был пологий и удобный. Шагать по ровной поверхности, покрытой бархатистой голубой «травой» было одно удовольствие для стертых об камни лап. Почуяв запахи еды и жилья, остальные варрэны тоже приободрились, но все равно держались тесной кучкой, настороженно оглядываясь по сторонам.
Жители долины увидели их процессию издалека и, бросая свои занятия, подтягивались к тому месту, куда вела тропа. Динка оробела и шагала, прижавшись боком к Дайму. Она впервые видела так много варрэнов в одном месте. Вопреки рассказам ее мужчин о том, что в племени все похожи, это было не так. Варрэны отличались цветом шерсти, длиной рогов, и даже выражениям морд. Рогатые самцы смотрели настороженно, некоторые даже враждебно, вздыбив шерсть на загривке, прижав уши и резко хлестая себя по бокам хвостом. Безрогие самки, которых действительно было гораздо меньше, любопытно выглядывали из-за спин самцов, жадно втягивая носом запах пришельцев.
Едва Динкина стая и их сопровождающие ступили на территорию долины, как дорогу им преградил молодой варрэн с едва начавшими загибаться рогами и морковно-оранжевой шерстью.
— Зачем ты привел чужаков в наш дом, Бруксид? — спросил он так, что услышали его все: и члены племени и гости.
— С дороги, Даронг! — рыкнул предводитель патруля. — Я веду этих варрэнов к Вожаку по его приказу.
— Вожак приказал доставить к нему любого черного, а не целую стаю разномастных, — фыркнул Даронг.
— Черный согласился прийти только со своей стаей, — отозвался Бруксид спокойно, но видно было, что он начинает нервничать. Пушистый рыжий хвост заметался пока еще у самых лап.
— В чем проблема? — усмехнулся Даронг. — Мы сейчас быстро избавим его от балласта.
Дайм, Хоегард и Тирсвад верно оценили угрозу, встав кругом и задвинув Динку и Штороса в центр.
— Ты обещал моей стае неприкосновенность! — зарычал Дайм, всем своим видом демонстрируя, что он готов защищаться до последней капли крови. Хоегард и Тирсвад повторили его агрессивную позу.
— Даронг, дай нам пройти. Сегодня праздник Выбора, если ты забыл. В День Выбора мы не воюем. И любой варрэн может прийти к нам в гости, чтобы попытать счастья.
— Попытать счастья? — про себя переспросила Динка у Штороса.
— Да. Варрэн-Лин, которая сегодня празднует свой первый Выбор, имеет право выбрать любого варрэна. Не только из своего племени. Даже предпочтительнее, чтобы это был чужак для того, чтобы освежить кровь племени. По преданиям, когда-то в День Выбора любой юной Варрэн-Лин собирали большой праздник всех четырех племен, на который собирались все свободные варрэны. Но традиция эта канула в лету. Однако, правило неприкосновенности чужаков в день Выбора сохранилось, как дань традиции. Вот только Варрэн-Лин рождается очень мало, и такие дни случаются не чаще одного раза в шегард.
— То есть, нам сказочно повезло? — удивилась Динка тому, как удачно они попали в красное племя.
— Как знать… — Шторос напряженно оглядывал соплеменников. Но, похоже, его никто не узнавал. То ли не ожидали увидеть вообще, то ли отсутствие шерсти и рогов вводило их в заблуждение.
— Допустим, — не сдавался Даронг. — А что насчет чужой Варрэн-Лин. Ее тоже пригласили на праздник?
Красный вожак патруля уже весь трясся от едва сдерживаемой ярости, но сделать против настырного юнца ничего не мог. Остальные красные, окружившие пришельцев, с интересом наблюдали за словесным поединком Бруксида и Даронга, но вставать на чью-либо сторону не спешили. К тому же, заминка давала возможность во всех подробностях разглядеть чужаков. Ситуация была патовая. Ни тот, ни другой не собирались уступать. Динке даже любопытно стало почему Бруксид так яростно их защищает, неужели настолько дорожит данным словом. Или Вожак обещал хорошую награду тому, кто приведет черного?
Гляделки двух красных затягивались. Динка с тревогой покосилась на Штороса, который уже едва держался на ногах. И лезть на спину Дайма в ситуации угрозы сейчас было нецелесообразно, и лечь на землю на глазах у всех было бы слишком тяжело для его гордости.
Динка толкнула Дайма плечом и жалобно посмотрела на него. Первым порывом было вмешаться самой, но она во-время вспомнила, чем заканчивается ее самодеятельность. Особенно это было опасно здесь, где она почти ничего не знает об обычаях этого народа.
— Я хочу говорить с вашим Вожаком! — громко сказал Дайм, — Если нам нельзя пройти к Вожаку, то пусть он выйдет сюда. Как только я с ним встречусь, я уведу свою стаю, чтобы не портить ваш праздник.
Все головы повернулись к Дайму, и сотни глаз с любопытством уставились на него.
— Я позову, — вызвался совсем юный варрэн с едва возвышающимися над ушами рожками и метнулся вглубь долины в одну из пещер.
Даронг разочарованно отступил. Связываться с Вожаком он еще не решался. Ожидание стало легче от того, что приобрело смысл. Динка позволила себе с любопытством окинуть взглядом собравшуюся вокруг них толпу. Вперед, раздвигая сомкнувшиеся ряды, вышла молодая красивая Варрэн-Лин. Ее длинная шелковистая шерсть, цвета пламени, ниспадала до земли, яркие, словно изумруды, глаза смотрели с интересом. Она была настоящей красавицей. Динка попыталась представить себе, как бы эта девушка выглядела человеком.
— Это и есть Варрэн-Лин, которая сегодня делает первый выбор, — мысленно шепнул Динке Хоегард, осторожно принюхиваясь.
— Откуда ты узнал? — спросила Динка.
— По запаху. Сегодня она вступила в свою первую фазу размножения. Мужчины это чувствуют, — пояснил он.
Динка ревниво покосилась на него, но внешне он не выражал влечения, только любопытство.
— Ты ее знаешь? — спросила она у Штороса. — Ей столько же лет, сколько и мне?
Но Шторос опустил голову к самой земле и тяжело дышал, не отвечая. Похоже, он был близок к тому, чтобы опять потерять сознание. Динка тяжело вздохнула и аккуратно приложилась языком к его плечу, жалея, что ничем не может ему помочь.
Рыжая Варрэн-Лин, тем временем бесстрашно преодолела зону отчуждения вокруг чужаков и с интересом потянулась носом к Дайм. Дайм мгновенно спрятал когти и клыки, пригладил шерсть и опустил голову в знак того, что не собирается нападать. Динка с тревогой следила за тем, как чужая Варрэн-Лин обнюхивает Дайма. А если она захочет кого-то из ее мужчин? Что тогда делать? Конечно, они были все грязные, потрепанные и израненные. Рядом с этой принцессой из красного племени они казались не более, чем облезлыми бездомными псами рядом с ухоженной и откормленной домашней собачкой. И все же… Верхняя губа у Динки сама собой поползла вверх.
