Изящная белая яхта подобрала их в порту. Они вышли из залива навстречу волнам, прохладный бриз, разгоняя набрякшую жару, наполнил паруса.
Уже который день стояла жара, солнце палило нещадно, но вдали на горизонте громоздились облака, предвещающее скорую бурю.
Море кишело яхтами, лодками, катамаранами, хотя — иронически посмеивалась про себя Эми — Лавиния может утешиться: ее яхта, несомненно, была самая большая и самая нарядная из всех.
— У вас умиротворенное лицо, — заметил Антон.
— Я люблю море, — ответила Эми. — Хотя я и обезьяна.
— В Гонконге я уже говорил вам, что родиться в год обезьяны — несомненная удача. Кстати, обезьяны хороши в постели.
— Правда?
— Они знают, как доставить удовольствие.
— И это характеризует их как хороших любовников? Какой эгоизм!
— Я не говорил об эгоизме. Совсем о противоположном качестве. Настоящее блаженство — быть любимым.
— Не уверена, что обладаю этим особым качеством обезьяны.
— Я сделаю все возможное, чтобы развить его в вас.
— Вот уж кто знает, как развлечь и доставить удовольствие, так это Лавиния.
— Кажется, она думает, что разбирается в нефтяном бизнесе лучше меня, — улыбнулся Антон. — Роберт довольствовался своими прибылями и не вмешивался во внутреннюю политику, как вы справедливо заметили на ужине. У Лавинии, напротив, есть идеи по поводу всего на свете. А с таким огромным процентом акции в концерне она имеет большой вес в компании.
— А что самое худшее может случиться?
— Я могу быть смещен с поста президента.
— Это же ваша компания! — воскликнула Эми. Антон покачал головой.
— Я владею пятьюдесятью одним процентом акций. Но это совместное предприятие, и, если достаточное количество акционеров объединятся против меня, мне придется отступить перед угрозой гражданской войны и утратой доверия своих акционеров.
Эми внимательно посмотрела ему в лицо.
— Вы упомянули что-то о покупке ее доли.
— Да, если смогу убедить ее продать. Это одна проблема. А другая состоит в том, что «Зелл» — компания британская, подчиняющаяся британским законам, и если я выкуплю акции, их придется немедленно аннулировать. Я не смогу перепродать их.
— И что тогда произойдет?
— Ну, все усложнится. Акций компании в обороте станет меньше, поэтому теоретически оставшиеся акции возрастут в цене. Денег, больших денег, которые я ассигновал на развитие Юго-Восточной Азии, не хватит. И это означает, что мне придется отложить свои планы на год, а может, и два.
* * *
Вначале они подплыли к дальнему побережью острова Святой Маргариты, самого большого острова архипелага. Яхта пришвартовалась по возможности ближе к берегу, чтобы шлюпка могла доставить гостей на сушу.
Белый песок пляжа обжигал ступни. Весь остров покрывали леса из сосен и эвкалиптов, чьи сплетенные тени манили прохладой, соблазняя укрыться в них от полуденной жары.
Однако в воздухе разливалась угроза. Пекло требовало разрядки. Серая дымка затянула небо. Несмолкаемое стрекотание цикад оглушало, а избыток влаги затруднял дыхание.
— Гроза надвигается, — предупредил Антон.
— Нет, нет, — запротестовала Лавиния, мрачно вглядываясь в свинцовое небо; как так, небеса смели ей перечить? — Вы все дышите глубже. Эвкалипты полезны для легких!
План был таков: прогулка по лесу до порта, ленч в ресторане, посещение Форт-Руайяля, где три века назад томился несчастный узник.
Хозяйка указала им путь.
Гости сбились в группу и двинулись по песчаной петляющей через лес тропке. Но вскоре выяснилось, что Лавиния, чье тело закалилось в спортзале, явно переоценила физические способности своих подопечных. Жалуясь на жару и давящую атмосферу, менее подготовленные члены команды стали отставать, в то время как сама леди Кэррон умчалась далеко вперед. За короткий промежуток времени группа превратилась в вереницу, и отстающие путались в петляющих тропинках, не зная, по которой следовать. Лес казался бесконечным, сосны походили одна на другую, каждая дорожка точь-в-точь повторяла предыдущую.
Раскаты грома вызывали у Эми чувство негодования, а также угрызения совести. Она шла рядом с Гердой Мейер, которая беспрерывно извергала потоки жалоб, но скука заставила девушку прибавить шаг. Теперь Герда исчезла из виду. Гейнц, ее муж, шел впереди, рядом с Лавинией, очевидно полагая, что жена со стертыми ногами — недостаточно серьезная причина, чтобы отвлекать свое внимание от столь важного клиента, как жена покойного лорда Роберта.
Эми остановилась, затем вернулась назад по той же тропинке. Блондинка хоть и глупа и несносна, но девушка не могла оставить ее плутать в лесу.
Пройдя назад ярдов сто или около того, Эми не обнаружила и следа Герды… или кого-нибудь еще. Она оказалась одна в душной лесистой местности, вокруг слышалось лишь громкое пение цикад. Блеснула в очередной раз молния, раздался ужасающий по силе раскат грома, после чего небеса разверзлись и на землю хлынул ливень. Эми, спотыкаясь, бросилась искать подходящее укрытие. Теперь о Герде нечего и думать… лишь бы самой переждать бурю.
Эми сжалась в клубок, жалея, что не надела ничего более теплого, температура быстро падала, и чуть ли не с каждой минутой становилось холоднее и холоднее. Будь проклята Лавиния Кэррон, думала девушка, прижимаясь к шероховатому стволу сосны. Она-то, вероятно, сейчас сидит в кафе со стаканом вина, поглаживая своего «милого мальчика», и хихикает над участью отставших солдат.
Гроза бушевала, гром грохотал то с одной стороны, то с другой, дождь лил как из ведра, размывая очертания предметов и делая видимое невидимым.
Из дождя материализовалась высокая темная фигура и направилась к ней. Сердце забилось в горле.
— Антон!
Когда он приблизился, его красивые белые зубы блеснули в усмешке. На нем были лишь гавайские шорты и вишневое водонепроницаемое пончо, которое он распростер над их головами, как тент. Его влажное лицо прижалось к ее щеке.
— Вспомните Борнео? — усмехнулся он.
— Как я могу забыть? Где вы достали пончо?
— Купил в порту. Лавиния и другие уже обедают. Я вернулся, чтобы найти вас.
— Вы — добрый человек! Я ужасно рада видеть вас. Ненавижу грозы.
— Почему вы оказались так далеко?
— Сначала я шла с бедной Гердой, но затем, устав от причитаний, сбежала, оставив ее позади. Надеюсь, она не утонет.
— У нее есть специальные природные приспособления, с помощью которых она останется на плаву.
Эми улыбнулась.
— Надеюсь, что так. — По небу снова прокатились раскаты грома, что заставило Эми прижаться ближе к Антону. Его обнаженный мускулистый торс был мокрым от дождя, но это только делало его еще более желанным. Глубокая розовая тень от пончо создавало атмосферу интимности. — И вы оставили Лавинию и вернулись за мной? Какой благородный мужчина!
