Она не ответила, но и с плеча не улетела. Селим смущённо прокашлялся:
― Пора идти, Сан, до убежища путь неблизкий, понадобится время, чтобы залечить все раны, а пока не применяй магию, это опасно. По дороге следуй за Шеком, он всегда выбирает наилучшую тропу, делай это неукоснительно, даже если будет казаться, что перед тобой обрыв ― тут кругом иллюзии. Ни при каких условиях не показывай своего лица, шпионы Повелителя всегда следят за нами, хоть и прошло столько лет. Понял?
Кивнул и пошёл следом за Стражами. Хлоя продолжала сидеть на моём плече, расцарапав его острыми когтями до крови, но из-за волнения я не обращал внимания на такие мелочи. Мы спустились в город, и, проходя мимо горящих руин, я порой не чувствовал жара огня. Шек озабоченно сказал:
― Сан, иди след в след и прибавь шагу, а то плетёшься как столетний старик. Мой нос чувствует приближающуюся бурю, надо спешить в укрытие.
Я в точности следовал его указаниям. Сначала это было даже забавно: приходилось прыгать через, казалось, узкие трещины, а на самом деле ― широкие расщелины в земле, из которых время от времени поднимались то языки пламени, то удушливый дым. Смело проходить через пылающие проёмы дверей, не обжигаясь, а порой пробираться на четвереньках, пригнув голову, через вроде бы пустое место, чувствуя, как невидимый жар опаляет макушку.
Примерно через час таких прыжков и ползания наше путешествие к убежищу уже не казалось таким приятным занятием. Я откровенно устал, но спросить у Стражей, когда же мы придём на место, не позволяли гордость и ядовитый язычок первой любви. Она ехидно комментировала любое моё неловкое движение, и от этого настроение портилось прямо на глазах.
Наконец Шек задрал голову кверху и, понюхав воздух, буркнул:
― Чувствуешь, Селим, ветер изменился, надвигается буря. Хорошо, что мы уже на месте. Надеюсь, твари, всю дорогу сопровождавшие нас, наконец-то отстанут.
Он закрутился волчком, начав сгребать лапами с земли пепел и пыль, пока в плите под ногами не появилось металлическое кольцо.
― Открывай подвал, Сан, у тебя хотя бы есть руки, мне зубами сделать это будет труднее, ― голос Селима звучал озабоченно, и я быстро поднял плиту, удивившись своей неожиданной силе. Так хотелось расспросить Шека о тех тварях, что, оказывается, шли следом, но пока на это не было времени.
Под нашими ногами зияла большая нора с неровными ступенями, уводящими куда-то глубоко под землю. Я приготовился было прочитать привычное заклинание «света», но Хлоя больно ущипнула меня клювом за мочку уха, прошипев:
― Видно, на чужбине ты растерял последние мозги, Повелитель. Сказано же ― опасно применять магию, а ты всё равно успел сделать это несколько раз. Даже не представляешь, насколько это усложнит нам жизнь… Просто возьми любую горящую палку, их тут полно. Спуск займёт не больше минуты, особенно, если тебя туда сбросить, ― и она грустно рассмеялась.
Буркнув:
― Спасибо, Хлоя, ты, как всегда, умеешь подбодрить.
Но к совету прислушался, выбрав себе «факел», хотя спускаться в почти отвесную нору не решался, топчась у входа. Селим фыркнул:
― Уже два раза сказал об иллюзиях: присмотрись, на самом-то деле тут нормальная лестница, иди за мной и не упадёшь.
Стало стыдно, и я приготовился шагнуть в чёрный провал, как внезапно налетевший сильный ветер помог мне обрести решимость, буквально спихнув вниз. Вскрикнул от страха, но почувствовав, что стою на твёрдой поверхности, успокоился и, глядя на насмешливые морды друзей, смутился, прикрикнув на них:
― Ну что уставились? Совсем распустились, оболтусы. У меня же только две ноги, а не как у вас ― четыре лапы…
Ответом стал дружный смех, и голос Селима тут же предложил:
― А мы не против поменять лапы на человеческие руки и ноги. Давай «махнёмся», Повелитель! ― и рядом щёлкнули острые зубы.
