– Будет сделано. Вы как всегда очень помогли, спасибо большое за советы и наставления. Корабль с тенью прибудет к вам ориентировочно через двое стандартных суток. Надеюсь, удастся узнать что-нибудь интересное. На этом, если у вас ко мне ничего нет, отключаюсь.
– Ничего нет. Удачи, брат Франциск. Усомнившийся да падёт.
– Воистину.
Slice FFA157D60012CE4В
Взлететь сразу после прощания с целительницей не получилось. Вместо победного рёва двигателей, быстро ускоряющих корабль и поднимающих его в заоблачные дали, в недрах старенькой Победы-4 что-то погремело, поурчало, потряслось – и затихло. Владелец посудины тут же полез разбираться, в чём дело, недоуменно разведя руками в ответ на осторожные вопросы, что же сломалось. Весь его вид говорил – мол, раньше работало, а что сейчас вдруг не хочет – совершенно непонятно.
– Да сейчас взлетим, не беспокойтесь! Недавно капремонт движку и реактору устраивал, вряд ли там что-то серьёзное…
Руслан хотел было ответить что-нибудь резкое и отправиться искать другой корабль, но, посмотрев на добродушную физиономию Александра, промолчал. Вместо этого, он решил проведать спасённую рабыню, и попутно ознакомиться с местом, в котором предстояло провести ближайшие дни.
Внутреннее пространство корабля представляло собой коридор, в который выходили старомодные люки, с опцией герметизации при необходимости, которые задраивались очень просто – путём закручивания. Они вели, во-первых, на капитанский мостик – место, откуда осуществлялось всё управление кораблём. Во-вторых, в машинное отделение, или, как его ещё называли, энергетическое, которое должно было вырабатывать энергию для маршевых и маневренных двигателей, а также и для внутренних нужд – там как раз скрылся увешанный ключами и всевозможными приспособлениями владелец судна. В-третьих, в полу была плита, отгораживавшая жилой отсек от трюма, сейчас почти пустого и полностью отданного в распоряжение Центуриону. В-четвёртых, имелся крохотный камбуз, где на площади где-то в два квадратных метра ютилось огромное количество кухонной утвари, плита, холодильник, умывальник, и ещё чёртова уйма всевозможных приспособлений, далеко не все из которых имели отношение к кулинарии. В-пятых, присутствовал совмещённый санузел, тоже очень тесный, но вполне функциональный. Ну и, наконец, в-шестых – были предусмотрены четыре каюты, три из которых было разрешено занимать пассажирам. В одной из них, на которую, пробежав мимо, указал Хосе, как раз и находилась вызволенная из лап Спартака несчастная.
Старик прошаркал по металлическому полу, попутно проводя ревизию основных удобств, и с некоторым трудом отвинтил тяжёлую стальную плиту, которая вела в искомое помещение. Однако, подслеповато прищурившись в полумрак и прислушавшись, он понял – бывшая невольница сладко спит. Не став тревожить её, Руслан осторожно, как можно аккуратней и тише, прикрыл люк обратно, и продолжил экскурсию, вызванную вовсе не праздным интересом – надо было найти свободный угол и койку. Пропустив каюту капитана и хозяина судна, которая была заперта, он сунулся было в следующую – но… Небольшая уютная комнатка, оказалось, уже была облюбована Ивой, и та вовсю занималась тем, что примеряла на себя купленные наряды. Она как-раз оказалась застигнута в полураздетом, или полуодетом, смотря как смотреть, состоянии – в одних лишь обтягивающих штанах из какой-то раритетной бело-сине-голубой ткани. Ничуть не смутившись, ученица жреца задорно рассмеялась, заставив своего внешне невозмутимого учителя как можно скорее ретироваться обратно в коридор.
Зато, после этого события методом исключения была установлена оставшаяся свободная каюта – вернее, она тоже уже была занята, в ней обосновался Хосе, но там имелась и вторая койка. Вещей у Руслана не было, и он, просто убедившись, что место есть, решил навестить Александра и юнгу, возившихся в машинном отделении. Но те сами уже карабкались по узкой лестнице навстречу, явно вполне удовлетворённые.
– Ну как, починили?
– Да, полный порядок! Сейчас взлетаем!
– И что было?
Вместо ответа водитель Победы просто помахал перед собой рукой с каким-то визуально сильно обуглившимся агрегатом, с торчащими обрывками проводов. Жрец усмехнулся.
– Ничего страшного, всё равно иногда менять надо! А у меня запасной в загашниках завалялся. Так что, какой маршрут?
– Нам нужна Альфа Всадника.
– Не на Новую Америку ли мы летим? – глаза Хосе, до этого непривычно молчаливого, возбуждённо загорелись.
