поцеловал валун.
Найла переключила рукоятку в позицию «Стоп». За борт упало несколько обломков. Двигатели постепенно начали сбавлять обороты.
Почти все иллюминаторы Сиракк покорежены, а стекла разбиты. К носу, будто привидение, плыло облако дыма. В двух шагах ничего не было видно.
Моторы стихли.
Повисла тишина.
Найла сплюнула противный на вкус песок.
– Вперед идти нельзя, камень у нас перед самым носом. Даю команду «Полный назад», и да поможет нам Бог.
Грохот. Чудовищной силы.
Видимо, на палубу совсем рядом свалилось что-то огромное.
– Это что еще за чертовщина?! – испуганно крикнула Найла. – Иди проверь!
Сарган вышел на палубу. Сиракк не двигалась уже несколько минут, но снаружи по-прежнему невозможно было ничего разглядеть.
Найла увидела, как первый помощник исчезает в облаке песка, и вскоре услышала глухой удар – словно он во что-то врезался.
– Найла!
Пелена песка постепенно рассеивалась. Но вонь, как от тухлого мяса, стояла невыносимая.
– Найла! – снова крикнул Сарган, а потом тихо добавил: – Друг мой, какого черта?..
Она бросила штурвал, выбежала наружу и чуть не сбила его с ног.
– Откуда такая вонь?
Металлическая голова, плечи.
Девушка присела, взяла механокардионика за голову и осторожно повернула к себе.
– Азур…
Из глазницы вытек ручеек темной крови.
Найла резко отдернула руки и попятилась к мостику.
– Приманка! – заорал Сарган. – Они сбросили на нас приманку!
Девушка посмотрела на ржавый корпус с отвращением. Кроме головы и торса, у механокардионика был лишь обрубок руки да два бедра. Ноги отрезаны по колено, а полости кое-как заткнуты тряпками.
– Помоги скинуть его за борт, – попросил Сарган.
Найла зажала пальцами нос. Подумать только, в прошлой жизни этот вонючий обломок был человеком из плоти и крови… От этой мысли ее затошнило еще сильнее. Она кивнула уродцу, словно собиралась стащить его в ванну, чтобы отмыть. Сбросить за борт? Но как же его ухватить? Одна рука была отсечена по локоть, а дырка забита куском шерсти. Наружу выехал окровавленный кусок мяса.
Девушка прикрыла рот ладонью, пытаясь подавить приступ тошноты. Нет, невозможно поверить, что это могло быть человеком! В первый момент Найла испугалась, приняв обрубок за Азура, которого хотела видеть отцом своего ребенка, но теперь, с близкого расстояния…
– Старайся не смотреть, – сказал Сарган. – Просто в корпус напихали кусков мяса. Давай быстрее. Поднимай.
Руки скользили по металлу, измазанному свежей кровью.
Наконец, проклиная все на свете, им удалось перекинуть уродца через перила и столкнуть за борт.
– Я думал, эти штуки уже не используют для прикорма, – заметил Сарган, вытирая руки о штаны. Потом внимательно посмотрел вокруг. – Значит, поблизости плавает что-то большое. Лучше убираться отсюда подобру-поздорову.
Найла бросила взгляд на небо: облако пыли быстро рассеивалось. Сквозь него уже проглядывало солнце.
И тут на палубу снова обрушился град из камней – еще более ожесточенный, чем раньше.
– Вниз, скорее!
Двигатели снова заработали, пол задрожал от их рева.
Найла первой зашла в рубку. Скинула капюшон.
За штурвалом кто-то стоял.
– Азур!
Механокардионик ответил не оборачиваясь.
– Плохое сцепление. Недовольна, что я не отдаю тебе честь, как положено?
– Я недовольна, что ты стоишь за штурвалом, механокардионик!
Хриплый смех Азура напоминал скрежет ножовки по металлу.
– Сиракк – потрясающий корабль, знаете ли! – Железный человек вдруг стал обращаться к присутствующим во множественном числе – возможно, прозорливо догадался о появлении на мостике Саргана еще до того, как тот успел открыть рот. – Она паинька, когда нужно быть послушной, и настоящая львица, когда приходит время показывать когти.
