Ректор присоединился к группе притихших адептов. Он уже привел себя в порядок, и его внешний вид полностью соответствовал занимаемой должности. Случайно или нет, лорд ти Онеш встал рядом с Малицей. По телу той будто пробежал разряд молнии. Ректор не касался саламандры, но она остро ощущала его близость.
Малица отвела взгляд и пару раз глубоко вздохнула. Кристоф принял это за волнение и, подтрунивая, шепотом пообещал, что это не самое страшное в жизни стихийника.
– Боитесь?
Ректор неожиданно обернулся. Щеки Малицы вспыхнули. Он смотрел на нее, только на нее, обжигая взглядом. Словно загипнотизированная, саламандра не могла оторваться от изумрудных омутов, не обращая внимания на происходившее в центре комнаты. Вот он, ее персональный ритуал приворота!
– Нет, – нашла в себе силы ответить саламандра и усилием воли освободилась из плена чужих глаз.
Нестерпимо зачесались губы. Малица украдкой провела по ним пальцем – зуд усилился.
– Это хорошо. – Голос ректора обволакивал, заставлял против воли краснеть. – Хороший маг не ведает страха, Ирадос.
Одновременно к облегчению и сожалению Малицы, лорд ти Онеш отошел к Кристофу. Зато теперь саламандра хорошо видела происходящее, и оно увлекло ее.
Лорд Шалл, вытянув руки, встал у края пентаграммы. Ее линии, казалось, пошли волнами. Воздух над рисунком сгустился. Еще немного, и его можно черпать ложками.
Ректор погасил свет. Теперь комнату озаряли лишь свечи. Они отбрасывали на стены зловещие тени.
Лорд Шалл опустился на корточки, провел пальцем по контуру, и тот отозвался слабым голубым свечением.
– Молчать! – не оборачиваясь, скомандовал проректор.
Адепты и не думали болтать. Испуганные и завороженные, они застыли у стены позади ректора, словно статуи.
Пространство внутри пентаграммы заволокло дымкой.
Лорд Шалл наклонился и обмакнул палец в горячий воск. Не чувствуя боли, проректор нанес на грудь рисунок, напоминавший вязь рун. Воск стекал по телу на брюки.
Малица слышала, как тяжело сглотнула Индира. Она ее понимала: происходящее смотрелось на редкость эротично. Саламандра и сама невольно следила за каплями, столь соблазнительно застывавшими на теле. Помог взгляд, искоса брошенный на ректора. Разом отпустило.
Закончив с воском, лорд Шалл начал выписывать руками странные фигуры, будто вязал в воздухе. Затем снял с шеи двенадцатиконечную звезду-подвеску и раскачал ее, словно маятник.
– Я приказываю тебе явиться, – эхом отлетел от стен голос некроманта.
Он стоял, широко расставив ноги. Рука, сжимающая цепочку с подвеской, опущена. Вторая заложена за пояс брюк. Проректор излучал власть и уверенность.
Воздух в комнате загудел. Дымка внутри пентаграммы начала обретать форму.
– Мэгрос Муретт из дома Тэ’Атар, приказываю тебе явиться! – напористо повторил лорд Шалл. – Властью тьмы и света!
Легкий щелчок, и дымка рассеялась, явив бледный, практически прозрачный дух. Дроу шагнул к краям рисунка, силясь выбраться из плена. Адепты замерли. На лбу выступили капельки пота. Что, если вырвется? Ректор тоже беспокоился и на всякий случай материализовал магический жезл. Только лорд Шалл сохранял полное спокойствие. Он не сделал ни полшага назад, не поменял позы, равнодушно наблюдая за тем, как дух яростно бьется в ловушке.
Дроу царапал ногтями невидимую стену. Со стороны это смотрелось жутко. Перекошенное то ли яростью, то ли смертью выражение лица лишь подпитывало страх.
– Успокоился? – холодно поинтересовался проректор и прошелся вдоль контура пентаграммы.
Лорд Шалл обращался к мертвому на «ты»: смерть превратила его всего лишь в одну из тысячи душ.
– Да! – выплюнул дроу и прижался лбом к невидимой стене. – Зачем вы пришли?
– Чтобы узнать, кто тебя убил.
Дух нахмурился и поджал губы.
– Я не стану вам отвечать.
– Почему? – Со стороны казалось, будто проректор совсем не удивился.
Дроу промолчал и отыскал глазами ректора. Губы духа исказила усмешка, обнажив острый клык.
– Ты все равно скажешь, – напомнил о себе проректор. – Не заставляй меня применять насилие. Повторяю вопрос: кто тебя убил и что стало с мальчиком?
– С мальчиком? – Дроу рассмеялся, откровенно насмехаясь над некромантом. – А что случается с дурачками?
