Далеко на горизонте вспыхнула огненная полоса заката, окрашивая небо, волны и меня в мистический багровый цвет. Полный штиль, словно недолгое затишье перед бурей, предвещал драму и в море, и на корабле. Медленно и осторожно, словно ночной грабитель, я направился к балконной двери, постоянно боясь, что меня выдаст бешено колотящееся сердце. А что, если там вся семья? Вдруг они вооружены? В темном зале ресторана выстрелы звучали чаще, чем грохот стульев и вопли. А вдруг меня схватят и тут же потащат в полицию?
Не схватят! Если что, я спрыгну в море и… там что-нибудь придумаю. Всегда можно сказать, что захлопнул дверь и забыл ключи в номере. Любым путем нужно срочно заставить замолчать эту скрипку, пока меня целиком не съела тоска. Стекло отражало яркое зарево заката, и я, щурясь и ругаясь, досчитал до трех и открыл балконную дверь.
Внутри номер оказался немного просторнее, чем мой собственный, но такой же уютный и новый. Светлые стены, дорогая отполированная мебель, ковры и картины. В центре стояла роскошная двуспальная кровать, заправленная светлым покрывалом. На ее дальнем конце лежала знакомая темноволосая девушка, одетая в красивое нежно-кремовое платье. Ее бледное лицо было спокойно и безмятежно, словно она спала и вот-вот собиралась открыть свои пронзительные изумрудно-зеленые глаза. Рядом со спящей красавицей сидел худенький светловолосый паренек, согнутый горем, он не сводил с девушки глаз. На его левом плече лежала маленькая черная скрипка, а в правой руке был зажат тонкий смычок, который нервно бегал по струнам, наполняя воздух душераздирающей печалью. Скрипач сидел спиной к окну, никого не видя и не слыша. Его музыка, словно стена, отгородила его от всего мира, оставив наедине со своей бесконечной болью. Я прикусил губу и поправил свои наушники, воткнув их как можно глубже.
Недалеко от Андреа на тумбочке стояла бутылка дорогущего красного вина – именно с нее начались все его проблемы. Да и мои тоже. Сладкий яд попал на шипы прекрасной алой розы, ими и укололась Лиана. Ядовитый цветок сейчас лежал рядом с бутылкой, его бархатные лепестки почернели, но несколько не увяли.
– Проклятье! – прошептал я, слабенькие наушники совсем не помогали, и по моей правой щеке снова покатилась соленая слеза. – Да этот парень пьян! Чтоб его!
И словно в подтверждение моих слов Андреа опустил смычок, небрежно взял бутылку и сделал пару жадных глотков. Солнце садилось очень быстро, отдавая права теплой южной ночи, и в комнате уже царил полумрак, по стенам плясами тени. Музыкант поставил бутылку на стол рядом с розой и снова потянулся к смычку.
– Нет! Стой! – закричал я, на ходу выдирая наушники. – Хватит играть и…
Андреа резко развернулся, его белокурая вьющаяся челка была ужасно растрепана, ярко-голубые глаза, распухшие от слез, расширились от удивления и ужаса. Нет, ему далеко не девятнадцать лет, как писали в газетах. Сейчас ему не дашь и пятнадцати. Я думал, мальчишка швырнёт в меня бутылкой.
– … и хватит бухать! – строго закончил я, вспоминая свой английский. – Вино отравлено!
– Ты пришел за мной… демон? – спросил Андреа, словно во сне, его глаза смотрели сквозь меня куда-то далеко в открытое море. – Твоя отрава забрала только мою Лиану. Яд выдохся, и теперь это просто вино. Попробуй.
– Да чтоб тебя! – я выбил бутылку из его протянутой дрожащей руки, и она с грохотом покатилась по ковру, оставляя за собой кроваво-рубиновый след из капель. – Я не демон!
– Жестокий демон, – всхлипывал парень, я не мог смотреть на него без слез, – я убил тебя, но ты, видно, бессмертен. Моя партия окончена, не знаю, слышала ли Лиана. А теперь… теперь забери меня с собой! К ней! Только…, – он растерянно, как в бреду, прижал к себе свою черную скрипку, – Можно я возьму ее с собой?
– Ты спятил? – я прилагал все усилия, чтобы не покрутить пальцем у виска. – Эй, парень, полегче!
Андреа достал откуда-то черный маленький пистолет и медленно поднес его к своему правому виску. Его глаза, два бездонных океана тоски и боли, смотрели на меня, не мигая.
– Я не демон! – заорал я, не зная, как спасти ему жизнь второй раз, пришлось сильно врать. – Твой нож лишь слегка поцарапал мою задницу! Даже девчонка справилась бы лучше!
Андреа моргнул, кажется, понемногу отходя от своего горя и вина.
– Но… нож был тупой, и мои руки дрожали, – оправдывался скрипач, и вместо заслуженной благодарности он наставил на меня дуло пистолета, – повернись!
– Что?!
– Покажи мне свою задницу! Живо!
– Нет! – я отступил назад к балконной двери, понимая, что если сейчас он увидит мою спину, то ни какое вранье мне не поможет. – Опусти пушку! Я тебе все покажу!
Но мальчишка и не думал складывать оружие, наоборот, ему стало очень интересно.
– Есть только один способ проверить, демон ты или нет, – сказал Андреа, целясь мне в голову, точнее, то в левый, то в правый глаз, – если тебя не убьет пуля, то ты заберешь мою душу. А если убьет, то гори в аду! Я отомщу тебе за Лиану во второй раз!
У меня внутри все похолодело, и вдруг, как никогда раньше, мне захотелось жить.
– Вообще-то, когда я подошел к вам в ресторане, – бормотал я, как в бреду, – я хотел спасти тебя! Это тебе предназначался яд в этой бутылке! Но все вышло криво, и твоя Лиана схватила не ту… Эй, да чтоб тебя!
На последней фразе грянул выстрел, пуля просвистела прямо в том месте, где полсекунды назад была моя голова, и вылетела через открытую балконную дверь. Не знаю, каким чудом, но я успел увернуться. Снова выстрел. На этот раз за моей спиной вдребезги разлетелось дорогое оконное стекло, и на пол со звоном посыпались осколки. Но я по-прежнему оставался целым и невредимым, только, наверное, слегка поседевшим и немного заикой. И где я научился так уворачиваться от пуль? Помнится, в детстве я как-то ходил на танцы, но после того, как я завалил ширму на каком-то концерте, меня с треском выгнали.
В конце концов, я допрыгался и, поскользнувшись на новеньком паркете, с грохотом завалился на пол. Андреа со слезами на щеках и безумными горящими глазами направил дуло мне прямо в лицо, его рука дрожала. Теперь уж точно все кончено.
– Андрюха, – улыбнулся я, облизав языком сухие губы, – а с чего ты взял, что я демон? Может быть, я наоборот – ангел? И пришел тебе помочь?
– У ангелов есть крылья, – прошептал Андреа и… спустил курок.
Но вместо выстрела раздался только лязг металла, и я с облегчением открыл глаза. Андреа отшвырнул пистолет в сторону: без патронов он стал бесполезен.
– Ты… ты демон! – шептал себе под нос парень, словно в бреду, растрепанная челка приклеилась ко лбу холодным потом. – Ты должен быть мертв! Ты… мертв… ты ненастоящий!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
