Тогда она направилась вниз к долине по извилистой тропинке в надежде, что он не ушел слишком далеко. Для дальней прогулки сил у нее не было, поэтому она остановилась у первого поворота дороги, наблюдая за струящимся туманом, поднимавшимся от долины и застилавшим видимость вокруг. Если б ей обрести волшебную силу сизокрылой птицы, мерлина, чтоб рассеять туман, окутавший ее память!.. Но чудеса так просто не свершаются.
Натали брела с тяжелым сердцем, не предвкушая радости от встречи с Дамианом. Но и уехать без объяснений она не могла. Она должна не только объясниться, но и принести извинения. Не зная всей правды, нельзя обижать человека, отказываясь от того, что он предлагает от всей души.
Дамиан сидел на садовой скамье за третьим поворотом тропинки. Он не любовался окрестностью, а сидел ссутулясь, опершись локтями на колени. Погруженный в свои мысли, он не слышал, как она подошла. Весь облик его выражал непомерную усталость.
Сердце Натали болезненно сжалось. Наверное, она переборщила со своими претензиями к нему. Не глупо ли колебаться, когда такой человек, как Дамиан, предлагает руку и сердце? Не потеряет ли она все из-за выдуманных сомнений?
– Дамиан...
Он вздрогнул и обернулся: видно, не ожидал увидеть ее здесь или вообще уже ничего не ожидал. Поднявшись со скамьи, Дамиан, вероятно, приготовился к самому худшему. Ей бы надо было уверить его, что она сожалеет о случившемся. Если б только можно было повернуть время вспять... к той обретенной ею после болезни свободе чувств, лишенной нелегкого груза прошлого.
– Прости меня, я... была такой грубой, – пробормотала она, не надеясь, что он ее поймет.
– Это должно было случиться, Натали, – просто сказал он. – Я знал, что так будет, но я не могу с этим смириться. – Он поймал ее взгляд. – Ты решила остаться здесь или уехать?
Дамиан даже не пытается ее удержать, а хочет лишь знать, что она решила.
– Дамиан, я очень к тебе привязана...
Он глубоко вздохнул.
– Похоже на увертюру к следующим словам: «Давай останемся добрыми друзьями».
Натали вспыхнула.
– Я не могу повторить ошибку, которую допустила, выйдя замуж за Бретта.
– А твоя интуиция тебе ни о чем не говорит? – произнес он, сверкая глазами.
– Моя интуиция привела меня к замужеству с Бреттом! – воскликнула она протестующе. – Мне нужно время, чтобы все осмыслить.
– Но все было так прекрасно, пока не вмешались дурные воспоминания. – Он протянул к ней руки. – Перестань копаться в своих мыслях, отдайся своим чувствам, иди ко мне.
– Я не могу, еще рано... Прошу тебя... – Она отступила назад, поборов веление сердца. – Дамиан, я прошу тебя подождать.
– Подождать! – Его лицо исказилось страданием. Он пытался сдержать свои чувства, но они прорвались наружу: – Сколько еще ждать, Натали? Какой теперь срок ты назначаешь? Пока ты не попадешь в следующую аварию? Ждать всю жизнь?
– Пока я не поверю тебе.
Дамиан замолчал, запрокинув назад голову, словно она нанесла ему удар по челюсти. Затем он перевел взгляд на струившийся туман.
– Два сапога пара, – пробормотал он. – Ты, наверное, до самой смерти будешь меня сравнивать с Бреттом.
Натали нечего было ответить: вполне возможно, что так оно и будет. У нее был неверный муж, а дружок помогал ему во всем, надеясь, что она рано или поздно бросит Бретта и достанется ему, Дамиану. Или она все это придумала потому, что была несчастна?
Ведь Дамиана близко никто не знает. Где бы найти человека, который сможет рассказать ей о нем все?
Ответ не заставил себя долго ждать.
Конечно же, его бывшая жена, Лин. Найти Лин Чандлер, которая сотрудничает с женским журналом, не представляет труда.
– Подожди еще месяц, мне необходимо время, чтобы прийти в себя. Обещаю, что тогда я дам тебе твердый ответ.
Дамиан взглянул ей в глаза, проникая в самую душу.
– А что, если у нас будет ребенок? Ты сообщишь мне об этом?
Сердце ее замерло.
– Такого не может быть, я уверена.
– И все же, если такое случится? – настаивал он.
– Ты об этом узнаешь, – услышала она свой ответ как бы со стороны. Ее пренебрежительное отношение к осторожности в этом вопросе объяснялось тем, что она могла всегда прервать нежелательную беременность от человека, за которого не собиралась выходить замуж. – Конечно, ты об этом узнаешь, – дрожащими губами прошептала она.
Повернувшись, Натали стала подниматься вверх по тропинке. Ей жизненно необходимо выспросить все у бывшей жены Дамиана. Она должна узнать, каков он в качестве мужа и почему они разошлись.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Пять дней Натали провела на курорте, в Фэрмонте. Место для отдыха было прекрасным: отличный стол, крытый бассейн с подогретой водой и парк для прогулок. К тому же великолепное обслуживание и возможность ни с кем не общаться.
Натали усердно старалась проанализировать все факты и расставить все по своим местам. Обрывки воспоминаний о ее замужестве, продолжавшемся четыре года, выстраивались в связную картину, и она пыталась составить себе более правильное представление о покойном муже.
После свадьбы он привез ее в тот самый дом в Наррабине, который был уже обставлен первоклассным декоратором, – Бретт гордился своим жилищем. Внести какие-либо изменения в интерьер не представлялось возможным. Бретт был щедр и поощрял ее траты, стараясь придать высокий статус их совместной жизни. Она была хозяйкой его дома, женой, художницей, матерью его ребенка... всем этим он гордился.
Бретт желал обладать только самым лучшим.
Дамиан был прав, когда говорил, что Бретт не считает женщин, в том числе и ее, равными себе. Откуда ей было знать, что эта черта характера связана с его прошлым? Он вырос без матери, ну и что? Она выросла без отца, но не мстила за это Бретту, несмотря на безрадостное супружество. Она все терпела, лишь бы у ее сына был отец, – к ребенку Бретт относился прекрасно.
Если черты характера воспитываются в семье, то что тогда можно сказать о Дамиане? Счастливое детство сделало его полноценным человеком, чувствующим себя уверенно в любом обществе. Наверное, Бретт видел в Дамиане партнера, обладающего всем необходимым для достижения вершин не только в профессиональной области.
Как же они все-таки подружились? И тот и другой работали в системе компьютеризации различных учреждений. Трудно встретить двух людей, занятых в одной сфере деятельности, не конкурирующих, а как бы дополняющих друг друга.
Оба увлекались спортом, оба были желанными гостями на приемах, но по-разному вели себя в обществе.
Дамиан был внимательным собеседником; Бретт отличался остроумием. Если Дамиан помнил об интересах партнеров, то Бретт развлекал их и заставлял смеяться.
