– Крестный отец? – не понял Косыгин.
– Ну да, конечно! Ведь мы знаем, что их названия были предложены вами…
Не могу не упомянуть еще об одном эпизоде, связанном с Косыгиным.
Алексею Николаевичу как-то стало известно, что некоторые из его заместителей не гнушаются принимать «сувениры», «опытные образцы» от представителей краев и областей, наркоматов.
– Вы знаете об этом? – в упор спросил он меня.
– Конкретных фактов у меня нет, но слышал об этом, – ответил я.
И надо же было такому случиться! Буквально через несколько дней на столе Алексея Николаевича вместо привычного письменного прибора и стакана с карандашами появилась изящная шкатулка, отделанная серебром, и красивый чернильный прибор.
– Откуда это?! – Он был по-настоящему рассержен. – Прикажите немедленно убрать и выясните, кто автор этой провокации.
Я узнал, что шкатулку и прибор доставил представитель одной из кавказских автономных республик якобы по заказу Косыгина.
– Какая гадость, – заметил Алексей Николаевич. – Я с этим товарищем разберусь сам, а вы через десять минут пригласите ко мне всех заместителей.
Шкатулку и прибор убрали, на столе появились обычные карандаши в стакане и небольшая чернильница. В кабинете собрались заместители. Косыгин в самой резкой форме рассказал о случившемся и о слухах по поводу «сувениров» и «опытных образцов».
– Я предупреждаю, – сказал он, – если кто-нибудь позарится на такие подарки, я немедленно поставлю вопрос о снятии виновного с занимаемого поста.
* * *
В 1944 г. Косыгина назначили председателем Валютного комитета. Он должен был рассматривать и готовить для утверждения планы, предусматривающие различные статьи расходов и доходов, главным образом от внешнеторговой деятельности, получение процентов от кредитных операций. Я был назначен помощником Косыгина и с небольшим аппаратом выполнял функции секретаря Валютного комитета. Его членами, кроме Алексея Николаевича, были министр внешней торговли, министр финансов, председатель Госбанка и министр Госконтроля.
Особенно много времени занимали вопросы, связанные с расходами на приобретение оборудования и материалов.
При обсуждении дел в комитете часто разгорались ожесточенные споры. Проверка расходов валюты на содержание посольств, консульств, торговых представительств показала, что здесь имеются большие резервы. Косыгин потребовал данные о расходах, связанных с прожиточным минимумом в иностранной валюте наших представителей, включая затраты на питание, транспорт, культурные мероприятия, представительские расходы, приемы.
Оказалось, что сметы расходов многих наших организаций за рубежом вполне можно сократить. Однако истины ради следует заметить, что сотрудники посольств, консульств других стран получали значительно больше. Тем не менее строжайший контроль за расходованием валюты в те далекие годы велся неукоснительно…
В феврале 1948 г. меня пригласил Алексей Николаевич:
– Есть решение о назначении меня министром финансов… И еще…
Он улыбнулся и подал через стол бумагу с грифом ЦК. В ней говорилось об утверждении «т. Болдырева А.С. заместителем министра финансов и членом коллегии».
Я чуть не взвыл:
– Алексей Николаевич! Я же никогда не занимался финансами…
Он остановил мои возражения движением руки:
– Там большое хозяйство. Гознак, у которого семь фабрик, а также управление драгоценных металлов, строительный трест. К тому же здание министерства нужно привести в порядок.
Звонок ВЧ прервал наш разговор.
Следует заметить, что Алексей Николаевич не приступал к делам в Минфине до окончания работы специальной комиссии. О необходимости ее создания Косыгин говорил со Сталиным и получил его согласие.
Этой комиссией было вскрыто немало серьезных недостатков в деятельности Минфина и его структур, в том числе при решении таких важнейших вопросов, как налогообложение, изыскание дополнительных источников поступлений в бюджет, упорядочение деятельности сберегательных касс и Госстраха.
Первые послевоенные годы были чрезвычайно трудными: для восстановления народного хозяйства, улучшения жизни людей требовались огромные финансовые средства. Несмотря на декабрьскую реформу 1947 г., денежное обращение в стране было нарушено, товарные ресурсы недостаточны. Многие источники доходов с окончанием войны сократились: был отменен военный налог, снизилась подписка населения на займы, прекращена практика перечисления денег в сберкассы за неиспользуемые отпуска, уменьшилась сумма поступления сельскохозяйственного налога.