– На неё самую, да.
– Охренеть! Всю жизнь мечтал побывать там! А мы увидим индейцев?
– Может быть, если повезёт.
– Я тоже хочу на индейцев посмотреть! Как они томагавки кидают, и из луков стреляют… И как мустанги по прерии скачут… Столько слышала об этом! – присоединилась к разговору и Ива, вышедшая из своей каюты. И заставившая своим появлением всех остальных поражённо замолкнуть – принарядившись и наведя красоту, она изменилась до неузнаваемости. Те самые штаны из грубой сине-голубой ткани, туго обтягивающие бёдра и стройные ножки, любовно и до деталей повторяющие все их изгибы и выпуклости, высокие сапоги, куртка из той самой якобы кожи голубого аллигатора, клетчатая нарядная рубашка – всё это смотрелось очень непривычно, ведь до этого ученица жреца одевалась в мужское, мешковатое, и, кроме того, подчёркнуто скромно, стараясь выглядеть как можно незаметней. Довольная улыбка играла на симпатичной мордашке – было ясно, что именно на такой эффект и был расчёт. Озорной взгляд порхал по лицам, наслаждаясь триумфом, пока не остановился на Руслане, после чего и так большие глаза ещё более увеличившись, округлившись в удивлении. – Учитель, ты что, плачешь?…
– Нет-нет, что ты, просто в глаз что-то попало. Просил же, не называть учителем… И напоминаю, на всякий случай – на людях не стоит одеваться так, ты должна быть неприметной. Ещё, такая обтягивающая одежда нарушает кровообращение, это вредно.
И, будто встрепенувшись и стряхнув наваждение, тут же продолжил, строгим командным голосом:
– Народ, всё, хватит время зря тратить! Александр, давай на старт, мы и так задержались. Того и гляди тот араб кого не надо расшевелит, и нагрянет к нам инспекция. А ведь ещё долгий пусть предстоит… Чем раньше начнём – тем раньше закончим.
– Хорошо, сейчас всё будет! Рассаживайтесь по местам, и, пожалуйста, пристегнитесь.
– Зачем? Разве система искусственной гравитации не работает?
– Нет, с ней всё хорошо, просто по технике безопасности рекомендуется, при взлёте и посадке.
– По ней чего только не рекомендуется!
– И всё же, я бы настоятельно попросил…
– Хосе, не спорь. Хорошо, мы так и сделаем. Давайте, расходитесь по местам, пристёгивайтесь, и нашу рабыню Изауру тоже известите…
– Какую-какую рабыню?
– Не суть. Главное, ты же понял меня, да?…
Когда старенькая Победа-4, наконец, поднялась над космодромом и взмыла ввысь, навстречу ей садился большой звездолёт с опознавательными сигналами инквизиции.
Slice FFA157D60001F995
– Что, что ты делаешь?…
– Целюсь.
– Зачем?! Или ты не заметил, что у тебя спилена мушка – специально, чтобы можно было быстрее выхватывать револьвер?… Пока ты задираешь свою руку на уровень глаз, тебя уже несколько раз убьют…
– Ну а как иначе? Как можно попасть, не целясь?
– Как, как…
Женщина с волосами цвета пламени раздражённо отвернулась от своего собеседника. Быстро и ловко откинув клапан с кобуры, она, немного прогнувшись назад, одновременно резко выхватила и взвела свой револьвер, и начала палить прямо от бедра. Несколько выстрелов слились в непрерывный гул, клубы порохового дыма почти сразу окутали стройную фигурку, мешая разглядеть кустарник, которому не посчастливилось быть выбранным в качестве мишени. Однако, когда едкое облако рассеялось, стало видно, что несколько веток срезало пулями, и они валялись теперь на земле.
– Видишь? Ничего сложного! Выхватываешь, нажимаешь на курок, попадаешь! А не эти твои дурацкие прицеливания, и уж, тем более, хватания двумя руками…
– Но так тоже можно! Вблизи я, допустим, смогу попасть от бедра. А если враг далеко?…
– А если далеко, ты и не будешь стрелять в него из пистолета, балда!… Куда лучше и удобнее использовать для этого винтовку – она более скорострельна, точна и убойна. Хотя, о чём я. Надо было тебе брать дробовик, и не мучиться со всеми этими тренировками… Один хрен, проку никакого…
– Да ладно тебе. Сама же когда-то не умела стрелять!
Женщина промолчала, лишь странно посмотрев в ответ. Постояла, будто собираясь что-то сказать, но передумала – пнула какой-то камушек, и направилась в сторону разбитого неподалёку лагеря.
– Всё, хватит на сегодня. Я устала. Ты совершенно тугой и непроходимый.
– Может, это просто кое-кто такой хороший тренер?
