– Госпожа Морган, – с трудом произнес Аморин, – вы ведете себя просто глупо. Победить Землю невозможно.
– Нет, – холодно ответила Аманда. – Можете мне поверить, возможно.
Он встал.
– Что ж, – сказал он, – я сделал все, что мог. С этого момента мы будем поступать так, как считаем нужным. Можете идти.
Аманда тоже встала.
– Тем не менее вот еще что. Я хочу увидеть Клетуса, когда он приземлится.
– Клетуса? Вы имеете в виду Клетуса Грэйема? – Аморин уставился на нее. – С чего вы взяли, что он собирается приземлиться?
– Не говорите ерунды, генерал. Вы не хуже меня знаете, что он должен появиться рано утром.
– Кто вам это сказал?
– Все это знают.
Он уставился на нее.
– Черт побери! – тихо выругался он. – Нет, вы не сможете встретиться с Грэйемом – ни сейчас, ни в будущем.
– Я должна иметь возможность сообщить местному населению, что он жив и здоров и согласен пребывать под вашей охраной, – произнесла Аманда. – Или вы хотите, чтобы округ стихийно взялся за оружие?
Он зловеще посмотрел на нее и вдруг снова закашлялся. Когда приступ прошел, он кивнул.
– Он будет здесь через час с небольшим. Должны ли мы найти для вас место, где вы могли бы подождать?
– Если речь идет о часе, я поеду в город, там у меня кое-какие дела. Сообщите на посадочную площадку, чтобы меня пропустили.
– Спросите лейтенанта Эстранжа, – сказал он.
Аманда вышла.
Вернувшись в город, она обнаружила, что скиммер Экрама все еще стоит позади дома Мари Дюро. Она поставила свой скиммер рядом и вошла через заднюю дверь в кухню.
Экрам мыл руки. Он обернулся, услышав, как она вошла.
– Мари? – спросила Аманда.
– Мари умерла. – Он снова повернулся к раковине.
– И вы все еще в городе.
Он опять повернулся к ней, вытирая руки полотенцем.
– Берта Хогсруд умерла, – сообщил он. – Бхактабахадур Райс умер. Еще пятнадцать при смерти. Юная Марта Хогсруд больна. В лагере умерло пять солдат, еще тридцать при смерти и большинство остальных больны.
– Значит, уходите.
– Уходить? Как я могу уйти? Их военврач знает, что что-то случилось. Он ничего не может с этим поделать. Он должен быть абсолютным идиотом, чтобы не знать, что что-то случилось, особенно после того, как они получили информацию от других оккупационных подразделений – не от многих, но и этого вполне достаточно, – что у них происходит то же самое. Они так долго ни о чем не догадывались лишь потому, что первыми жертвами оказались наши люди. Если я теперь уеду…
Он замолчал. Его лицо, покрытое щетиной, осунулось от усталости.
– Вы должны уехать, – заявила Аманда. – Это приказ.
– К черту приказы!
– Клетус должен приземлиться через час. Вы провели здесь, в городе, три часа после рассвета. Еще через три часа начнется открытая война. Уезжайте отсюда, отправляйтесь в холмы и будьте готовы принимать раненых.
– Дети… – Он слегка пошатнулся. – Дети, дети и пушки…
– Так вы едете?
– Да. – Голос его звучал глухо. Он прошел мимо нее на негнущихся ногах и вышел через заднюю дверь. Последовав за ним, она увидела, как он неуклюже забрался в скиммер, поднял его и направился прочь из города.
Аманда вернулась в дом, чтобы посмотреть, может ли она чем-то помочь Мари. Но сделать уже ничего было нельзя. Она вышла и направилась в дом Хогсрудов, узнать, поедет ли с ней Марта, теперь, когда Берта умерла. Но дверь была заперта, и Марта не отвечала, хотя Аманда видела ее в окно – девочка сидела на кушетке в гостиной. Аманда попыталась проникнуть в дом, но время торопило. В конце концов она повернулась и отправилась на посадочную площадку.
Она чуть не опоздала. К тому времени когда она связалась с лейтенантом Эстранжем и была допущена непосредственно на посадочную площадку, корабль – челнок с мозаичной эмблемой экзотов в виде солнечных лучей – уже приземлился, и из, него вышел Клетус. Ряд машин и вооруженный эскорт уже ждали его.
Пистолет у него отобрали, а затем повели ко второй из ожидавших машин.
– Мне нужно поговорить с ним. – Аманда обратилась к Эстранжу, даже не пытаясь скрыть ярость. – Разве вам не сообщили, что я могу поговорить с ним?
– Да. Пожалуйста, подождите минуту. Подождите здесь.
Лейтенант обратился к полковнику, руководившему действиями военных. После небольшой дискуссии Эстранж вернулся к Аманде.
– Прошу за мной. – Он подвел ее к Клетусу, который уже сидел в машине.
– Аманда! – Клетус выглянул из открытого окна машины. – Все в порядке?
– Все прекрасно, – ответила Аманда. – Я приняла пост мэра от Пирса.
– Хорошо. – Его веселое, худое лицо казалось чуть более худым, чем в последний раз, когда она видела его, и на нем резче обозначились напряженные морщины. – Я рад, что это вы. Не могли бы вы передать всем, чтобы они сохраняли спокойствие? Эти солдаты оккупационных войск ведут себя прилично, не так ли?
– О да, – успокоила его Аманда.
– Хорошо. Я так и думал. Тогда оставляю все дела в ваших руках. Меня увозят в поместье Грэйемов – я имею в виду: в Форали. Видимо, Доу де Кастрис уже там, и я уверен, что, как только мы с ним поговорим, все станет на свои места Надо спокойно переждать день или два, и все будет в порядке. Вы проследите, чтобы в округе это поняли?
Уголком глаза Аманда заметила, как на лицах офицеров Коалиции и людей, находившихся в пределах слышимости, меняется выражение – от удивления к почти презрению.
– Я позабочусь об этом, Клетус.
– Я знаю это. Да, как Бетта?
– Вы ее увидите, когда будете в Форали. Ее ребенок может теперь родиться в любой момент.
– Хорошо. Хорошо. Сообщите ей, что я видел ее брата Дэвида всего несколько дней назад и у него все в порядке. Нет, подождите, я ведь сам смогу ее обрадовать, поскольку встречусь с ней раньше. Мы с вами вскоре еще поговорим, Аманда.
– Да, Клетус. – Аманда отошла от машины. Конвой выстроился в колонну и уехал.
– И это тот самый их военный гений? – услышала она, как прошептал один из солдат другому, когда она уходила с Эстранжем.
Пять минут спустя она уже ехала мимо кордона часовых, окружавшего город, а еще через двенадцать минут, остановившись лишь, чтобы забрать свой пистолет, она была уже возле Рамона, у его скиммера, глядя сверху из укрытия на медленно двигавшийся конвой, направлявшийся в сторону поместья Грейемов.
– Нам нужно, чтобы все отряды заняли позиции вокруг Форали, прежде чем они окажутся там, – сказала она. – Но когда они появятся, пусть их пропустят. Нам нужно, чтобы они были вместе с сопровождением Доу, прежде чем мы их атакуем.
– Большинство людей в этом конвое больны, – сообщил Рамон.
– Да. Но те, кто был там вместе с Доу все это время, должны быть совершенно здоровы. А они – войска первого эшелона. Если мы не справимся с ними в первые несколько минут, это будет стоить нам…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
