и от чужих людей в доме станет совсем неуютно. Но она сама захотела продолжить ремонт, нечего и жаловаться.
Мария хотела было вскипятить воду, но чайник был совсем пуст, – видимо, Никита, убегая на работу, выпил остатки. Ладно хоть, в стеклянном френч-прессе еще осталась заварка на порцию. Она потянулась за канистрой питьевой покупной воды, которая хранилась под раковиной, но обе емкости тоже были пусты. Вот черт, подумала она, придется пить водопроводную воду. Она залила в чайник холодной воды из-под крана и, пока он закипал, начала планировать рабочий день. Сейчас даст задания работнику. Затем нужно рассчитать, найти и заказать черновые отделочные материалы, чтобы залить стяжку и отштукатурить стены. Следом – взяться (да по-хорошему бы и закончить) за два варианта хозяйской ванной для последнего заказа. Если ей удастся пообедать при таком графике, то будет неприлично здорово.
Мария открыла компьютер, все еще не проснувшись до конца. Когда же они смогут позволить себе купить кофеварку? Отхлебнула горячий чай. Напиток получился с легким запахом тухлых яиц и привкусом железа. Пить это пойло было невозможно.
Она загрузила веб-браузер. Поисковая страница замельтешила рекламой и новостными блоками, мешая сосредоточиться на задачах. Словно приходится платить за скорость и удобство Всемирной сети засором собственного мозга.
Но в этот раз мысли путались еще и от ночного чтения. Размышления о судьбе Кристины и своей собственной не давали заняться анализом цен на строительные смеси. Мария решительно мотнула головой. Лучше она сначала ответит на вопросы, от которых мозги кипят, а потом на те, что необходимо. Она набрала в поисковой строке «Кристина Садоян», не слишком надеясь получить результат. Когда-то она уже попыталась найти информацию по необычному, как ей казалось, имени Степан Васкецов: терпеливо поборолась с автозаменой «Яндекса», упрямо переименовывавшего его в Васнецова, но все равно получила сотни ссылок на полных однофамильцев. А с девушкой еще сложнее. У нее сейчас уже фамилия мужа, конечно, и как она отличит нужную ей Кристину от сотен тысяч других? У Марии есть только город и приблизительный год рождения.
Но посреди разнообразных Кристин Садоян со всей страны и ближнего зарубежья, размещенных на сайтах «ВКонтакте» и «ОК», на первой же странице вывалилась ссылка на городской портал Е1:
Виновный в смерти семи девушек в Екатеринбурге приговорен к пожизненному сроку.
Мария, затаив дыхание, щелкнула на ссылку.
20 сентября 2005 года
Сегодня суд Железнодорожного района Екатеринбурга вынес обвинительный приговор по делу, за которым, без сомнения, следил весь город. Суд отверг все доводы защиты и назначил обвиняемому самую суровую меру наказания, возможную в нашей стране, – пожизненный срок. Александр Рокотов признан виновным в убийстве семи девушек.
Напомним, защита Рокотова указывала, что следствием был найден только труп Кристины Садоян, и пыталась доказать, что смерть других пропавших девушек не доказана, но суд высказался, что не ставит под сомнение выводы следствия в совершении еще шести убийств, поскольку данный вывод основан на совокупности исследованных в ходе судебного рассмотрения доказательств: протоколах обысков и осмотра места преступления, заключении экспертов, показаниях свидетелей, обследовании компьютеров жертв и обвиняемого.
Следствие пыталось установить связь преступника еще с шестью без вести пропавшими девушками, но здесь доказательств для обвинения оказалось недостаточно. Но решение суда полностью заставит расплатиться убийцу за все загубленные жизни без остатка.
Таким образом, сегодня поставлена точка в страшной истории неуловимого маньяка, терроризировавшего наш город почти год.
Мария замерла перед экраном. Кристина мертва? Это никак не укладывалось в ее голове. Всю неделю она как будто болтала с ней через ее дневник, словно с подругой. Она даже представляла, как найдет ее, познакомится и отдаст ей ее давнишние записи. Расскажет, немного стесняясь, как они глубоко взволновали ее. Да они и расстались-то только вот – этой ночью.
И Рокотов? Все-таки это ничтожество еще оказался и убийцей?
Первое, что Мария решила, когда вышла из ступора, – это узнать, как все произошло. Все равно она не сможет сосредоточиться на дизайне, пока голова остается забитой неотвеченными вопросами. Она просидела больше часа, щелкая по ссылкам как одержимая. Но информации было немного. Двадцать лет назад новости выходили в основном на бумажных носителях, тогдашние издатели и не подозревали, что уже через пять-десять лет они должны будут научиться зарабатывать онлайн или умрут. И им не помогут ни база лояльных подписчиков, ни отлично настроенная сеть распространения. Последние пятнадцать лет стали кладбищем классической журналистики. Если кто выжил, то превратился в зомби, как газета «Уральский рабочий», о которой упоминала Кристина в дневнике. Она еще выплывала, правда, с помощью донорских вливаний из бюджета, но как будто забронзовела в памятнике самой себе – настолько примитивным был сайт издания, громко заявлявший о светлом прошлом газеты с одна тысяча девятьсот седьмого года. Насколько все плохо, говорил даже архив ее изданий на сайте, который начинался только семь лет назад. Он никак не мог помочь Марии в исследовании давних преступлений.
Лишь старейший онлайн-портал Екатеринбурга – Е1, казалось, смог не только выдержать ожесточенную эволюционную борьбу, но по-дарвиновски адаптироваться к новой хищной среде. Сайт был заполнен криминальной хроникой, откровенными фото знаменитостей и маниакально всплывающими рекламными баннерами. Новости города, не связанные с преступными драмами, пришлось бы поискать. Сейчас же Мария пожалела, что раньше сайт не был так заточен на уголовщину и делу Рокотова и убийству Садоян было посвящено всего несколько материалов и новостей. Все же какое-то впечатление о тех событиях ей удалось составить.
Дневник Кристины прерывался десятого марта. Уже тринадцатого числа ее тело обнаружил отец на улице Красная Горка в микрорайоне Уктус, всего в двухстах метрах от дома. Накануне вечером Садоян не вернулась домой. Ее родители сильно переживали в свете пропажи молодых девушек и особенно исчезновения чуть больше месяца назад ее однокурсницы, Алисы Беловой. Телефон Кристины был недоступен. С самого утра они бросились на поиски по маршруту от дома к автобусной остановке. Арсен Садоян, отец девушки, увидел открытую калитку в доме, который зимой всегда пустовал. Именно там он и обнаружил свою мертвую дочь.
Предположительно, убийца настиг девушку, когда она возвращалась вечером после учебы. Далее он затащил ее во двор этого дома. Хозяева использовали его как дачу и жили там только в теплое время года. Там убийца нанес жертве четыре удара холодным оружием. У девушки пропала сумка с сотовым телефоном и небольшой суммой денег.
Уже на следующий день, четырнадцатого марта, был арестован студент Театрального института Александр Рокотов. Садоян и Белова учились с ним в одной группе. Ему было предъявлено обвинение в убийстве Кристины Садоян. А уже через
