Ректор усмехнулся:
– Помнится, в прошлый раз твое неверие в мои силы закончилось твоим же спасением. Лучше присмотри за адепткой, как бы не натворила чего!
Полыхнул портал, и лорд Шалл остался в кабинете друга и по совместительству начальника один. Воспользовавшись моментом, проректор развалился в кресле владельца и прикрыл глаза. Тьюзди быстро управится, а пока можно отдохнуть.
На задворках сознания мелькнула мысль о Малице. Не натворила бы чего! С другой стороны, зачем возиться с девчонкой, из которой не выйдет мага? Если саламандра не в состоянии повзрослеть, лучше с ней расстаться.
Мысли потекли лениво. Проректор заворочался, устраиваясь поудобнее. Уютное у лорда ти Онеша кресло. Нужно бы свое поменять. Его предшественник на посту – Тер Лис – как всякий дракон, любил жесткое, а лорду Шаллу иногда приходилось ночевать в кабинете.
Малица сосредоточенно шуршала страницами. Перед мысленным взором стояло испуганное лицо адепта. Она найдет его, никуда он не денется!
Есть!
Палец замер напротив имени очередного первокурсника. Словесный портрет точь-в-точь. А вот и карточка. Малица помнила, с нее после поступления сделали такую же. Было щекотно: снимали слепок физического и магического облика. После переводили на пергамент, кое-что подправляли кистью и уменьшали под размеры личного дела. Саламандра улыбнулась. Она, тогда еще свежеиспеченная адептка Академии колдовских сил, с восхищением следила за действиями члена приемной комиссии. Первое настоящее волшебство в жизни! Вот оно, осязаемое, зрелищное, не то что чары на аудитории, в которой принимали экзамены.
Малица вытащила тонюсенькую папку из общей стопки и перечитала имя и место учебы помощника разорителя могил – Эдер Кносс, Защитный факультет. А вот с расой саламандра промахнулась: человек. Странно, она могла поручиться: он дракон или ее собрат по расе. Может, полукровка? Или скрыл при поступлении правду? В любом случае разбираться не ей, а высшему руководству Академии.
Аккуратно сложив папки, Малица прихватила личное дело Эдера Кносса и направилась к кабинету ректора. Сердце ухало и норовило спрятаться в желудке. Очередная встреча с лордом ти Онешем внушала священный ужас. Особенно тревожил его взгляд, от которого хотелось провалиться сквозь землю. А еще ей вечно не хватало слов. Оказавшись перед ректором, Малица разом теряла красноречие. За исключением свидания, разумеется, и выходки в кабинете. По прошествии времени саламандра поняла, что могла бы сказать все то же самое гораздо мягче и вежливее. Теперь и вовсе опозорилась, не смогла схватить адепта с Защитного! Надо отказаться от роли Ведущей, пусть Кристофа учат. Он мужчина, демонолог, на курс старше и точно умеет отвечать за поступки.
Глубоко вздохнув и напомнив себе, что это не самое страшное испытание в жизни – только ноги все равно похолодели, а внутренний голос упорно предлагал позвать лорда Шалла, – Малица постучалась. Ей никто не ответил, и саламандра робко приоткрыла дверь. В кабинете было темно. Даже камин не горел. Под потолком одиноко мерцал магический шар, настроенный на ночное освещение. Малица недоуменно хмыкнула и живо огляделась. Пусть она не отличалась остротой зрения оборотней, но видела лучше людей, поэтому сразу заметила спящего в кресле ректора лорда Шалла. Саламандра удивленно приоткрыла рот. Тоже метит на место начальника? Какое-то поветрие среди проректоров! Не хотелось бы, чтобы лорд Шалл закончил, как тер Лис. Он друг ректора, да и Малица, несмотря на изнуряющие тренировки, успела проникнуться симпатией к наставнику.
Прижимая папку к груди, саламандра прокралась к столу.
– Я все вижу, – не поднимая век, прокомментировал лорд Шалл.
Менять позу, а тем более вставать ему не хотелось. День выдался тяжелым, ни минуты покоя, и проректор мечтал о кровати, а не о ловле черных алхимиков.
– Вы не можете видеть, милорд, – парировала Малица и положила папку на стол.
– Я бы на вашем месте не дерзил, Ирадос. – С трудом подавив зевок, лорд Шалл выпрямился и смерил саламандру сонным взглядом. – Могу взять слово насчет наказания обратно.
Малица прикусила губу и объяснила: нельзя видеть, не открывая глаз.
– Оборотни видят. Ушами. Ладно, что отыскали?
Проректор потянулся, демонстрируя гибкость, к которой следовало стремиться, и подвинул к себе папку.