– То же, что и со строптивыми духами, – пожал плечами лорд Шалл. – Еще один шанс, и начинаем допрос с пристрастием. Поверь, девушки меня не смутят.
Призрак растерял былое высокомерие. Странно было наблюдать за тем, как он расхаживает по полу, будто живой. И точно так же почесывает ногтем подбородок.
– Полагаю, его съели гончие. Они ведь питаются человечиной? – Покойный обратил взор на ректора.
Тот нахмурился и промолчал.
Кристоф и Индира переглянулись, а Малица низко опустила голову. Она-то знала: призрачные гончие способны съесть абсолютно все, даже духов.
– Убийца из твоего дома? – продолжил допрос проректор и поманил пальцем Малицу.
Девушка удивленно вытаращилась на лорда Шалла. А как же правила безопасности? На негнущихся ногах саламандра подошла к проректору и замерла в паре шагов от черты.
Дух дроу осклабился и метнулся к новой жертве. Малица с визгом отпрянула и в поисках защиты обернулась к ректору. Тот сделал шаг вперед и насупил брови. Посыл адресовался другу, но лорд Шалл предпочел его не заметить.
– Адептка Ирадос, – неодобрительно покачал головой проректор, – напомните, какую специальность вы получите по диплому?
– Мага-стихийника, – недоуменно ответила Малица.
Можно подумать, он и так не знает. Если только… «Кьядаш!» – чудом не сорвалось с языка. Сдержало присутствие руководства Академии. Адепты – цветы, а адептки и вовсе ромашки, таких слов не знают, хотя регулярно от других слышат.
– Поняли-таки? – довольно улыбнулся некромант. – Правильно, огонь – единственная стихия, которая способна воздействовать на бестелесные сущности. Огонь саламандр, – подчеркнул лорд Шалл и пассом руки помешал духу сбежать. – Стоять, я еще не отпускал!
Лишенный тела дроу по-прежнему отличался буйным характером. Сплюнул невидимую слюну под ноги и приказал всем убираться. И тут же взвыл, взяв самую высокую ноту, от которой едва не лопнули барабанные перепонки.
– Понравилось? – жестко осведомился лорд Шалл.
Проректор вновь стоял на границе миров, серьезный, суровый. Пальцы поигрывали магическим жезлом. Когда он появился, саламандра не заметила.
– Не советую меня злить, – предупредил некромант. – Эта штучка, – проректор указал на жезл, – способна разорвать на элементарные частицы, даже Создатели не соберут. И чихать я хотел на то, что ты дроу, белая кость; сделаешь все, что прикажу. Например, расскажешь об убийстве. Кто к тебе приходил, зачем? Где мальчик? Мне и тело подойдет.
Дух дрожал от ярости, но ничего поделать не мог. Стоял и угрюмо взирал на лорда Шалла. Тот оказался сильнее.
Проректор попросил саламандру подать рубашку. Вроде простое поручение, а легче рунический алфавит гномов вызубрить. По нему послезавтра контрольная, не забыть бы подготовиться. С началом дополнительных занятий на основные времени не оставалось. Но Малица старалась, не спала, зубрила. Высшие баллы не набирала, но отсутствие «неудов» – уже повод для гордости, особенно если у половины сокурсников «хвосты». Ведущая – это ответственно, нужно учиться, а не уповать на счастливый случай при сдаче экзаменов.
Покосившись через плечо на ректора – снова недоволен, но тщательно скрывает, – Малица подняла рубашку с пола и протянула лорду Шаллу. Тот поблагодарил кивком и быстро, чтобы не потерять контакт с духом, накинул ее.
Индира чуть слышно томно вздохнула. Она с удовольствием бы поменялась местами с подругой. Такой мужчина, слюнки текут!
Узоры воска оставили после себя ожоги. Больно, наверное. Но проректор проводит не первый ритуал, привык. Некроманты вообще существа особые, с повышенным болевым порогом.
– Теперь поможете разговорить нашего молчуна. – Лорд Шалл кивнул на занявшего оборонительную позицию дроу. – Я достаточно ждал, пусть пеняет на себя.
– Милорд! – Кристоф сделал шаг вперед. Брови насуплены, уголки рта опущены. – Для участия Малицы в ритуале нужно заручиться ее согласием и разрешением лорда ректора.
В комнате ненадолго повисло молчание.
Юный демонолог дерзко смотрел прямо в глаза проректору, да как смотрел – с вызовом! Пальцы заложены за ремень, подбородок вздернут. Кристоф нарушил субординацию, правила безопасности – да что там, он фактически бросил вызов лорду Шаллу!
Губы некроманта тронула понимающая улыбка.
– Поклонники – это хорошо, Ирадос, – наклонившись к покрасневшей – саламандра злилась и переживала за друга – Малице, шепнул лорд Шалл. – Похоже, второй кавалер решил приревновать вас ко мне? Неужели есть повод?
