существами. Помня, что в каждом из них есть частица другого, Свет и Тьма применили этот принцип ко всем существам. Конечно, это касается «чистых» рас, в совместных их творениях и так всего было намешано. Таким образом, и в светлых и в тёмных созданиях была заложена маленькая частица противоположной энергии, которую невозможно почувствовать, но её оказалось достаточно, чтобы заметно влиять на суть.
Воспоминания постепенно тускнели, размывались, и ближе к утру я наконец-то уплыла в сон. День оказался слишком насыщен эмоциями и новостями, а впереди ждёт не меньше.
Глава 5. НОВАЯ ЖИЗНЬ
Глава 5. НОВАЯ ЖИЗНЬ
За прошедшие почти полгода я поняла, что не зря боги и их творения оставались неизменными. Переделывать существ почти по новой оказалось делом утомительным и скучным. Да изменить саму Ллосс было гораздо проще, правда, скорее всего в силу её божественности. Я еле дотерпела до окончания эксперимента с дроу. Он, вне всякого сомнения, удался, но надоел до невозможности! Даже Вэрс, уже давно переставший так панически бояться меня рассердить, в последнее время старался вести себя как можно незаметнее и молниеносно выполнять все приказы, видя, что хозяйка крайне раздражительна.
После того, как мы с Ллосс определились с будущими главами кланов, предстоял нудный и кропотливый анализ сути остальных дроу, их распределение, что длилось почти месяц. Всё же прочитать и тщательно проанализировать десять тысяч душ – задача сложная и долгая даже для меня. Наконец кланы были сформированы, и в двадцати пещерах разместилось примерно по пятьсот тел дроу.
Последующая работа по формированию общей и индивидуальной памяти, а также по изменению внешнего облика оказалась не менее однообразной. На каждый клан уходило около четырёх дней. Зато в отношении внешности уж я оторвалась как следует – меняла цвет кожи, волос и глаз, экспериментируя с их сочетаниями, но не затрагивала общих черт тела, так что во всех, теперь непохожих, тёмных эльфах сквозило неуловимое сходство: высокие, мускулистые, с хищными чертами красивых лиц агрессивные воины. Даже белокожих дроу никто не перепутает с их светлым прообразом!
Кроме того, их отличали глаза: у всех встречались зелёные и янтарные цвета, а у темнокожих они были ещё и красными или серебристыми, у светлокожих – тёмно-синими, фиолетовыми или чёрными, в отличие от разных оттенков голубого, ярко-синего и тёпло-карего у представителей Дивного Народа. Но самое сложное в изменении расы – тонкое и кропотливое воздействие на каждую клетку, причём его требовалось закрепить настолько прочно, чтобы будущие поколения гарантированно рождались уже с новыми признаками. И это было действительно непросто!
Потом несколько дней посвящалось обучению Верховной Жрицы и её помощниц – этим занималась уже Ллосс, являясь каждый раз в наиболее соответствующем клану виде (в самом деле, не представать же перед светлокожими зеленоглазыми эльфами с чёрной кожей и красными глазами? не поймут). Им же передавалось тайное знание о существовании высшей Богини, в лицах, так сказать, и правила поведения при встрече с ней. Правда, такого события могло никогда и не произойти.
Заодно пришлось разработать ментальный щит, закрывавший меня от мыслей окружающих. Я и раньше пользовалась чем-то подобным, но несколько однобоко: либо слышу мысли, либо полностью закрываюсь. Не очень удобно в плане безопасности, не сейчас – в будущем. Так что в плетение щита я внедрила некое заклинание-сторожа. Он улавливал мысли тех, кто начинал замышлять что-то опасное в отношении меня – убийство, порабощение, изнасилование, нападение – и тотчас же срабатывал, позволяя это услышать. И конечно, я могла просто временно снять щит, не отключая его насовсем. Например, при знакомстве с новыми кланами дроу – чтобы отслеживать их настроение и прервать всякие глупые мыли в зародыше.
А вспышки недовольства, само собой, случались, но пресекались достаточно жестоко. Пару чересчур наглых и самоуверенных жриц пришлось умертвить и немного погодя воскресить – чтобы прочувствовали своё положение. К сожалению ли, к радости, но эта раса обладала очень независимым и жёстким характером и подчинялась лишь гораздо более мощной силе и жестокости, чем у них самих. Но, по большей части, авторитет Ллосс был непререкаем и её слова воспринимались как истина в последней инстанции. И лишь тогда мне выпадала пара дней отдыха, пока Ллосс помогала своим творениям обустраиваться в новом мире, избранном мной.
Самой напряжённой оказалась работа с первым кланом – в него я отсортировала почти всех детей и самых мягких в душе взрослых. Он стал очередным экспериментом, но, дабы не получился слишком слабым из-за большого количества молодёжи, мне пришлось подстегнуть их возраст до сорока лет – вполне достаточно, чтобы стать воином, а в недалёком будущем и создать семью. А ещё я сделала мужчин и женщин равными по силе и положению. Оставив им память о магии и различных ремёслах, также значительно изменила представления о добре и зле. Они оставались опасными и жёсткими – для врагов, но перестали беспричинно ненавидеть друг друга и возводить предательство в ранг добродетели. И хотя в любых действиях по-прежнему руководствовались соображениями выгоды, научились видеть её не сиюминутную, а в перспективе.
В общем, получилась раса жестоких, но достаточно адекватных воинов, вполне способных сосуществовать с другими народами, чем я невероятно гордилась. И этот клан, единственный из всех, я завязала на себя – чтобы услышать и помочь в случае крайней необходимости. Кровь не использовала – слишком много она могла дать смертным, только оставила отпечаток своей ауры в сердце каждого тёмного эльфа, ну и пришлось попробовать их крови. Этот «напиток» мне не очень по вкусу, но иногда без него не обойтись.
Кожу дроу сделала просто смуглой, волосы чёрными, с фиолетовым отливом, а глаза ярко-зелёными. Но у избранного мною Правителя и Высших Жриц остались серебристые волосы, а глаза приобрели глубокий тёмно-фиолетовый цвет. Эти признаки станут наследственными для правящего рода, а у девочек – судьбоносными, сразу определив их как будущих Высших Жриц Домов. И я уже давно знала, какой мир станет для них домом, хоть и придётся столкнуться со сложностями поначалу.
***
Форвен Ду’Арръенс очнулся в огромной пещере в окружении около сотни сородичей. Поднявшись с каменного пола, он понял, что ошибся – пещера оказалась разбита на восемь секторов, в каждом из которых находилось по несколько десятков тёмных эльфов. На многих лицах читалась растерянность и недоумение. И что странно,
