– Мы с Алексом сделаем вид, что помолвлены. Это пока всё, что они придумали.
– А что придумала ты?
– Сменить имя, перекраситься и сбежать куда-то в Сибирь.
– Чего? – Алекс откровенно ржет, а Сэм давится кофе. – Очень ответственный подход, принцесса.
– Брак тоже так себе выход, эта история шита белыми нитками. Особенно, если на видео были трое.
– Другие варианты?
Алекс и Теймур буравят друг друга взглядами, словно пытаются установить первенство. Я не вмешиваюсь, потому что сил нет. Только сжимаю ладонь Сэма, которую тот укладывает мне на колено. Молчаливая поддержка помогает откинуться на спинку стула и выпить кофе без сахара.
Голова жутко болит, и я прикрываю глаза. Пока они будут разбираться, у меня есть несколько минут тишины. Снова поступаю, как ребёнок. Спихиваю ответственность на других, в ожидании чужих решений. Но я столько лет выгребала всё одна, что теперь пускай другие думают.
В худшем случае, Марк хотел вечную зиму. Сибирь отлично подойдёт.
– Эй, принцесса, - чувствую прикосновение к лицу и смотрю на Сэма, часто моргая. – Я понимаю, что ты устала, но нужно всё обсудить. А потом ляжешь спать.
– Я не сплю.
– Верю-верю. Так ты согласна с нашим планом?
– А какой был план? – действительно пропустила всё, о чем говорили мужчины.
– Все ещё про женитьбу.
– Про помолвку, правильно? Я не буду настолько врать. Это и так отразится на Марке.
– Только помолвка, да, - Алекс кивает, растирая виски. Не только я устала. – Есть кто-то, кто сможет опровергнуть наши слова об отношениях? Бывший, нынешний парень? Отец Марка?
– Отец Марка явно влезать не будет.
Звучу резко, но мне нужно закрыть эту тему. Раз и навсегда. Чтобы никто не возвращался к ней и не задавал лишних вопросов. Марк – мой сын, и больше некому претендовать на родительские права.
– Моя мать может влезть. Сто процентов влезет. Она уже пыталась отобрать Марка, не раз.
– Что значит «отобрать»? – Сэм выглядит действительно злым, будто у него пытались забрать ребёнка. Хотя, возможно, я именно так и поступила. – Как можно такое сделать?
– Нет своего жилья, проблемы со здоровьем и прочие причины. Она – депутат, у неё есть связи. Недостаточно, чтобы выиграть. Суд был на моей стороне, но…
– Но с видео всё меняется?
– Распутная мать, которая плохо влияет на ребёнка. Отличный повод. Но мама ничего не знает о моей жизни, так что, мы сможем соврать об отношениях. Ник поддержит, а я больше всего путешествовала именно с ним. Нужно придумать, когда мы познакомились.
– Почему не использовать правду? Ты застряла на дороге, Алекс тебя подобрал.
– Меня спасал ты, Сэм.
Отчетливо помню, как лежала в сугробе и решила, что мужчина мне просто мерещится. Хотя иногда мне кажется, что вся ночь мне привиделась из-за мороза и усталость.
Только живое доказательство сидело сейчас передо мной.
– Лучше будет, если немного изменить историю. После вы разошлись, встретились недавно. Вспомнили прошлое, поболтали. А после Алекс пригласил на свидание.
– И как я получила роль? Внезапно?
– Да. Я просто поменял концепцию игры, не связано с тобой. После увидел, как ты танцуешь. Решил устроить собеседование.
– Которого не было.
– Для нас, принцесса. Остальные об этом не узнают.
– Пускай Алекс предложит Юнну на роль, - вдруг вмешивается отчим. – Ты искал актрису, он подсказал. Звучит реальнее, чем случайность.
– Устраивает, принцесса?
– Да.
– Отлично, завтра с утра ты переезжаешь ко мне.
[1] Мадлены – французское бисквитное печенье, больше похожее на кексы. Автор обожает и рекомендует)))
Глава 19
Шум репортеров оглушает. Мы проходим в конференц-зал, который полностью забит. До этой секунды я действительно не представляла, насколько ситуация ужасна. Ну немного в игровом бизнесе пошумит, утихнет. Но ощущение, что всем журналистам мира прислали приглашение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мы даём интервью спустя двенадцать часов после выхода видео, а уже такой ажиотаж. Я не хотела здесь быть, но по-другом никак.
