по-доброму.
– Интересная идея, – пробормотал дедушка и виновато покосился на меня. – Что же до неприятного прозвища, то взрослые виноваты гораздо больше, чем ты. Нам следовало объяснить Новэрсам, что им не стоит потакать дерзкому поведению своего сына.
– Теперь я сама стала взрослой, – мягко ответила ему. – И могу донести это лично. Доверьтесь мне.
На этот раз я отправилась к Новэрсам не одна, а в компании Терсы. Девушка несла небольшую корзинку, прикрытую чистым полотенцем и без умолку трещала о предстоящем празднике дебютанток, вслух мечтая о танцах и кавалерах.
Я же так торопилась взобраться на холм, что сильно запыхалась. Но взгляд, брошенный в сторону дерева, сильно разочаровал. Незнакомца там не было. Да и вряд бы он вернулся. Наверняка для красавца наша страстная ночь была лишь приятным приключением.
«Впрочем, и для меня тоже, – улыбнулась, вспоминая жаркие объятия и нетерпеливые поцелуи. – Совершенно безумный поступок, который мог иметь весьма серьёзные последствия. Но, повторись всё снова, поступила так же!»
Та ночь навсегда останется самым ярким бриллиантом в коллекции воспоминаний девушки, которой прочили судьбу старой девы. Я решила сосредоточиться на любимом деле, но иногда буду думать о незнакомце и тайком мечтать о встрече, которой никогда не состоится…
– Тушка, лови!
Резкий окрик вырвал меня из приятных размышлений. Из-за дерева неожиданно выскочил Сат и метнул что-то, а в следующий момент в меня врезалось нечто дурно пахнущее.
Глава 20
Терса закричала:
– Сат, ты совсем дурак?
– Сама дура! – захохотал молодой человек, неторопливо приближаясь к нам. Навеселившись, осмотрел меня с головы до ног и скривил пухлые губы: – Тушка, скройся с моих глаз. От тебя воняет!
А я поняла, что этого юношу уже ничего не исправит. Единственный ребёнок богатых родителей, капризам которого потакали с самого малого возраста, он не привык задумываться о последствиях своих действий.
Папочка договорится. Мамочка всё исправит.
Я таких, как Сат, видела сотни раз, когда «гуляла», сидя в коляске на балконе и наблюдая за людьми. Такие без сомнений пнут кошку, отпихнут ребёнка и проедутся на самокате по луже, чтобы испачкать светлое пальто симпатичной школьницы. Просто так!
Потому что такие люди могут получить наслаждение лишь от боли других и порадоваться своему превосходству. Их по-другому не научили родители, которые сами никогда не были по-настоящему счастливы. Ведь от осины не родятся апельсины.
Возможно, Эстэша в моменты, когда молодой человек издевался над ней, рыдала и убегала домой. Я же посмотрела на Сата с искренним сочувствием:
– Не думала, что ты настолько беден.
Лицо юноши на миг удивлённо вытянулось, а потом Сат снова нарочито громко расхохотался:
– Я беден? Тушка, да ты действительно свихнулась! Новэрсы самые богатые в округе.
– Похоже, тебе даже не хватает ума понять, о чём я говорю, – разочарованно вздохнула я и кивнула Терсе. – Идём.
Направилась к дому Новэрсов, и кузина поспешила за мной, то недоумённо посматривая на пятно, которое благоухало на моём платье, то опасливо оглядываясь на Сата. Тот быстро нагнал нас и попытался схватить меня за руку:
– Стой! – Я ловко подставила испачканное место, и парень воскликнул: – Фу! Ну и гадость…
Отпрыгнул и потряс рукой, боясь вытереть о свою одежду, а я щёлкнула пальцами и заявила:
– Один.
– Что «один»? – не поняла Терса.
– Сат обозвал меня три раза, – спокойно пояснила я. – До этого предупреждала, что больше не позволю так со мной обращаться, но юноша не поверил. Придётся объяснить доходчивее.
И снова направилась к дому Новэрсов.
– Снова жаловаться будешь? – крикнул Сат мне вслед, и в его голосе я к своему удовлетворению отметила испуганные нотки, которые молодой человек старательно скрывал дерзкими заявлениями: – Ничего мне не будет, поняла? И в тот раз ничего не было!
Не оглядываясь и не замедляя шаг, я двигалась дальше, Терса не отставала, и Сат разразился бранью нам вслед. Когда мы подходили к дому Новэрсов, кузина Эстэши осторожно уточнила:
– Ты уверена, что хочешь войти? Мы принесли подарки, а у тебя платье в грязи.
– Уверена, – мягкой улыбнулась ей.
Знала бы девушка, сколько раз я падала по своей или чужой воле. Как часто приходилось смиряться с испачканной или мокрой одеждой. После всех случаев я пришла к одному выводу: стыдно должно быть не тому, кто оказался в грязи, а тому, из-за кого это произошло. И тогда моя жизнь стала намного проще.
Дверь открыл тот же слуга, что и в прошлый раз. При виде меня он машинально схватился за ухо и отпрянул, чем я и воспользовалась. Толкнув дверь, вошла в дом и уточнила:
– Где я могу найти госпожу Новэрс? У нас для неё подарок.
Слуга, пятясь и закрывая ухо одной рукой, другой указал на двери в гостиную, куда мы с Терсой и вошли. Хозяйка дома была не одна, рядом с ней на диванчиках расположились две изящно одетые дамы того же возраста, что и госпожа Новэрс. Полагаю, это её подруги, так как все трое пили чай и непринуждённо беседовали.
При виде меня замолчали, а госпожа Новэрс вскочила и воскликнула:
– Пресветлая Сельвия! Что с твоим платьем, Эстэша?
Я сделала книксен и, выпрямившись, спокойно ответила:
– Судя по запаху, это смесь земли и птичьего помёта, госпожа.
– Но почему ты в таком виде? – возмутилась женщина.
– Мне тоже любопытно, госпожа, – сдержанно улыбнулась я. – Поэтому позвольте дождаться возвращения молодого господина Новэрса и узнать причину.
Тут мать Сата побледнела и нервно покосилась на подруг. Одна из дам приподняла брови:
– Так это сделал твой сын, Левера?
– Должно быть, он хотел привлечь внимание… – пролепетала та.
– Мне кажется, Сат уже достиг возраста, когда внимание юных барышень привлекают цветами, а не грязью, – сурово заметила вторая дама.
Лицо госпожи Новэрс покрылось красными пятнами, и женщина с ненавистью посмотрела на меня:
– Так ты пришла из-за Сата?
– Юный господин Новэрс мне не интересен, – я отрицательно покачала головой и подала знак Терсе. – Мы принесли для вас подарок от госпожи Лавлейс. Это букетик иккензора, без которого ни одна столичная модница не выходит из дома, и соус, вкуснее которого вы никогда в жизни не пробовали.
Добавила со значением:
– Соус от Стеши! Это его название.
Терса подошла и поставила корзинку на столик, а