Погрозил шутнику посохом, но он не испугался, побежав вниз по лестнице, радостно помахивая хвостом. Узкий, но, к счастью, устойчивый тоннель вывел нас к небольшому помещению, состоявшему из ряда комнат. В самой большой из них была печь и простая мебель. Здесь друзья разрешили применить магию, и вокруг, наконец, стало по-настоящему светло. Но мне уже было не до этого ― увидев кровать, со стоном на неё завалился, чуть не придавив Хлою. Она словно нехотя вспорхнула с плеча, пробормотав что-то о невежах и дураках. Я не разобрал, потому что, прижав к себе посох, тут же уснул…
Во сне ко мне пришли Рас и Крэг, они ругались последними словами, обвиняя, что бессовестно бросил их у колодца, отправившись за приключениями. И сколько я не пытался их разубедить, друзья надулись и обещали меня поколотить. После них появился Командир. Он строго посмотрел и, потрясая мешочком с деньгами, заявил: раз я идиот, смывшийся прямо накануне выплаты жалования, он поделит монеты между остальными членами отряда.
От такого сна сам не знал ― плакать или смеяться, поэтому только повторял:
― Верьте в меня, ребята, я обязательно вернусь, чего бы это ни стоило…
Меня разбудили голос Селима и странный запах.
― Просыпайся, Повелитель, а то останешься голодным. Поторопись, мы почти доели кролика.
Спросонья двоилось в глазах, и, нехотя спустив ноги с кровати, я направился к столу. Но он был девственно чист, не считая, конечно, толстого слоя пыли. Ещё плохо соображая, где нахожусь, пробормотал:
― Крэг, ты опять всё слопал, а нам с Расом ничего не оставил, толстобрюхий демон? И где обещанный кролик?
Из-под стола донеслись подозрительно чавкающие звуки, и Селим произнёс с явно набитым ртом:
― Не туда смотришь, Сан, мы привыкли есть на полу…
Я посмотрел вниз, и меня замутило: остатки кролика быстро исчезали в пасти друзей, даже Хлоя сосредоточенно трепала кусочки сырого мяса. Сон как рукой сняло. Глядя на моё несчастное лицо, Шек виновато сказал:
― Понимаю, для тебя это неприятная картина, но готовить для нас было некому, а лапами это сделать невозможно. Пришлось приспосабливаться к сырой пище. Не смотри так осуждающе ― мы же выживали, друг…
Я покраснел, растерянно теребя свой широченный балахон:
― Да не придумывай глупости, Шек! Просто я тоже голоден…
― Это легко исправить, Сан. Держи, мы оставили тебе целого кролика, но занимайся им сам…
Взял из зубов Селима тушку и положив её на стол, начал разделывать. Это заняло время, но, в конце концов, я был вознаграждён ― никогда не ел ничего более вкусного, чем кролик, жареный на вертеле. Лохматые друзья со мной согласились, и надежды запастись мясом впрок растаяли в их пасти вместе с большей частью тушки.
Возмущаться не было смысла, ведь это они обо мне заботились, и, улыбнувшись, сказал ребятам:
― Спасибо.
Идиллию нарушил ритмичный звук приближавшихся шагов, замерших за дверью. Меня затрясло:
― Неужели нас так быстро раскрыли, а я совершенно к этому не готов. Какой же дурак этот Повелитель Мёртвого города, осёл безмозглый! Вместо того, чтобы набивать себе брюхо, надо было поразмыслить над ситуацией… Что же теперь делать?
Хлоя снова села на плечо, шепнув в ухо:
― Что-то ты слишком белый, Сан. Неужели испугался? Да успокойся, это пришёл наш человек, видимо, у него есть новости. Выглядит, правда, он немного необычно, но, ― она захихикала, ― придётся тебе привыкать…
Дверь распахнулась, и на пороге появился оборванец. Одежда висела на нём клочьями, впрочем, как и кожа на посиневшем лице. Глаза были выпучены и вращались как у хамелеона. От одного его вида, не говоря уже про запах, меня замутило, и, падая на пол в спасительное забытьё, успел подумать:
― О нет! Умоляю ― только не зомби, не переношу-у…
Так закончился мой первый день в Мёртвом городе, во всяком случае, я так думал…
Глава 7. По следу друга — 1. Крэг
Огонь плескался в горле, стекая обжигающей лавой в грудь, не давая дышать, а тем более ― говорить. Меня качало как в седле, сдуру напяленном на необъезженного жеребца ― трясло, подбрасывало и раздавало безжалостные пинки многострадальной чёрной заднице. Потом в глазах потемнело, но я успел-таки увидеть, как переливающееся сиреневое облако, коварно напавшее на нас с Расом, обволакивает Сана и утаскивает в проклятый колодец. Что-то взорвалось и в без того чугунной голове, в ушах стало горячо, и, к своему стыду, я отключился…
