– Что меня уволили задним числом? – спросила я, медленно оседая на пол.
Глава 11
Телефон вывалился из руки. Он с глухим стуком ударился о пол, но это не имело никакого значения. Взгляд заскользил по паркету и остановился на кухонной перегородке. А она словно находилась не здесь, а где-то далеко, выглядела размыто.
Как можно быть такой идиоткой?
Я корила себя за неумение тщательно прочесть то, что недавно подписала. Ведь нужно было внимательно изучить документ об увольнении, сверить дату, настоять на том, что выкидывать меня с работы Алевтина не имеет права. Куда в тот момент подевались мои мозги?
– Что с ней?
– Не трогай, а то еще начнет плакать. – Даже голос Хама перестал раздражать.
Раньше мне было неважно, что начальница со мной так подло поступила. Теперь же оказалось, что во всем виновата я!.. Именно я сглупила. Впредь не видать мне ни денег, ни нормальной работы, ни хорошей жизни, ни спокойствия за завтрашний день.
– Диана, – раздался совсем рядом голос мужчины, собравшегося отнять у меня ребенка.
Зачем он здесь? Пусть уходит! И этого кота драного пусть прихватит с собой! Я тяжело вздохнула, продолжая смотреть невидящим взором в одну точку.
Сейчас как никогда хотелось остаться в одиночестве. Однако кто когда-либо учитывал мои желания?
Арруан прикоснулся ко мне, положив ладонь на плечо, а после резко поднял на руки и отнес на диван. Казалось, хоть сейчас меня оставят в покое. Но вместо этого мужчина сел рядом и сделал так, чтобы моя голова очутилась у него на коленях.
Эмоции выгорели без остатка. Они вспыхнули при разговоре с адвокатом и не оставили после себя даже пепла. Иногда зарождалась злость к непрошеным в моей жизни гостям, к гадине-начальнице и к самой себе. Но чаще присутствовало нежелание что-либо видеть, слышать, чувствовать, знать, понимать.
Я прикрыла глаза. Арруан начал перебирать мои волосы. В квартире поселилась магическая тишина, которая окутывала, успокаивала, утешала. Мир ополчился против меня. Все вокруг только и делали, что пытались ужалить побольнее. Даже Игорь не остался в стороне, попросил сделать аборт, притом что не имел никаких прав ставить условия.
Постепенно самобичевание перешло в легкую дрему. А потом настал момент полного пробуждения.
С первой секунды показалось, что в квартире, кроме меня, никого не осталось. Однако махровая твердая подушка не входила в мою коллекцию. Я аккуратно приоткрыла один глаз и обнаружила под собой знакомый белый халат, из-под которого выглядывало мужское колено. Порыв встать не увенчался успехом. На моем плече лежала тяжелая ладонь – из-за нее-то я и не смогла подняться, как того хотела.
– Проснулась? – зашептал Арруан.
– Когда это мы с вами перешли на «ты»? – Голос осип, оттого и возмущение прозвучало смехотворно.
– Ты была первой, притом еще до нашего нормального знакомства, – произнес он без прежнего тепла.
– Дай подняться.
Мужчина убрал руку, и мне наконец удалось сесть и смерить его гневным взглядом. Он до сих пор не переоделся, хотя мог бы, ведь этот халат явно был ему не по размеру.
– Ди, дай, пож… жалуйста, покушать, – резко изменился тон Хама с наглого на просящий.
Я посмотрела на кота, сидящего возле дивана на полу. Как он еще смел требовать – а ведь он именно так изначально и собирался поступить – после всего, что недавно вытворил? К ним вдруг появилось полное равнодушие. Пусть пытаются, но ребенок останется у меня, будет жить с матерью в нормальном мире, купаться в моей любви и заботе. Они не получат мое дитя!
И не успело с губ сорваться требование покинуть квартиру, как прогремел гром. За окном разразился настоящий ливень. Тяжелые тучи нависли над городом, видимость из-за стены дождя резко уменьшилась, а крупные капли уже забарабанили по стеклу. Восхитительно! Теперь придется проявить радушие и оставить их здесь до лучших погодных условий.
– Ди, – снова заговорил кот.
