универа, проявляет ко мне такое повышенное внимание. Природная тревожность не давала правильно оценить ситуацию. Может быть, Игнат поспорил с парнями, что завоюет меня, как это часто бывало в книгах, которые мне попадались. Нет, в книгах это, бесспорно, интересно — так и хочется оказаться на месте главной героини. Но в жизни… В жизни все иначе. Страшно стать той, на которую кто-то решил поспорить ради развлечения.
Сомнения тугим обручем сжали виски. Я еще раз перечитала сообщение. Скучает?.. Но почему? Мы же почти незнакомы.
— Да что тебе такое написали, что глаза по пять рублей? — не выдержала Стеша и на правах лучшей подруги с любопытством заглянула в телефон. Ее без того большие глаза округлились.
— Это он, да? — прошептала она.
— Он, — кивнула я, не зная, что ответить. — Только как узнал мой номер?..
— Ярочка, это же Елецкий! Он способен на все, — хмыкнула Стеша. — Ну ладно, это звучит пугающе… Но, как минимум, он способен узнать номер девушки, которая ему понравилась. Божечки-кошечки, — захихикала она, — не могу поверить, что Елецкий запал на мою подругу! Да напиши ты ему хоть что-нибудь!
— Не хочу ему отвечать, — едва слышно сказала я.
— С ума сошла? — прошипела Стеша, однако продолжить тираду не смогла — на нас недобро уставилась преподавательница. Наталья Семеновна с кафедры стилистики русского языка славилась строгостью, ревностно относилась к своим занятиям и не любила, когда студенты отвлекаются. Поэтому пришлось делать вид, что мы всецело принадлежим семинару. Хотя, если честно, сосредоточиться было сложно. Проклятый Игнат не покидал мои мысли. Изгнать его не получалось. Перед внутренним взором стояло его лицо, тронутое загаром. Притягательные янтарные глаза, выступающие скулы, чувственные губы, чуть тронутые в улыбке.
«Прежде, чем принимать решение, досчитай до десяти, а лучше — до ста, эмоции улягутся, и только потом решай», — вспомнила я совет Оксаны, которая за эти годы стала мне тетей. Она была куда лучше адаптирована ко взрослой жизни, чем мама. Обладала той самой деловой жилкой, которая позволяла ей легко решать многие вопросы и ставить на место людей. Мама же порой напоминала мне девчонку, которая не всегда умела постоять за себя — слишком беззащитной порой бывала.
Я досчитала до десяти. Потом — до ста. При этом не сводила с телефона глаз. Когда в голове прозвучало: «Сто», — я схватила телефон и, пряча его под партой, написала:
«Привет, Игнат! Как ты узнал мой номер?»
Надеюсь, вышло достаточно холодно. Не хочу казаться ему восторженной дурочкой. Хватить и того поцелуя…
Игнат явно не считал ни до ста, ни даже до десяти. Ответил сразу, будто бы ждал мое сообщение:
«Просто я волшебник».
«И что ты хочешь? Магии?» — спросила я, а Стеша, увидев, что я написала, покрутила у виска — мол, что ты делаешь, дура?
— Нужно флиртовать, а на наоборот, — прошептала она и покосилась на преподавательницу — не заметила ли та, что мы отвлеклись.
«Магии чтения. Посоветуй мне еще какую-нибудь книгу», — попросил Игнат.
На моих губах появилась нервная улыбка.
«Снова детектив?»
«Почему бы и нет? Я люблю раскрывать чужие тайны. Хочешь, раскрою твою»?
В ответ я решила прислать забавный стикер в виде удивленной белки, но в это время препод взглянула в нашу сторону, и я опустила телефон на колени, чтобы она не заметила его. А когда я взглянула в экран, замерла от ужаса — вместо милой белки я прислала ему хитрого попугая с фразой: «А у тебя рожа не треснет?» Это был соседний стикер из недавних, которыми я пользовалась в переписке со Стешей. Смешной, конечно, но в переписке с Игнатом я его использовать не планировала!
Я хотела удалить его, но не успела. Прямо над моим ухом раздался раздраженный голос преподавательницы:
— Черникова! Может быть, решите свои проблемы позднее, на перемене?
— Простите, Наталья Семеновна, — вздохнула я.
— Ярослава, вместо того, чтобы смотреть в телефон, ответьте лучше на седьмой вопрос в методичке, — сухо велела она. — Вы ведь наверняка готовы? В отличие от ваших коллег.
Ее взгляд обвел притихшую группу — ребята плохо подготовились и теперь старались смотреть куда угодно, но только не на преподавательницу. Вообще, Наталья Семеновна не спрашивала тех, кто отвечал на прошлом семинаре, а я как раз отвечала. Однако сейчас, видимо, решила меня наказать — в назидание остальным. Пришлось рассказывать материал — к счастью, память у меня была неплохая, и теорию я запоминала влет.
Наталья Семеновна кивнула, задала пару вопросов, на один из которых мне помогла ответить Стеша, и перешла к следующей студентке. А я, извинившись, выскользнула из аудитории, незаметно прихватив с собой телефон. Что подумает обо мне Игнат? Стикер-то я так и не удалила.
Прижавшись спиной к стене пустого коридора, я открыла диалог. Разумеется, Игнат увидел стикер и прислал несколько сообщений:
«Ахаха, не треснет».
«А ты смешная)».
«Эй, ты где? Включила режим игнор?»
«Ладно, я не буду раскрывать твои тайны. Вернись, Ярослава».
Признаваться в том, что стикер был ошибочны, я не стала. Нужно уметь держать лицо. И вместо этого написала:
«Я отвечала на семинаре».
Он тут же начал писать мне.
«А я уже подумал, ты расстроилась, что у меня ничего не треснуло…»
Надо же, а он умеет шутить. Хотя в жизни кажется самоуверенным и даже слегка надменным.
«Я бы расстроилась, если треснуло. Нам же с тобой идти на свидание»
Написала и задумалась — не прозвучало ли высокомерно? Образ Снежной королевы, конечно, притягателен, но я хочу просто пообщаться с этим парнем, чтобы понять, что ему надо. А не отталкивать его от себя, держа дистанцию. Если честно, я вообще много сомневалась. Постоянно хотела сделать, как лучше, но не всегда получалось.
«Хорошо, что ты помнишь. А то я решил, что ты меня жестко динамишь»
«Лучше попробуй раскрыть мою тайну», — напечатала я, не спеша возвращаться в душную аудиторию.
Его ответ заставил меня поднять бровь:
«Ты думаешь обо мне»
«А ты думаешь обо мне больше», — написала я, поймав какой-то