Алексей Николаевич неплохо знал технику финансирования промышленности, специфику взаимоотношений министерств с бюджетом. Опыт хозяйственника позволял ему быстро разбираться в балансах доходов и расходов министерств при возникновении споров. Однако он, естественно, не знал тонкостей сложной механики составления бюджета, запутанной системы получения государственных доходов и налогообложения. Последовательно на заседаниях коллегии была рассмотрена работа каждого управления или отдела министерства. Под строгим контролем начали осуществляться меры по ликвидации недостатков, вскрытых комиссией.
Одной из первых крупных мер, разработанных в 1948 г. Министерством финансов и Госпланом СССР, стало повышение оптовых цен на промышленную продукцию и снижение ставок налога с оборота потребительских товаров.
Анализируя работу Минфина, часто встречаясь с сотрудниками финансовых органов союзных республик, краев и областей, Алексей Николаевич убедился в необходимости укрепления системы, улучшения материального обеспечения и условий труда работников отрасли. Он заручился согласием правительства на проведение ряда мер. Так, для работников министерства и его органов была введена система аттестации, установлены звания, форма одежды, надбавки за выслугу лет; выделены ассигнования для строительства хранилищ денег, учреждениям банка были предоставлены автомашины, усилена охрана инкассаторов. В ряде городов началось строительство специальных финансовых техникумов.
Особенно серьезную озабоченность вызывала работа Гознака. Проверка показала, что он крайне неудовлетворительно подготовился к выпуску новых денег образца 1947 г. В частности, на всех его печатных фабриках остро не хватало кадров печатников, обрезчиков, сортировщиков, контролеров, рабочих других специальностей. Зачастую печатание денег доверялось совсем неопытным ребятам, только закончившим фабрично-заводские училища или среднюю школу, много было и случайных малоквалифицированных людей. Их подготовка осуществлялась наспех.
В результате печатные фабрики выпустили огромное количество бракованных купюр. Только за 10 месяцев 1948 г. у населения было изъято множество дефектных купюр достоинством от одного до ста рублей с такими видами брака, как печать на одной стороне листа, на бумаге без водяных знаков, без номеров и серий…
Только спустя несколько лет мы узнали об истинных размерах брака. Ведь контроль билетов, выпущенных во время реформы, закончился только в 1950 г. Выяснилось, что из 14 миллиардов 434,9 миллиона рублей было забраковано купюр на сумму 6 миллиардов 269 миллионов рублей – таким образом, брак составил 43,4 %!
Естественно, появление в обращении новых денег вызвало немало подделок. Большинство их было выполнено кустарными методами и быстро выявлялось. Забегая вперед, скажу, что в 1950 г. в районе Ростова и Новочеркасска обнаружили крупную партию банковских билетов 50-рублевого достоинства необычайно искусной подделки. Внешне они выглядели идеально – сложнейшая металлографическая печать выполнена безукоризненно, все виды защиты, кроме бумаги с водяными знаками, исполнены с большой точностью. Главный эксперт Гознака тщательно рассмотрел билеты под микроскопом, сфотографировал отдельные элементы и только развел руками. Всеми известными методами фальшивомонетчиков нельзя было воспроизвести денежные билеты с такой поразительной точностью.
Разумеется, органы милиции, работники банков, сберкасс, кассиры в магазинах были оповещены. Но это ничего не дало. Искусный фальшивомонетчик затаился. А через несколько месяцев в городах Донбасса и Ростовской области вновь была изъята довольно крупная партия точно таких же поддельных денег, но другой серии. Но и на сей раз преступник или преступники не были найдены. Так тайна происхождения тех фальшивых денег и по сей день остается нераскрытой.
* * *
У меня сохранились интересные записи, которые относятся к «минфиновскому» периоду деятельности Алексея Николаевича. Приведу одну из них.
…Был четвертый час ночи, когда мне позвонил начальник Ленинградского управления внутренних дел и сообщил, что днем в скупочный пункт драгоценных металлов и камней на Невском проспекте неким гражданином Полонским сдан крупный бриллиант. Камень чистейшей воды, великолепно ограненный и хорошо известный ювелирам.
