должно.
Такой алфавит осваивался не писцами в течение долгих лет обучения, как это было в микенский период, а любым желающим (в первую очередь стремящимся использовать его в деловых целях) на практике. Его довольно быстро также стали использовать для записи стихов. Древнейший сохранившийся до нашего времени текст, записанный с помощью новой системы, представляет собой довольно легкомысленный стих, написанный гекзаметром и выцарапанный на поверхности аттического сосуда, изготовленного около 725 г. до н. э. (илл. 14). Однако это еще пока не было привычное нам древнегреческое письмо. Для него еще характерно небольшое число финикийских черт, впоследствии отвергнутых греками, а значит, перед нами результат довольно раннего эксперимента, проведенного, когда письменность только формировалась. В то же время он знаменует собой окончание «темных веков», продлившихся около четырех столетий, на протяжении которых в Греции не был написан ни один текст. Новое изобретение очень быстро распространилось, и уже довольно рано большинство греков научилось писать.
Глава 4
Основные вехи политической истории
Мы прекрасно знаем, что происходило в конце V–IV в. до н. э., но более раннюю историю Греции можно восстановить лишь частично, причем с некоторым трудом. На протяжении долгого времени интерес греков к своему прошлому ограничивался пересказом легенд об эпохе героев, а различные авторы пытались эти рассказы как-то систематизировать. Менее отдаленным прошлым эллины начали интересоваться, лишь когда большинство произошедших тогда событий было безвозвратно забыто. Только в конце VI в. до н. э. нашелся человек, решивший сесть и написать нечто похожее на историческое сочинение, а первый труд, полностью сохранившийся до нашего времени и содержащий сведения, позаимствованные из этой работы, относится уже к середине V в. до н. э.
Автором, чье сочинение полностью сохранилось до наших дней, был Геродот, родившийся в городе Галикарнасе в Малой Азии около 490 г. до н. э. Этот путешественник, отличавшийся безграничной любознательностью, в первой половине своего труда привел заметки по истории, этнографии доступных ему частей Азии и Египта, юга России и Ливии, параллельно проследив рост Персидской державы и сделав несколько отступлений, связанных с описанием истории Греции, начиная с середины VI в. до н. э. Во второй части своей работы Геродот рассказал о событиях Греко-персидских войн, начиная с восстания городов Ионии в 499 г. до н. э. и заканчивая неудачным вторжением Ксеркса в Грецию в 479 г. до н. э., которые все еще сохранились в памяти многих из опрошенных им людей.
Фукидид, афинский интеллектуал, принадлежавший к знатному роду[3] и родившийся вскоре после 460 г. до и. э., пребывая в период с 424 по 404 г. до н. э. в изгнании, решил заняться изучением современной ему истории и, тщательно изучив отчеты, составленные многими участниками, описал события, происходившие на протяжении первых двадцати лет (431–411 до и. э.) Пелопоннесской войны между Спартой и Афинами. Его сочинение написано сухим языком и напоминает военное донесение, но оно сохранилось в памяти потомков благодаря страстному стремлению автора разобраться в причинах и последовательности политических событий, выраженному в основном в тщательно продуманных речах, вложенных Фукидидом в уста исторических персонажей. К тому времени появились комедии Аристофана и целая вереница судебных речей, а также декреты и иные надписи из Афин и других городов, предназначавшиеся для всеобщего обозрения и вырезанные на камне (например, илл. 15), из которых также можно черпать сведения по истории Греции. В IV в. до н. э. количество речей и надписей, как и сочинений по современной их авторам истории, значительно возросло. Правда, до нашего времени сохранилось незначительное количество последних, за исключением труда другого афинского изгнанника —
Ксенофонта, составившего неполный и довольно избирательный рассказ о Пелопоннесской войне, начинающийся с того места, где прервался Фукидид, и заканчивающийся описанием событий, произошедших в 362 г. до н. э.
Написание исторических сочинений, основанных на логических умозаключениях и анализе, стало чем-то новым в мире, который прежде знал лишь надписи, повествующие о достижениях царей, или (еще одно поразительное исключение) еврейские хроники с их подчеркнутой религиозной направленностью. Древнегреческое историописание сложилось в течение одного столетия с нуля, достигнув высот во времена, когда были написаны сочинения Геродота и Фукидида, но затем потеряло свою творческую составляющую. В начале своей всеобщей истории греков, написанной в третьей четверти IV в. до н. э. и сохранившейся до нашего времени в виде пространных цитат, содержащихся в сочинениях других авторов, и благодаря тому влиянию, которое она оказала на более поздних компиляторов, Эфор Кимский поместил рассказ о событиях, происходивших в Греции в эпоху архаики. Само это сочинение, очевидно, также представляло собой добросовестную компиляцию, сделанную на основе всех доступных автору трудов (причем Эфору не удалось проявить в нем ни воображение, ни способность делать далеко идущие выводы), и испытало на себе заметное влияние стиля и морализаторских взглядов ритора Исократа. Начиная с того времени практически все древнегреческие историки заявляли, что приводят в своих сочинениях примеры добродетели и порока, столь необходимые в процессе воспитания молодежи. Тем не менее полезная работа велась в других сферах. В IV в. до н. э. историки начали понимать, насколько необходимы при изучении более ранних исторических периодов письменные источники. Аристотель вместе со своими учениками собрал обширную коллекцию законов и уложений, из которой до нашего времени сохранилось лишь незначительное количество текстов. Исключением стала лишь практически полностью дошедшая до нашего времени «Афинская полития» Аристотеля, сохранившаяся лишь благодаря тому, что ее текст был записан на папирусе, найденном в Египте и опубликованном лишь в 1891 г. Племянник Аристотеля Каллисфен, ставший историком, также систематически собирал произведения древнейших поэтов, которые в те времена были еще доступны целиком, в то время как нам известны лишь отдельные цитаты из них. До наших дней сохранились некоторые фрагменты сочинения Каллисфена. Однако греки, проявлявшие интерес к прошлому во все периоды своей истории, не были лишены пристрастности, и нам следует с некоторым сомнением относиться к работам древних авторов, на мнение которых о прошлом повлияли современные им предрассудки.
О периоде, предшествовавшем времени Фукидида и Аристофана, мы знаем гораздо меньше. Говоря о середине VI в. до н. э. (примерно за 50 лет до его рождения), Геродот сумел составить связное повествование, снабженное достаточным количеством заслуживающих доверия подробностей, которые мы можем использовать в своей работе. Освещая этот период, он рассказывает не только о том, что произошло, но и в некоторой степени о том, как это случилось. В сочинении Геродота нет строго определенной линии повествования, и число подробностей зависит от того, насколько хорошо в его времена помнили о том или ином человеке либо событии. Но, грубо говоря, чем глубже в историю до примерно 550 г. до н. э. мы погружаемся, тем большее количество легенд и сказаний вторгается