Магический шар ожил, налился светом. С непривычки после темноты резало глаза.
– Защитник, значит… – Лорд Шалл постукивал пальцами по столу. На лице застыло жесткое выражение. Малица сразу поняла: шуткам и лени конец. Взгляд ясный, цепкий. – Логично. Я бы тоже искал помощника либо среди защитников, либо среди некромантов. Но мои все под контролем, вышколены, и он побоялся. Свой, не иначе, не желал со мной связываться. Пойдемте!
Проректор рывком поднялся с места и взмахнул рукой. Портал, словно домашний пес, выполняющий команду хозяина, мгновенно сгустился из воздуха, темный, пугающий искорками миниатюрных молний.
– Куда мы, милорд? – Малица предпочитала знать будущее.
– За Эдером Кноссом. Даю вам второй шанс.
– Но…
Вряд ли ректору понравится ее отсутствие.
– Вы ведь извлекли урок, Ирадос? – Саламандра кивнула. – Тогда нет проблем.
Мужское общежитие встретило пением под пятиструнную гитару, доносившимся с верхних этажей.
Они стояли на лестничной площадке. Намеренно или нет, лорд Шалл открыл портал так, чтобы на них не падал свет из окна.
Малице, наверное, следовало бы изобразить удивление или посетовать на грязь – не больше, чем в женском общежитии, за исключением пары недель в году, когда отмечали окончание сессии, – но она не стала. Проректор наверняка догадывается, что саламандра здесь бывала, вот и теперь она легко сориентировалась. Они на втором этаже, Кристоф – на третьем, сразу через общую гостиную направо. Защитники же, кажется, обосновались вон там, за хозяйственными помещениями.
Рука проректора легла на плечо, придерживая саламандру. Но она и сама никуда не рвалась.
– Коменданта на них нет! – пробурчал лорд Шалл и пообещал: – Наведу порядок!
Малице заранее стало жалко адептов. И себя тоже: вряд ли проректор ограничится только мужским общежитием.
– Так, – изложил план действий некромант, – главное, вторично не спугнуть. Используем ваши свойства. Можете изменить форму?
– Эм… это как? – растерялась саламандра.
Проректор закатил глаза, красноречиво показав, насколько устал от глупых вопросов.
– Молча, Ирадос. Вы – инициированная саламандра, способны становиться жидким огнем. Вот и попрыгайте по магическим шарам. Комната двести три. Дальше сами найдете. Полагаю, либо Кносс сбежал, либо изображает спящего. Если сбежал к товарищам, найти его опять же проще вам, а не мне. На вопросы нравственности закрою глаза, поимка преступника важнее чужой личной жизни.
Кончики ушей Малицы вмиг покраснели. До этой минуты она как-то не задумывалась, чем адепты могут заниматься ночами. А ведь могут! Минуло десять, официально учащиеся не должны покидать своих комнат…
Легкая вспышка привлекла внимание обоих.
– Тьюзди! – со смесью облегчения и раздражения одновременно произнес лорд Шалл. – Где тебя носило?
– Думаешь, так легко облететь всю Академию? – наморщила лоб элементаль и под изумленным взглядом Малицы обрела человеческий облик.
Нет, Тьюзди по-прежнему пылала, кожа ее казалась прозрачным янтарем, но она больше не напоминала дух. Элементаль оказалась ниже саламандры на полголовы. Фигурка хрупкая, а волосы – водопад огня. Поневоле задумаешься, уж не личная ли жизнь проректора стоит перед тобой.
– Результаты, Тьюзди, – мягко напомнил лорд Шалл, даже не подумав предложить собеседнице одежду.
– Бурление и хаос, – пожала плечами Тьюзди и задорно подмигнула Малице. – Адепты решительно не хотят спать. Увы, так мы его не найдем.
– Тогда пошли к Кноссу, – нахмурился проректор и, отпустив саламандру, повторил: – Живой огонь. Сразу не нужно, но если адепта нет в комнате…
– Поняла, – сделала кислую мину Малица. – Я свои ошибки исправляю.
– Вот и умница! – неожиданно похвалил проректор.
В дверь стучаться не стали. Лорд Шалл распахнул ее чуть ли не с ноги и грозно уставился на худого паренька с потрепанной книгой в руках. От того пахло страхом. Пусть Малица не оборотень, но она ясно ощущала запах, которым пропиталась комната: смесь пота и отчаяния.
– Где? – задал всего один вопрос проректор.
– Не знаю, – проблеял адепт, вжавшись в стену.
– Врешь, – безапелляционно заявил лорд Шалл и покосился на Тьюзди.
Элементаль вышла на первый план, и паренек широко открыл рот. Судя по всему, никогда прежде он не видел обнаженной женщины.
