Молодец, Слицерин, четыре мужика в доме, и от каждого хочется сбежать.
– Юн, звонила твоя мать и…
– Теймур, сходите с Марком куда угодно, - мне самой страшно от того, насколько звенит мой голос. На нас даже воспитатели в детдоме так не кричали, как меня срывает. – Подальше.
– Юн.
– Не сейчас!
В душе такая буря, что меня с головой накрывает. И страхом, и злостью. Непониманием, вопросами, раздражением. Слишком опасный коктейль, чтобы я сдержаться могла. Кажется, что сейчас взрыв прогремит, а все только спички подсовывают.
Даже Марк вздрагивает, скрещивая руки на груди. У него много вопросов и он заслуживает на них ответов. Особенно после того, что сказал Алекс, как он это сказал.
Только у меня вопросов тоже много. И чтобы с Марком нормально всё обсудить, сначала бы самой разобрать.
– Ладно, - Теймур первым сдаётся, пока Марк стойко выдерживает мой взгляд. Отчим делает шаг к мужчинам, понижая голос. Но я всё равно слышу: – В узких кругах знают, что у меня кровавый бизнес, а убить не проблема. Достаточно прозрачный намёк?
– Тей! Просто уйдите, пожалуйста.
И, видимо, в этом «пожалуйста» слишком много боли и надломленности, что отчим отступает. Кажется, что в последний раз такой потерянной я была пять лет назад. Тоже с Теймуром, тоже не зная, как быть дальше. Только тогда просила остаться со мной, а сейчас прошу уйти.
– Теперь – вы! – разворачиваюсь к Алексу и Сэму, когда хлопает входная дверь. – Какого черта вы устроили?!
– Послушай, принцесса, это отличный выход из ситуации. Я не шутил, Юнна, - Алекс загоняет меня в ловушку. Наступает, пока не оказываюсь прижатой к каменному забору. – Ты выйдешь за меня и это решит часть проблем.
– Конечно. Прямо сейчас в ЗАГС, да?
Сжимаю его плечи, стараясь держать подальше от себя. Не хочу слушать этот бред, и со злостью мужчины тоже не хочу справляться. Но Алекс улыбается, мягко и нежно так, что грубые слова застревают в горле.
Убирает спутанные пряди за ухо, обжигая кожу лица. Не спешит убирать ладонь, поглаживая шею. Смотрит так, словно имеет на всё это право. И касаться, и прижиматься своими бёдрами к моим.
– Сэм.
Приходится подняться на носочки, чтобы заглянуть за плечо Алекса. Призвать к помощи того, кто всегда был спокойным и рассудительным. И мужчина подходит, но совсем не помогает. Слегка толкает плечом Алекса, останавливаясь рядом. Точно так же нависает.
– И что вы делаете?
– Просто подстраховка, что ты не сбежишь.
– Это мой дом! Заканчивайте это. Я в шаге от срыва, - понимаю, что это действительно так. Успокоительные совсем не помогают, и дело не в привыкании.
– Всё просто, принцесса, - Сэм облокачивается ладонью о стену, совсем рядом с моим лицом. Если совсем немного сдвинуться, смогу прижаться щекой к крепкой руке. Мысли совсем некстати, только сильнее разгоняют кровь. – Алекс прав. Ты хотела решение – вот оно. Объявите о помолвке, это снизит накал. Переспать с женихом на площадке нормально, а вот с малознакомым мужчиной – нет.
Дёргаюсь, словно от удара. Потому что Сэм говорит искренне и правдиво. Ничего нормального нет в том, как я поддаюсь этим двум. Я ничего о них не знаю, действительно незнакомые мужчины. Ни их возраст даже, ни как они жили. Ни эти года, ни до нашей первой встречи.
Какой кофе пьют, что за музыка играет в машине. Любят ли дождь, на что аллергия и можно ли использовать их вместо подушки, когда мне плохо.
Зато знаю, как выглядят их лица, когда мужчины кончают.
– В глазах общественности, красотка, - Сэм ловит моё лицо своими невозможно длинными пальцами, заставляя смотреть в глаза. – Мы не говорим о реальности.
– Это одно и то же.
– Вовсе нет, Юн. Всё, чего ты хочешь – правильно.
А я вспоминаю, как в ту ночь они шептали мне на ухо. «Всё, что захочешь, принцесса». Кожа была в мурашках, между ног всё горело. И я задыхалась между поцелуями. И верила, что всё было правильно.
Ответ прилетел пять лет спустя.