С шести утра меня уже красили, укладывали волосы и подбирали наряды. Эву, костюмера, ко мне не подпустила Рина. Приезжий специалист, которого ребята наняли вчера вечером.
Она выгнала всех из комнаты. Даже недовольных Алекса и Сэма, которые платили ей деньги. Выставила и хлопнула дверью. И заговорила со мной на русском, хотя с парнями общалась на чистом английском.
– Ты из России?
– Не совсем, жила там в детстве, но давно не была. Это сейчас не важно. Давай по порядку обо всём. Я специализируюсь на скандалах, Юн, - Рина усаживается напротив. На ней сдержанное черное платье, волосы собраны в высокий хвост. Образец элегантности и собранности. И это, почему-то, вселяет уверенность. – Я решаю проблемы людей, не компаний. То есть, это связано, но для меня приоритет вывести из скандала именно клиентов.
– Хорошо. И что меня ждёт?
– Ничего хорошего. Идея с браком – фигня, если говорить откровенно. Но ориентируемся на это. Не показывай страха или неловкости. Было и было, тебя волнует только низость того, что видео выложили и обсуждают. Если почувствуют, что ты сама жалеешь – это будет хуже. У тебя есть сын, правильно?
– Его не вмешиваем!
Теймуру пришлось перенести вылет, чтобы сегодня присмотреть за Марком. Я ещё не наша няню или садик, да и незнакомую женщину пускать в дом было глупостью. Сначала разобраться с сегодняшним днём, после искать надежный персонал.
– Он уже вмешан. Вопросы о Марке будут подниматься, ваши фото сольют в прессу. Мы сами это сделаем, первыми. Немного информации о частной жизни, чтобы расположить общественность к тебе.
– Почему вообще всех это волнует? Илона Маска не дергали [1].
– Во-первых, он мужчина. А во-вторых, видео в сеть не сливали. Тут ещё интерес к фирме Алекса и Сэма. Они запускают самостоятельный продукт, конкурент крупным компаниями. В индустрии игр используют такие же грязные методы, как и в других областях. То, что у тебя главная роль, только подливает масла в огонь.
– Мне отказаться от работы?
– Ни в коем случае. Так будет только хуже. Наша линия – ты взрослая девушка, уверенная в себе и своей сексуальности.
Уф, с этим у Рины точно будут проблемы. Я знала, что красивая. Особенно потеряв вес, с выпирающими ключицами и тонкой талии. Я знала, да, но уверенности это не прибавляла. В зеркале я всё ещё могла найти недостатки.
– Вы с Алексом решили поэкспериментировать, ваше право. Мы не будем заявлять о том, что это был Сэм. Имя скрыто, чтобы не втягивать человека в скандал. Ваш знакомый, пускай гадают. Сегодня общая конференция, без деталей. Держи, я буду на связи и подсказывать.
Девушка протягивает мне микро-наушник, который мы часто использовали в академии. Пока преподаватели не начали понимать, что не просто так вся группа сдаёт экзамен на «отлично».
– Веди себя естественно, прекрати дёргать рукава!
Киваю, делаю глубокий вдох. На мне сегодня серый удлинённый пиджак, черное простое платье. Никаких ярких деталей, всё сдержанно и прилично. Главное, чтобы на это повелись журналисты.
– Дыши, принцесса, - Алекс шепчет на ухо, отодвигая стул. Усаживается по левую сторону. Справа сидит Сэм. Нас много, юристы и PR-менеджеры, целый консилиум собрался. – Всё будет хорошо.
– Мисс Слицерин, как вы прокомментируете ваше секс-видео? Кто был третьим? Часто ли вы устраиваете групповушки?
– Поблагодари за вопрос, сделай паузу, - спокойный голос Рины раздаётся в ухе. – Не хами, не нервничай. Это не их дело.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Спасибо за вопрос, - стараюсь улыбнуться, но уголки губ отказывают подниматься. Внутри всё переворачивается с каждым словом. Сложно дышать. Слова и языки путаются в голове. – Я не думаю, что должна комментировать свою личную жизнь. Это происходило за закрытыми дверьми и не должно было стать достоянием общественности.
