Упершись босой подошвой в спину мертвеца Лорд выдернул свой «каменный топор» из разможенного затылка. Голова покойного повернулась набок.
Подавив непроизвольный рвотный эффект, Ева только сейчас заметила, что сжимала кулаки так, что даже остриженные ногти впились в ладони чуть не до крови. Огляделась. Увидела стиснувших губы Бренди и рыжеволосую красотку — невольную виновницу произошедшего. Элен, придерживающую локтем свой шест и сжимающую в обеих руках по камню-ножу. И когда рокерша только успела ими разжиться?
— Ну что, будут еще желающие заявить свои права на кого-нибудь из этих самок? — потряхивая своим каменным топором, которым он так ловко владел и который не задумываясь пускал в ход — спокойно и безо всякой рисовки, несколько даже устало, поинтересовался Виктор у окружающей их толпы.
С потемневшего камня капала бурая кровь. Тело все еще мелко и неуклюже подергивало ногами в агонии. Самая отважная и предприимчивая муха уже кружила над ним, готовясь совершить посадку и полакомиться свежайшей, теплой пищей. На лице мертвеца навсегда застывало выражение крайнего удивления. Словно мертвый гвардеец даже сейчас все еще никак не мог поверить, что и с ним случилось тоже самое, что и со множеством людей в самые разные времена со времен сотворения мира.
— Вот и все со сдобным. Разбросал копыта. — презрительно усмехнулся Гриф и звучно поцокав языком, криво ухмыльнулся имперцам, — Да, гвардия, подготовочка-то у вас не ахти.
— Это начальник службы обеспечения столичного гарнизона был, — угрюмо откликнулся молодой, бритый налысо, рыжеусый гвардеец со сломанным круто сбитым набок носом, плотный, толстошеий и явно сильный, — Тыловик. Влиятельный офицер, со связями, но вообще не боец.
— То есть: ты из замеса покруче, чем у него, будешь? — с еще одной неприятной и хитрой ухмылкой, искривившей его сероватое морщинистое лицо, с заметной подначкой поинтересовался у лысого Гриф и словно когтями впился острым, колючим взглядом в попытавшегося заступиться за честь своего мундира гвардейца.
— Лично у меня — никаких претензий ни к кому нет, — поспешил ответить «перебитый нос» ненадолго приподняв светлые глаза и снова опустив их к татуировкам на плечах вожака арестантской стаи.
— Ааа, — протянул Гриф, с нескрываемым разочарованием, — Ну, тогда ладно. Тогда и к тебе пока вопросов не имеется. — интонационно выделив весьма неопределенное, но явно скрывающее за собой что-то не слишком доброе: «пока». — А вообще, прямо интересно — как вас-то угораздило в такое вляпаться? А, псы императора? — главный заключенный прищурился, — Впрочем, позже поведаете — когда настроение посмеяться настанет. Пока дышите, — разрешил он.
Ева аккуратно, чтобы упаси господь — не привлечь к себе ненужного внимания обладателя ястребиного профиля, наблюдала за действиями предводителя арестантского сообщества. Тут же позабыв о недавнем собеседнике, Гриф то многозначительно переглядывался или перекидывался короткими негромкими фразами с некоторыми из своих людей, видимо особо приближенными к его особе лицами, изредка поглядывал: то на окружающую толпу, то на стену леса, иногда на гиганта-тирийца и его соплеменников. Вприщур, точно взвешивая или оценивая одному ему видимые — совершенно непонятные остальным перспективы.
Пару раз горбоносый пересекался взглядами с Виктором и Ева могла бы поклясться, что эти двое снова пришли к какому-то молчаливому соглашению.
Между тем, Виктор высмотрел во все еще достаточно компактно группирующейся вокруг толпе — какого-то высокого и костлявого старика с пышной и взлохмаченной, абсолютно седой львиной шевелюрой, державшего за руку девочку подростка. Через плечо бросил своей группе короткое: «Ждать здесь. Не разбредаться», — после чего уверенно направился к интересующим его людям, словно и не замечая расступавшихся перед ним остальных.