Я молча поднялась и направилась к стиральной машине, из которой никто не догадался достать вещи. Те вскоре оказались в руках своего хозяина. На смену недавнему самобичеванию пришло безразличие. Теперь мне стало плевать на окружающих, их чувства, желания, стремления. Равно как остальному миру неинтересны мои проблемы.
– Мы немного голодные, – не унимался Хам, приплетая своего хозяина явно не просто так.
На столешнице одиноко стояла расколотая надвое тарелка. Я убрала ее, разобралась с купленной недавно выпечкой, сделала себе чай, а затем с горячей кружкой направилась в свою спальню. Лучше находиться подальше от этих пришельцев. От них добра ждать не стоит. Облезлый кот явное тому доказательство.
– Ди, – донеслось мне в спину. – Ди, ты забыла меня покормить! Ди!
– Молчи, Ихмиллион, – раздался приказной тон. – Диана, можно с тобой поговорить?
Ну кто его просил следовать за мной? Я даже дверь в спальню не успела закрыть, так как Арруан остановил ее на полпути сильной рукой. Он посмотрел на меня прямо и настойчиво, будто тем вопросом попросту поставил в известность.
– Нет.
Прямые черные брови сошлись на переносице. Мужчина выхватил из моих рук чашку, поставил ее на комод, на котором теперь точно появятся разводы, а затем подхватил меня под мышки, как какого-то ребенка, и вскоре усадил к себе на колени, предварительно опустившись на кровать. Я попыталась встать, но не смогла.
– Дай подняться!
– Рассказывай, – не обратил он внимания на мое возмущение.
– Да кем ты себя возомнил?!
Арруан слегка наклонил голову набок. Одна его рука лежала на моих коленях, другая – на пояснице. И как бы я не пыталась встать, они являлись стальными оковами, не позволяющими двинуться в какую-либо сторону.
– Рассказывай, Диа.
– Что у вас обоих за привычка сокращать мое имя? – озвучила я свои мысли. – Отпусти меня немедленно!
– У тебя произошло что-то плохое. И сейчас нужно выговориться и отпустить.
– Психологом подрабатываешь?
Во взгляде дракона промелькнуло непонимание. Он начал поглаживать большим пальцем мою ногу, в то время как сам добродушно улыбнулся. И мне на самом деле захотелось высказаться. Хоть кому-то. Кот зачастую не слушал моих возмущений, не хотел вникать и через пару минут засыпал… или специально притворялся. Раньше с этим делом помогала подруга. Но из-за круговорота событий я не хотела ее лишний раз тревожить и вываливать весь тот негатив, который с завидной скоростью скапливался вокруг.
– Моя начальница – настоящая мымра, – повторила я слова Сони, начиная тем самым непродолжительный рассказ.
В нем сосредоточилось все, что беспокоило меня на данный момент. Дракон внимательно слушал, расспрашивал по поводу незнакомых ему слов и затем просил продолжать. И я говорила. Казалось, со словами из меня выходила вся отрицательная энергия, которая давила на грудь непомерным грузом. Под конец из глаз даже покатились слезы.
Впервые их не хотелось сдерживать. Всем известно, что подобным образом можно излить душу таксисту и не беспокоиться о его отношении к тебе. Ведь вы видитесь, скорее всего, в последний раз. Тут была схожая ситуация.
Арруан оставался незнакомцем. Он в какой-то момент вернется в свой мир и исчезнет из моей жизни навсегда. Странно, но мне стало даже жаль. Оказалось, приятно хоть с кем-то поделиться своими переживаниями и невзгодами, словно разделив их на две ровные половинки и отдав вторую ему.
– А в моем мире нет никаких офисов, – успокаивающим тоном заговорил дракон, поправляя на мне слегка съехавшую майку.
– И что у вас есть?
– Природа. У вас много людей, строений, очень шумно и запахи тяжелые. У нас же только драконы и прислуживающие им животные. Нас немного, живем обычно парами и занимаем обширные территории.
– И не скучно так жить?
– А разве с Ихмиллионом может быть скучно? – усмехнулся Арруан. – У меня есть пустыня, огромный замок, расположенный как под песком, так и над ним. И моя гордость – сад, в котором собраны растения из разных миров. На моей территории живет множество интересных животных, большая часть из них разговаривает. Кстати, я песчаный дракон.
