущую). Гомер старательно подчеркивает, что главные герои его поэм достойно вели себя на советах и были непревзойденными воинами, но в этих источниках не говорится ни о чем таком, что можно было бы назвать рациональным военным планированием. Возможно, закрепленная форма рассказа о Трое давала слишком мало свободы, в то время как менее масштабные походы, подобные предпринятому правителем Пилоса Нестором в молодости, давали больше возможностей для хитрости. В рамках Илиады большой военный опыт Нестора значил лишь то, что он обладал большим багажом героических деяний, на который можно ссылаться, делая наставления. Его речи были ясны и красноречивы, предвосхищая ту роль, которую ораторское мастерство будет играть в Греции в более позднее время.
Не менее важным, чем доблесть, качеством была величественность. Высокое положение, несомненно, обязывало героев обладать ею. Они вели свою родословную, пока еще не очень длинную, от богов, и между ними и простыми людьми разверзлась широкая пропасть. Было желательно, чтобы непосредственные предки царя уже правили государством, а сам он обладал сокровищами и землями, которыми мог распоряжаться по своему усмотрению. В первую очередь он должен был демонстрировать свой героический характер, негодуя, быстро воспламеняясь и буквально излучая опасность. В Трое, где собралось вместе большое количество правителей, соревнование за престиж было особенно ожесточенным (достаточно вспомнить гнев Ахилла) и стало двигателем всего сюжета Илиады. Сам Агамемнон обладал большим авторитетом, ибо поэт называет его «пространно-властительным» и «повелителем мужей», правда, мы не очень хорошо понимаем, что подразумевается под этими эпитетами, – поэт не объясняет их, говоря, что Агамемнон правил большинством людей, хотя статус царя, как правило, не зависел от числа его подданных. Но эта власть не помогла ему, когда Ахилл ушел в свою палатку.
Многое из этого напрямую связано с тем, как поэт и его слушатели представляли себе героя, человека, поражающего воображение не только силой и богатством, но и своим кодексом чести. Но подобно тому, как честь является преувеличенным вариантом поведения, считавшегося нормой для верхушки древнегреческого общества более позднего времени, возможно, и другие качества героев как-то связаны с реальностью. Мы должны найти в истории место для этих царей, которые не могли стоять на вершине иерархии микенского общества или мириться с ограничениями, наложенными на древнегреческих правителей, живших в более позднее время. Неупорядоченная структура, необходимость четкого руководства, возможно даже доходящего до неистового индивидуализма героев Троянской войны, – все это прекрасно подходит для народа, переселяющегося из одного места в другое. Вполне вероятно, что войском, осаждавшим Трою, в эпической традиции после некоторой идеализации стали ватаги переселенцев, распространившихся по побережью Малой Азии после гибели микенской цивилизации.
Часть событий, описанных в Одиссее, если не считать ее довольно большой фрагмент, где описываются приключения главного героя, так или иначе связанные с волшебством, происходит в Греции. Ее события разворачиваются на фоне описания мирного существования царского домашнего хозяйства, благополучие которого поставили под угрозу обреченные женихи Пенелопы. Картина, правда, получилась далеко не полной, ибо Гомера интересует только происходящее во дворце, а менее значимые фигуры в его рассказе фигурируют только в связи с правителями. Язык поэмы настолько соответствует этому высокому уровню, что, когда повествование начинает разворачиваться в хижине свинопаса Евмея, на нее переносится часть свойственного дворцам великолепия, а сам Евмей оказывается «повелителем мужей».
На Итаке и на материке пасутся многочисленные стада Одиссея. Его дом, полный одежд, масла, вина и всего необходимого для домашнего хозяйства, поражает великолепием и размерами. Хранятся там и многочисленные сокровища. Архитектура, описание которой вплетено в повествование, напоминает характерную для дворцов Тиринфа. И здесь есть много отголосков микенской эпохи, но справедливо и то, что многие события, описанные в Одиссее, могли происходить и в гораздо более скромном доме, что во многом богатство Одиссея состоит из довольно простых вещей, количество которых многократно увеличено, и что сам правитель, как и его жена, в отличие от царей микенской эпохи, не пользуется услугами большого количества слуг, а делает очень многое самостоятельно. Когда герой не охотился, не пировал, демонстрируя свои атлетизм и доблесть, и не слушал песни, ему приходилось тратить время на личные инспекции своих владений. Так, например, Телемах оправдывал редкие посещения Евмея тем, что очень занят из-за поведения женихов. Женщин поэт хвалит за их умение ткать, причем Пенелопа в этом не отставала от своих служанок, и они, подобно гречанкам более позднего времени, самостоятельно следили за содержимым кладовых.
Практически все необходимое домашнее хозяйство могло производить самостоятельно, издалека завозили в основном рабов и металлы. Большинство рабов составляли женщины, и самым очевидным способом их добычи являлось разграбление захваченных городов, мужское население которых перебивали. Но самого Евмея, похищенного финикийцами, отец Одиссея Лаэрт обменял, а за Евриклею, умудрявшуюся и в старости помогать Пенелопе по хозяйству, он отдал 20 быков. Единственными торговцами, описанными в поэме, были финикийцы, но ее