Сейчас этот мужчина держал себя так — будто был на этом плато самым главным. Первым после создателя. И находился в кругу подданных — людей от которых ничего не зависит. Ибо все вокруг подвластно только лишь ему одному.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Точно — настоящий Лорд! — подумалось Еве. Хищник! Властелин леса! Само его присутствие рядом почти физически ощущалось как угроза. Но только не для Евы и остальных, которые вольно или невольно стянулись ему за спину.
Коротко переговорив со стариком и улыбнувшись девочке, Виктор подошел к своей группе уже вместе с этими двумя.
— Я ухожу… — наверное он увидел как сверкнули страхом глаза девушек, потому что покосившись на толпу, гвардейцев, тирийцев и арестантов, почти сразу добавил, — Вы можете пойти со мной…
Ева горячо выдохнула мгновенно заморозивший её изнутри страх. Облегченно перевела дух.
Проведя шершавым языком по сухим губам, осознала насколько пересохло у неё во рту и горле! Оглянувшись поняла, что похоже и другие испытали нечто схожее с её ощущениями.
Виктор говорил в полный голос, нисколько не заботясь о том, что может быть услышан не только стоящими рядом, поэтому его слова и намерения не остались незамеченными.
— Со всем уважением, но тебе одному не много женщин будет, брат? — подчеркнуто вежливо поинтересовался у него кто-то из арестантского сообщества.
— В самый раз. — хмыкнул мужчина, даже не удосужившись посмотреть на спросившего, — Или ты тоже желаешь оспорить мое право и отобрать у меня часть или даже всё? Что ж — тогда подойди и забери. Выйдешь? — а вот теперь он поднял сверкнувшие недобрым глаза на крепкого и рыжего, лупоглазого парня, с огромным шрамом через весь живот, каким-то образом точно вычислив из людской массы именно того, кого нужно.
— Да я не к тому спросил. Все ровно, брат, — торопливо посмотрев на своего вожака, миролюбиво поднял ладони бывший заключенный.
— Тихо все! Ша — я сказал. Это Лорд, — пояснил Гриф своим товарищам, снова повернувшись к Еве своим характерным хищным профилем и продемонстрировав крючковатый ястребиный нос и острый, колючий подбородок, — Лорд, ты человек серьезный и известный. Многими уважаемый. И ты в полном своем праве. Раз решил уйти — иди. Мы против не будем. Только ведь это все общее, — он показал глазами на сгрудившихся за спиной у Виктора людей и тут же обвел хозяйским цепким взглядом остальных, рассеяных вокруг — Разве не так?
Ожидая ответа, Гриф совсем по-птичьи склонил голову набок.
— Считай, что я забрал свою часть общего. На остальное не претендую. — Ева стояла позади и не видела, но почувствовала, как не слишком добро усмехнулся, а скорее даже оскалился Лорд, — У тебя лично будут возражения насчет моей доли, уважаемый Гриф? Или ты желаешь обсудить размеры паев каждого — прямо сейчас? — стальным, но весьма вежливым и совершенно спокойным и мирным тоном поинтересовался он.
«Это моя добыча!» всплыло откуда-то из глубин Евиной ранней детской памяти. Непонятное, хриплое и угрожающе звучащее. Кажется это было что-то из самого детства. Наверное из какого-то старого мультфильма… — отец показывал их им с Брен, да и сам любил посмотреть вместе с женой и дочками, приобнявшись, всей семьей валяясь прямо на полу, на пушистом мягком ковре, под ярко и разноцветно мерцающим в темноте экраном, висящим на стене.
— Так, что насчет возражений, Гриф?
— Их нет. — покачал головой вожак арестантов
— Я так и думал. Еще у кого-нибудь есть вопросы или претензии? — с ледяной холодностью поинтересовался у толпы Лорд.
Огромный тириец покосился на Грифа и причмокнув толстыми губами промолчал.
Бывшие гвардейцы стояли с равнодушными, отстраненными лицами.
— Что ж — тогда мы уходим. Пошли за мной. — приказал Виктор людям, находившимся за его плечами…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Глава 11. Ева. Лорд
ЕВА
— Кстати, Гриф, — Виктор неожиданно резко остановился и шедшая следом Ева чуть не уткнулась носом между его лопаток. Обошлось без столкновения. Лишь ноздри ощутили совсем рядом запах его тела. — А где этот социопат-детоубийца, любящий закусывать абсент сырым девичьим мясом?