– Верни мне штурвал и перестань паясничать!
Азур театрально пожал плечами. Повернул колесо штурвала вправо и установил рукоятку телеграфа в положение «Медленно вперед».
– Прошу вас, капитан.
Найла грубо оттолкнула механокардионика и встала за штурвал.
Зона рыбалки закончилась, они снова шли по гладкому песку. Почувствовав это, Сиракк прибавила ходу.
– Обсудим твой проступок в другой раз, офицер Азур, – ядовито заметила Найла.
– С радостью, капитан. Еще один день – и поговорим прямо в таверне Мехаратта.
Последний яростный залп камней ударил по килю на корме. Никому не причинив вреда.
Вдруг впереди из-за камня выскочили два человека, размахивающих длинными палками.
Сиракк еще прибавила скорости.
– Ничего страшного, думаю, мы быстро оставим зону рыбалки позади. В моей каюте, жестяной человек. Через пять минут!
Защищаясь от ударов, Ясир спрятал голову между коленей и закрыл ее руками. Такой реакции своего тюремщика он никак не ожидал. Мальчик поднял глаза, пытаясь сказать что-нибудь в свое оправдание, но лишь получил еще больше затрещин.
Мелакко отошел, чтобы перевести дух, и швырнул стул в противоположную стену.
– На кой черт, – прокричал он, – мне сдалась эта… – он попытался найти подходящее слово, – металлическая рухлядь?
– Я сам буду о нем заботиться, – еле слышно прошептал мальчик.
– Будешь заботиться? – Мелакко поднял стул и с такой силой шарахнул им об стол, что по всей комнате разлетелись куски дерева. – Сейчас увидишь, как я разделаюсь с твоим дружком! – По всей видимости, Мелакко принял убойную дозу бхета.
По-прежнему прикрывая голову руками, Ясир еще сильнее сжался в комок. И краем глаза следил за Мелакко, крушившим маленький шкаф, из которого одна за другой вылетали банки и пузырьки. Наконец тот нашел, что искал, положил в рот и стал жевать, закрыв глаза. После этого взял огромный молоток, лежавший у люка, пригнулся и вышел на улицу.
Через несколько мгновений ударом вынесло дверь.
До смерти перепуганный Ясир втянул голову в плечи.
На полу перед ним лежал Мелакко и пытался поднять голову, видимо надеясь встать на ноги.
И тут в дверном проеме показалась тень, швырнувшая на пол его похитителя, – сначала одно плечо, потом – другое. Оказавшись внутри, механокардионик бросился на Мелакко, схватил его за плечи и несколько раз ударил головой об пол.
Ясир вскочил на ноги и прыгнул на железного человека сверху.
– Не надо… Хватит! – завопил он. Под затылком Мелакко разливалась огромная красная лужа.
Механокардионик остановился, открыл окошко для сердец и вытащил за хвост одну из мышей. Комок шерсти не двигался, как и распластанное перед ним тело с остекленевшими глазами. Он засунул трупик в рот Мелакко и проверил, не выпадет ли тот наружу. Потом вонзил железные пальцы в еще не остывшую плоть человека, разбрызгивая во все стороны алую кровь.
От ужаса Ясир закрыл лицо руками, но любопытство взяло верх, и он стал подглядывать в щелки между пальцами.
С леденящим душу звуком металлический человек вытащил сжатую в кулак руку из груди Мелакко, запрокинул голову и положил в рот еще теплое сердце, истекающее кровью.
Ясир свернулся калачиком на полу, засунув дрожащие руки между коленями. Хотел заплакать, но не смог. Увиденное его потрясло. Во время драки ему было все равно, кто останется в живых, – мальчик сказал себе, что будет принадлежать тому, кто… сердечнее. Сколько можно жить все время одному, пусть рядом будет тот из них, кто лучше и сильнее, кто сможет о нем хоть как-то позаботиться!
Железный человек не пытался его успокоить. Может, он ждал, пока Ясир придет в себя и примет решение? Сделает первый шаг?
Теперь у
