в Спарте сформировались общественный строй и дисциплина, вызывавшие удивление жителей других древнегреческих государств, и сложилась политическая система, при которой цари и совет магистратов, называвшихся эфорами, получили довольно широкие полномочия, но решения в основном принимались народным собранием. Теоретически полноправные граждане, которых было примерно от восьми до девяти тысяч человек, были равны по отношению друг к другу. Другие лично свободные жители Спарты, периэки, могли в некоторой степени пользоваться в своих городах и деревнях самоуправлением, но не принимали участия в управлении государством. Илоты и мессенцы были рабами.
Представители спартанской аристократии владели огромными территориями, и количество полноправных граждан по меркам более поздней древнегреческой олигархии было чрезмерно большим, но в то же время по сравнению с числом афинских граждан того же периода его можно назвать незначительным. Наличие илотов, хотя те и представляли постоянную значительную опасность, позволило спартанцам избавиться от необходимости постоянно присматривать за своими землями и хозяйством и сосредоточиться на тренировках и изучении военного искусства, благодаря чему сформировалась армия, превосходившая по своей боеспособности ту, которой обладало ополчение обычного города. Неизбежно возникала необходимость использовать навыки этого войска на практике. В конце VII в. до н. э. царили покой и процветание, но вскоре спартанцы приступили к завоеванию Аркадии. Очевидно, поначалу они планировали низвести жителей этой области до того же подчиненного положения, как и то, которое занимали мессенцы, но затем, потерпев тяжелое поражение, спартанцы радикально изменили свою политику. Благодаря ряду союзов, заключенных сначала с основным противником Спарты в Аркадии – Тегеей, а затем и с другими греческими государствами, и военным победам, заставившим забыть о поражении, которое спартанцы потерпели ранее, под их контролем оказался весь Пелопоннес за исключением Аргоса и образовалось могущественное объединение, известное нам как Пелопоннесский союз. Это усиление Спарты стало самым важным для Греции внутриполитическим событием из всех, произошедших в VI в. до н. э. К концу столетия Пелопоннесский союз превратился в хорошо налаженный механизм и обрел некое подобие собственной конституции.
Самым важным явлением, происходившим за пределами Греции, стало усиление Персидской державы. Кир Великий создал свое царство на фундаменте, заложенном мидянами, которым он прежде был вынужден подчиняться, но продвинулся гораздо дальше. В результате единственного непродолжительного похода, предпринятого около 545 г. до н. э., он низверг лидийского царя Крёза и затем направил свои силы в сторону греческих городов побережья Малой Азии. Несмотря на то что сам Кир не продвинулся дальше на Запад, в правление его преемников персы сохраняли нацеленность на завоевания, масштаб которых превосходил все, что было известно прежде. Когда Дарий I (521–486 до н. э.) покорил Фракию и, запугав правителя Македонии, вынудил его подчиниться, Греция столкнулась с опасностью. О реальности угрозы свидетельствуют многочисленные обращения к Спарте за помощью. Она их проигнорировала, и греки, полностью поглощенные собственными ссорами, не делали видимых попыток организации сопротивления. Основой для противостояния мог стать Пелопоннесский союз.
Жизнь завоеванных персами народов не была ужасной, так как в целом захватчики довольно терпимо относились к местным обычаям и религиозным представлениям. И восточные греки поменяли своего привычного соседа Крёза на более далекого и гораздо более могущественного господина, требовавшего дани, подчинения, а иногда и военной силы. Самое большое недовольство у них вызывала политическая сфера, так как персы предпочитали править греческими городами с помощью назначенных ими тиранов. Эллины же полагали, что уже переросли тиранию, и Ионийское восстание против Персии (499–494 до н. э.) началось с низвержения тиранов. Спарта снова не оказала поддержки, но Афины и Эритрея в первый год мятежа прислали восставшим помощь, против которой были направлены военные силы, направленные в 490 г. до н. э. Дарием в сторону противоположного берега Эгейского моря. Предметом особой гордости для афинян стало то, что их воины встретили эту армию возле греческого города Марафона и одержали над ней победу до прибытия спартанцев. Целью гораздо более многочисленного войска, отправленного сыном Дария Ксерксом (486–465 до н. э.) по суше, вдоль северной части побережья Эгейского моря, было завоевание всей Греции. Вынужденные готовиться к противостоянию персам в спешке, греки сплотились вокруг Спарты, так как союз, который она возглавляла, обладал огромными ресурсами для сражений на суше. Флот, созданный Фемистоклом для Афин, заметно превосходил какой-либо другой, но союзников, способных подчиниться им даже на море, не нашлось. Во время всех крупных битв, имевших место в 480 г. до н. э., даже решающего морского сражения при Саламине, номинально греками командовали спартанцы, и даже честь победы в битве при Платеях (479 до н. э.) принадлежит спартанцам и их полководцу и регенту Павсанию. Мы должны быть благодарны лакедемонянам с их страстью к совершенствованию военных навыков, ведь именно благодаря им персов удалось остановить, а самой древнегреческой цивилизации – достичь высот своего развития, не сталкиваясь при этом с препятствиями, связанными с иноземным владычеством.
Между тем Афины взяли новый политический курс, хотя вряд ли жившие в VI в. до н. э. греки замечали факторы, которые в итоге привели их к демократии. Аттика занимала очень большую по греческим меркам территорию и обладала гораздо большими внутренними ресурсами, чем те, которыми располагал среднестатистический город-государство. Судя по захоронениям и керамике, в «темные века» Афины были самым процветающим и, возможно, наиболее могущественным из древнегреческих городов. Однако вторая половина VII в. до н. э. стала для них не самым удачным периодом. В частности, некий Килон предпринял неудавшуюся попытку установить тиранию. В первые годы VI в. до н. э. Афины во многом из-за аграрных отношений, при которых бедняки занимали положение, ничем не отличающееся от рабского, оказались на грани переворота. Вследствие кризиса обладавший исключительным человеколюбием Солон, известный нам по цитатам из его стихотворных произведений, сохранившимся в сочинениях других авторов, провел ряд реформ. В 594 г. до н. э. он был избран архонтом-эпонимом, и перед ним стояла задача примирить враждующие слои населения.
О подробностях можно долго спорить, но несомненным остается то, что Солон сумел избавить бедняков от самых страшных из их проблем и запретил долговое рабство. Наиболее значительным нововведением в политической сфере стало разделение общества на четыре категории в зависимости от доходов представителей каждой из них. Государственные должности могли занимать те, кто вошел в первый разряд, представители последнего могли участвовать в работе народного собрания, являвшегося одновременно инстанцией, в которой можно было оспорить решения магистратов. Такое нововведение, связанное с получением политических привилегий благодаря богатству, а не праву рождения, было весьма современным, но реформы Солона не помешали установлению в Афинах тирании, хотя, возможно, и отсрочили его. Да и захватить власть оказалось совсем не просто. Писистрату вскоре после 550 г. до н. э. удалось добиться этого только с третьей попытки. Правил он
