– Он занят. Вы можете поговорить со мной. Итак, что касается ситуации…
Аманда встала. Он замолчал.
– Можете передать от меня генералу, что у меня нет времени. В следующий раз он сам может приехать и найти меня. – Аманда направилась к двери.
– Одну минуту!
– У меня нет ни одной минуты. Меня просили приехать сюда для разговора с генералом Аморином. Если его нет, у меня слишком много дел для того, чтобы ждать.
Аманда подошла к двери. Дверь не открылась.
– Майор! – Она обернулась. – Откройте.
– Вернитесь и сядьте, – тоном приказа произнес он. – Вы сможете уйти после того, как мы поговорим. Это военная база…
Он снова замолчал. Аманда подошла к столу и, обойдя его кругом, остановилась перед проектором. Протянув руку, она нажала кнопку телефона, и документ на экране исчез, сменившись лицом сержанта, который ее впустил.
– Сэр… – Сержант в замешательстве замолчал, увидев Аманду.
– Сержант, – обратилась она к нему, – немедленно соедините меня с Доу де Кастрисом в поместье Форали.
– Отставить! – приказал майор. – Сержант, отставить.
Он выключил телефон и подошел к двери.
– Подождите! – бросил он Аманде и вышел. Аманда направилась следом за ним, но снова обнаружила, что дверь заперта. Она вернулась обратно и села. Меньше чем через пять минут майор возвратился; кожа на его скулах была туго натянута. Он избегал ее взгляда.
– Сюда, пожалуйста, – сказал он, придерживая дверь.
– Спасибо, майор.
Он провел ее в значительно более просторный и удобный кабинет, с высоким окном. В углу стоял стол; остальная мебель – мягкие кресла, за исключением единственного стула с прямой спинкой у стола. Именно к этому стулу подвели Аманду.
Генерал Аморин, расположившийся до этого у окна, прошел к столу и сел.
– Я два дня пытаюсь вас найти, – сказал он. Аманде не предложили сесть, тем не менее она села сама.
– А я выполняю обещание, данное Доу де Кастрису, – ответила она. – Я еще не закончила, и эта поездка для встречи с вами лишь отнимает мое время.
Он холодно посмотрел на нее. Внезапно его охватил приступ кашля.
– Не в вашей ситуации оказывать давление, – заметил он, когда кашель прошел.
– Генерал, я ни на кого не давлю. Это вы…
– Я командую здесь оккупационными войсками. Это мое дело – надавить на кого следует, когда дела идут не так, как надо.
Он замолчал, словно снова собираясь закашляться, но сдержался. Капли дождя громко стучали по оконному стеклу кабинета в наступившей на короткое время тишине. Аманда ждала.
– Я сказал, – повторил он, – что это моя задача – нажать на кого следует, когда дела не идут.
– Я слышала.
– И теперь они не идут. Не идут так, как меня бы удовлетворяло. Мы хотим провести перепись в этом округе и собрать все имеющие отношение к делу данные – и притом без промедления.
– Никакого промедления не было.
– Я думаю, было.
Аманда сидела, глядя на него.
– Я знаю, что было, – сказал Аморин.
– Например?
Он смотрел на нее несколько секунд, не говоря ни слова.
– Как долго, – спросил он, – вы не были на Земле?
– Лет семьдесят, – ответила Аманда.
– Я так и думал, что достаточно давно. Здесь, на новых мирах, вы забыли, что такое Земля. Здесь, на диких планетах, где много пространства и лишь горстка людей даже в ваших самых крупных населенных пунктах, вы начинаете забывать об этом.
– О толпах и перенаселении?
– О людях и власти! – резко оборвал он и снова закашлялся. Затем вытер рот. – Когда вы рассуждаете о здешнем населении, вы имеете в виду тысячи – самое большее миллионы, когда речь идет о масштабах планеты. Но на Земле те же самые цифры – миллиарды. Что такое – несколько сотен тысяч квадратных метров площади, отданной под завод на целой планете. На Земле это пространство измеряется триллионами квадратных метров. Вы говорите об использовании нескольких миллионов киловатт-часов энергии. Вы знаете, как считают на Земле эти киловатт-часы?
– И что же? – спросила Аманда.
– Что же… – Он откашлялся. – Что ж, вы забываете о различиях. Здесь, за семьдесят лет, вы уже не представляете, что такое на самом деле Земля, каковы ее могущество и сила; и вы воображаете, что в состоянии ей противостоять. Земля – это гигант, а вы позволяете себе мечтать о том, что можете бороться с этим гигантом.
– Приходите на наш двор, и мы с вами сразимся, – сказала Аманда. – Сейчас вы очень далеко от ваших миллионов и триллионов, генерал.
– Нет, – возразил Аморин, на этот раз без кашля и резкого тона. – Это лишь ваше заблуждение. Земля обладает мощью, способной уничтожить любую заселенную людьми планету, какую пожелает. Земля сделает свой ход, когда она решит его сделать, вы погибнете. Я хочу, чтобы вы это поняли – для вашего же собственного блага. Вы избавите себя и весь народ, который вы так любите, от большей части страданий, если сможете заставить себя осознать неумолимые факты.
Он посмотрел на нее. Она ответила ему взглядом.
– Вас всех, собственно, уже здесь нет, – сказал он. – В данный момент вам еще принадлежит ваш город, ваши дома и ваше собственное имя, но всего этого скоро не будет. Вы сами, в вашем возрасте, должны будете переселиться в другое место, на планету, незнакомую вам, чтобы умереть среди чужих вам людей, – и все это из-за того, что вы по глупости забыли, что такое Земля.
Он сделал паузу. Она продолжала молча сидеть.
– У вас нет иного выбора. То, что я говорю вам, – лишь для вашего сведения. Наши политики еще об этом не объявили, но Дорсай – уже забытый мир. И все его жители вскоре будут разбросаны по всем остальным обитаемым планетам. Для вас – только для вас – у меня есть предложение, которое может облегчить вашу участь.
Он подождал, но она никак не реагировала на его слова.
– Вы не сотрудничаете с нашими оккупационными силами, – продолжил он. – Меня не интересует мнение о вас господина де Кастриса. Я знаю, что вы не хотите помочь нам. Это был бы провал в моей работе, если бы я этого не знал. Имейте в виду, мы не нуждаемся в вашей поддержке, но она несколько уменьшила бы бумажную работу, всякого рода усилия и объяснения. Так вот, я предлагаю вам сотрудничать с нами и могу обещать следующее: я гарантирую, что те несколько лет, которые вам остались, вы проживете здесь, на этой планете. Правда, вы станете свидетелем того, как всех остальных будут отправлять отсюда; но вам, по крайней мере, не придется закончить свои дни на чужбине. – Он сделал паузу. – Но вы должны согласиться сейчас или вы потеряете свой шанс навсегда. Скажите «да» и приступайте, или лишаетесь шанса. Итак?
– Генерал, я вас выслушала. Теперь послушайте вы меня. Это вы мечтаете о невозможном. Это вы и ваши люди – а не мы – уже мертвы. Вы уже проиграли. Только просто этого еще не знаете.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