Показывает, насколько я ошибалась.
– Я хочу, чтобы вы оставили меня в покое.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Кроме этого, - Алекс тихо смеётся, наклоняясь ниже. – Завтра утром нужно будет сделать заявление, чтобы не подрывать репутацию фирмы. И, если честно, меня больше беспокоит твоя репутация. Фирма выплывает, а тебя буду дёргать.
– Думаешь, я не поняла ещё? Не осознаю, насколько влипла? Вы… Вам такое простят легко, забудут. Девушкам не прощают. Особенно с моим…
Осекаюсь, проглатывая признания в диагнозе.
– С моим положением, то, что я вдруг получила главную роль. Это ведь тоже будут обсуждать. Всё, что я выстраивала эти года, просто рухнуло!
– Поэтому я предлагаю выход. Мы влюблены, помолвлены и решили развлечься после работы. Это можно провернуть.
– А Сэм просто мимо проходил?
– Моего лица не видно, - добивает меня новостью. – Там отчетливо видно, что на кровати трое. Но не ясно, кто с вами. Если поможет – мы скажем, что был я. У нас ночь впереди, всё обдумать и решить. Но Алекса и тебя видно хорошо.
– Я хочу увидеть эту запись.
– Принцесса, оно тебе не нужно.
– Не вам решать. Хотя вы только это и делаете!
Пружина, которая сжималась внутри, срывается. И меня прорывает слезами и злостью. Толкаю Сэма, выбираясь из их капкана.
– Вы ворвались в мою жизнь и крутите, как хотите! Контракт подсовываете, зажимаете. У вас нет на это право, ясно? Нет! Развлекайтесь с другими, а у меня теперь всё рушится. Моя мать только ждёт шанса, чтобы надавить и вернуть меня под своё крыло, сделав послушной дочерью. А Марк? Нормально такое при нём предлагать? О видео бы ещё рассказали. А лучше показали, что такого?
У меня дрожат пальцы, когда наливаю себе воду. Бутылка с грохотом опускается на стол, разносясь по всей квартире. Над мойкой хранится аптечка, которую всегда вожу с собой. И мои излюбленные желто-зеленые таблеточки успокоительного тоже там.
– Юн, мы понимаем, что ситуация пиздец какая, - ругательства у Сэма вырываются с лёгким акцентом. Забываю, что они с Алексом не из России. И говорят на русском лишь для того, чтобы мне проще было. – Но просто забить мы не можем.
– Завтра утром, да? Вот до утра и дайте мне время, - указываю на дверь, без особой надежды, что они послушаются. – Мне нужно обо всём подумать.
– Утром не получится, принцесса. Решать нужно сейчас, а после отрепетировать историю. Думаешь, кто-то легко поверит в ложь про свадьбу? Это подтверждать нужно, факты искать. Историю репетировать. Ты или сейчас принимаешь наш вариант, или будешь тонуть одна. Что скажешь, принцесса?
Глава 16
Я всегда со всем справлялась сама. Что когда-то в детдоме, что после во взрослой жизни. Отчим помогал, Мира, тётя. Я не была полностью одна, но привыкла полагаться лишь на себя. Так безопасней и проще.
Но сейчас не хотела. Чёрт, это ведь не была даже моя вина! Или моя, раз поддалась искушению и мужчинам. Но теперь последствия ужасные. Если оставить всё, как есть – мне не поможет ничего. Алекс и Сэм правы, ложь про жениха хороший вариант.
Вот только мне он не нравятся. И то, что я полностью буду зависеть от мужчин и их указаний.
– Тише, принцесса, - Сэм перехватывает пальцы, когда тянусь к аптечке. Мягко сжимает и заставляет посмотреть на него. – Мы все на взводе сейчас. Алекс чуть погорячился. Мы не оставим тебя, слышишь? Чтобы не решила, получишь поддержку, это без сомнений. Просто в этом случае всё будет сложнее.
– Я не знаю… Я не могу. У меня Марк, как ему всё объяснить? Прости, милый, непонятный мужик поживёт со мной пару месяцев, а после всё вернётся на круги свои? Как вы это представляете?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Думаю, ты лучше знаешь, как ему преподнести новости. Но это реальный выход из ситуации. Самый безопасный.
– Хорошо. Просто дайте мне подумать. Хоть немного.
Я тру виски и прячу таблетки обратно в шкаф. Дико хочется спать и начинает болеть голова. Моё любимое ощущение после прозака [1], что уж скрывать. Но ситуация только сильнее давит.
