остаюсь в долгу, дерзко оглядываю его с головы до ног, словно первый раз вижу. Да и на императорском балу мне не удалось хорошенько разглядеть императора. Вокруг было столько интересного, что на него я вообще не обратила внимания. Зачем он был мне нужен? А оказалось, что нас тесно связала судьба родственными узами и никуда мне от него не деться.
Мы с ним словно день и ночь. Он высокий, на вид лет тридцати, с насмешливым взглядом голубых глаз. Тёмную копну волос держит в повиновении узкий серебряный обруч. Одет в чёрный камзол, который лишь подчёркивает статную фигуру брата и высокие сапоги ладно сидят на мускулистых ногах.
Засмотревшись на брата, не сразу нахожусь с ответом.
— Убегаю подальше отсюда, — не скрываю я от него свои намерения.
— А я, грешным делом, надеялся, что меня встречать бежишь сломя голову, — и этот туда же потешается надо мной. Меня так и подмывает окоротить братца. Вот тут точно нужно держать язык за зубами, мне ещё не хватало настроить против себя императора.
— Кажется, я убила князя Белых Волков.
— Скверно, сестрёнка, — притягивает он меня к груди и обнимает. А я опять утыкаюсь носом в эту злополучную императорскую цепь. — Но убегать не станем. Не к лицу сестре императора бегать от кого-либо.
Я отстраняюсь и заглядываю в глаза императора. Он тепло улыбается, и я понимаю, что он-то точно не даст меня в обиду, даже если придётся воевать с оборотнями. Мои нервы не выдерживают, и я утыкаюсь ему в плечо, обильно орошая камзол слезами.
— Ну, ну, Велена, — ласково говорит он, — утрись и пойдём решать проблему с убийством Рагнара. Не понравился жених?
— Понравился, — хнычу я, — спасибо, братец!
Он поднимает скептически бровь, но почему-то молчит.
— У меня случайно получилось, — всхлипываю я, размазывая слёзы по лицу, рассказываю историю убийства Рагнара.
— Проснулась, значит, родовая сила Рэгнволдов, — задумчиво говорит брат. Так, странно, что у меня теперь есть брат. Родная душа и совсем не безразличная ко мне.
Он снимает с руки браслет и одевает мне на руку.
— Пока браслет не снимай, он сдерживает твою магическую силу. Когда научишься владеть ею, тогда и снимай, а не то пол-империи разнесёшь, — говорит Гио, в его голосе я различаю гордость за принадлежность к такой мощи.
Я не решаюсь спрашивать, как же я научусь владеть родовой силой, если браслет снимать запрещено.
Гио ведёт меня обратно в трапезную, и за могучей спиной брата мне уже не так страшно.
Уже на подступах слышим, что чудовищный скандал в разгаре. Крики и ругань разносятся далеко за пределами трапезной.
Лично меня ни сколько ни удивляет, что в этой какофонии особенно выделятся голос Марты. Уж она-то не упустит случая поскандалить.
Гио распахивает с треском дверь, добиваясь максимального внимания к своей персоне в этом гвалте. Как по команде голоса стихают. Спины моей семьи склоняются в подобострастном поклоне. Оборотни же почтительно наклоняют головы.
— Келси, извольте объясниться, почему я встречаю свою сестру в слезах? — я не узнаю своего брата, так холоден его тон. Насколько со мной он был терпелив и ласков, настолько же он жёстко и бескомпромиссно осаживает отца.
Приёмный отец зеленеет от страха, и это не метафора. О том, на что способен император ради блага империи, слагают легенды. И Келси Велесу совсем не хочется быть первым, кто узнает, насколько император ценит свою семью.
— Ваше императорское величество, — мямлит Властелин Западного Пограничья. — Велена убежала из трапезной после того, как магически воздействовала на князя Белых Волков.
По мере того как Келси Велес говорит, император всё больше хмурится.
Гио подходит к Рагнару, а я хвостиком плетусь за ним. Пожалуй, пока оборотни настроены ко мне агрессивно, я лучше буду держаться рядом с братом. Жених до сих пор не приходит в себя, и его дядька и брат смотрят на меня волками. Простите за каламбур.
— Велена, ты ещё даже замуж не вышла, а уже решила остаться соломенной вдовой? — заботой о вожаке Белых Волков, Гио разряжает накалившуюся обстановку. — Так не пойдёт, девочка моя. Береги честь Рагнара. Честь жены — честь её мужа. Это платье супруги вдвоём носят.
Оборотни уже не скрипят зубами, и дело даже не в том, что они опасаются Гиоргия одного из самых сильных магов Эйдена. Нет! В клане Белых Волков нет тех, кто боится или прогибается под более могущественных магов. Это гордые мужчины. Для них смерть предпочтительнее позора и мой брат это ценит в своих союзниках.
— Расслабьтесь, парни, очухается ваш родственник, — утешает их Гио, позволяя не придерживаться церемоний. — Невеста его выходит, правда же, Велена?
Я недоумённо смотрю на маму. Что значит, Велена выходит?
Велена знает немного о травах, но лечить магические раны не может.
— Чего молчишь, сестрёнка? — спрашивает меня Гио, а сам пристально смотрит на моего приёмного отца. — Келси, велите слугам отнести князя к Велене в комнату.
— А может, лучше в гостевые покои? — жалко блеет Повелитель Пограничья, вызывая презрительный взгляд императора.
— Что лучше, я сам знаю, — отрезает брат, — Неужели вы, что решили, что можете мне указывать? Велена, девочка моя, веди меня в свои покои.
— Что лучше я сам знаю, — отрезает император, — Вы, что решили, что можете мне диктовать условия? Велена, девочка моя, веди меня в свои покои.
Глава 17. Неприятности Келси Велеса
Подчиняясь воле императора, я первой двигаюсь к двери. Краем глаза замечаю, что приёмный отец делает мне какие-то знаки. Я не понимаю, что он хочет сказать, и развожу руками. Подозреваю, что он не ожидает ничего хорошего от знакомства императора с моим местообитанием и хочет скорректировать место, куда я должна привести Гио. Но понять из его жестикуляции ничего не возможно.
Меня устраивает комната, только тем, что мамины покои находятся рядом и меня не загнали на этаж для слуг, как хотели с самого начала.
Страшно даже представить, какой шок будет у брата при виде моей каморки.
Рагнар уже наглядно продемонстрировал мне своё отношение к моей спальне. «У моих слуг комнаты и то больше», презрительно скривил он губы, когда увидел, где я живу.
Теперь же я веду в свою комнату самого могущественного человека империи, от которого зависит благополучие семьи, да чего уж ходить вокруг да около, и наши жизни.
Чем же закончится посещение моих покоев для Келси Велеса, не возьмёт предсказывать даже гадалка. В конце концов, комната не самое страшное, что происходит со мной в Западном Пограничье с молчаливого разрешения отца.
Взять хотя бы историю
