Эми улыбнулась.
— Надеюсь, что так. — По небу снова прокатились раскаты грома, что заставило Эми прижаться ближе к Антону. Его обнаженный мускулистый торс был мокрым от дождя, но это только делало его еще более желанным. Глубокая розовая тень от пончо создавало атмосферу интимности. — И вы оставили Лавинию и вернулись за мной? Какой благородный мужчина!
— Сегодня она особенно невыносима. Говорит и говорит о новых технологиях.
— Она пытается произвести на вас впечатление, Антон, — пояснила Эми. — Хочет поразить вас знаниями. Представляете, какой ценной женой она будет! Все эти роскошные дорогостоящие развлечения, что она устраивает, — все это для того, чтобы показать вам, какую удивительную жизнь вы сможете вести вместе.
— Эми, мы с ней все время спорим.
— Специальная уловка, морковка на палочке. Она дает вам понять, что силы разумнее объединить. Лавиния выбрала вас, неужели не видите? Судьба бросила двадцать процентов акций в ее руки. Вы — гений инженерии и бизнеса, а также, согласно журналу «Вог», самый красивый мужчина в мире и, естественно, завидный потенциальный жених. Своей жизненной миссией она считает брачный союз с вами, а то, что Лавиния желает, она всегда получает.
Его глубокие синие глаза рассматривали девичье лицо со странным насмешливым выражением.
— Я гораздо более заинтересован в комплиментах, которые вы тут мне расточали… что я красивый, и я — гений… и завидный жених.
— Вам все это известно, — нетерпеливо бросила девушка. — Скромность — явно не ваша добродетель.
— Возможно, нет. И все же я удивляюсь словам, которые слетают с ваших уст.
— Не говорите глупости, — коротко отрезала Эми. — Почему вы должны удивляться?
— У меня было впечатление, что вы думаете обо мне крайне редко, — заметил он, все еще недоуменно разглядывая ее.
Она широко открыла рот.
— Думаю о вас крайне редко? Почему вам так показалось?
— Ну, каждый раз, когда я пытаюсь дотронуться до вас, вы отталкиваете меня… или бежите прочь. Ясно, что вы испытываете отвращение от близости ко мне.
Мгновение Эми ошарашено смотрела на него.
— Антон, нежелание становиться вашей последней любовницей не значит, что я не восхищаюсь вами, как личностью.
Его веки опустились.
— Ах, я — гений, но физически непривлекателен?
— Это уже психоз, — поставила диагноз Эми, засмеявшись от смущения. — Конечно же, вас нельзя назвать непривлекательным! Разве я только что не говорила, что вы красивейший мужчина в мире?
— Согласно мнению «Вог».
— И согласно мнению каждой женщины, положивший на вас глаз!
— Включая и вас?
Теперь он загнал ее в угол.
— Верно, Антон, — тихо согласилась Эми, — включая и меня.
Ее ладонь все еще оставалась на его груди, мужчина наклонился ближе, и теплая обнаженная кожа коснулась ее.
— И вы бежите, потому что…
От ответа ее удержал рокот грома; а потом было уже поздно. Антон целовал ее с той безудержной страстью, на какую способен мужчина, потерявший голову от желания. Эми цеплялась за него, ее жадные пальцы пробежали вверх по груди, сомкнулись на спине, ногти впились в золотистую кожу, заставляя его придвинуться ближе.
Эми прижималась к Антону сильнее и сильнее, наслаждаясь каждым прикосновением к обнаженной коже. Внезапно до них донеслись странные жалобные звуки.
Они повернулись и натолкнулись на взгляд Герды Мейер.
— Что вы делаете? — ошарашено спросила она, округлив глаза.
— Мы отправились на ваши поиски, — объяснила Эми, — мы думали, вы потерялись.
— Я-то потерялась, — горько упрекнула Герда. — Все просто кинули меня. Но сейчас, кажется, это я нашла вас!
Антон в изумлении посмотрел на Эми и приподнял брови, девушка в ответ не улыбнулась. Герда обязательно доложит Лавинии то, что видела, а разочарованная леди Кэррон уж найдет, как отомстить Антону.
Дождь не ослабевал, и надеяться на то, что он скоро кончится, не приходилось. Поэтому они двинулись по тропинке к порту. Антон пытался удержать Эми за руку, но та вырвалась и отошла от него подальше.
— Пожалуйста, не надо, — прошептала она, — не стоит.
— Эми, не отталкивайте меня!
— Не у нее на глазах. Лавиния устроит вам скандал. И я никогда не прощу себе, что стала причиной ваших проблем.
Герду прямо распирало, так ей хотелось перекинуться словечком со своей спутницей.
Она взяла Эми под руку и отвела ее в сторону, при этом лицо у блондинки было грознее самой грозной тучи.
— Чем вы там занимались? — возмущенно зашипела она.
— Мы прятались от дождя, — отчаянно защищалась Эми.
— Да вы практически пожирали его! Никогда не видела, чтобы женщина целовала мужчину так бесстыдно, как вы! Разве я не говорила вам, что Лавиния и Антон собираются пожениться?
— Я не хочу стоять у кого-то на пути. — Благоразумие заставило Эми прикусить язычок и воздержаться от дальнейших дискуссий. Она не хотела ставить Антона в неловкое положение.
Герда прищурила глаза.
— Теперь я вижу! Вы думаете, когда они поженятся, вас он сделает своей любовницей в каком-нибудь сказочном дворце в Гонконге!
— Что?
Блондинка захихикала.
— А вы не так глупы, как я думала. Деловая жена во Франции и страстная любовница в Гонконге? О, да, ему это по возможностям.
— К сожалению, я не подхожу для этой роли, — холодно ответила Эми.
— Нет, вы не глупы. — Герда с уважением посмотрела на девушку. — Лавиния — благородная дама, у нее есть деньги и власть, а у вас есть нечто, чего у нее никогда не будет. Правильно разыграйте карты, и удача обязательно улыбнется вам. Пока вы не будете стоять на пути у леди Кэррон, она будет терпеть вас!
— Терпеть?
— Императрицы иногда терпят наложницу… или двух, — зло улыбнулась миссис Мейер.
Эми поспешила оставить светловолосую женщину позади. Однако слова Герды воткнулись в сердце как кинжалы.
* * *
Остаток дня был темным и дождливым. Эми не могла знать, что именно сказала Герда Мейер Лавинии — леди Кэррон была особой слишком светской, чтобы давать волю гневу на глазах у изумленной публики — но то, что слова уже шепнули на ушко, не вызывало сомнений. То, как Лавиния обращалась с Эми, — словно девушки и не существовало вовсе, лишь доказывало последнее.
Наутро сумки погрузили в багажник машины, стоящей около фонтана с рычащими львами. Лавиния запечатлела на губах Антона поцелуй, который выглядел достаточно теплым и благожелательным, затем повернулась к Эми, словно девушка внезапно материализовалась из воздуха, холодно улыбнулась и сказала тихо, так, чтобы никто не слышал, только шесть слов:
