так и не придумал ей ни одного ласкового прозвища. Она всегда была для него просто Евой.
Ева зашла в подъезд первой, парень с кудряшками пошёл за ней. Он немного замешкался из-за того, что обернулся, чтобы убедиться, не шёл ли кто за ними. Илья Александрович, который ни слова не проронил с того момента, как к ним подошёл кудрявый мальчик, остался стоять на улице и зло смотреть вслед уходящей парочке. Он не думал, что Ева встречалась с этим парнем: слишком мало времени прошло с момента их секса в клубе, чтобы та могла успеть познакомиться с кем-то и съехаться. Хотя, если они встречались дольше одного месяца, то у него была информация, которой он мог бы пошантажировать свою студентку забавы ради, ну или всё же чтобы добиться своей цели, а потом снова прибегнуть к шантажу.
Но сейчас его больше заботило другое. Ева опять ускользала от него, как песок сквозь пальцы. Он был из-за этого в бешенстве, его планы на вечер были сорваны каким-то кудрявым сопляком. А он очень не любил, когда его планы рушатся.
– Не думай, что ты смогла от меня избавиться, Маргарита. Игра продолжается, – бросил он в темноту, не заметив, что опять перепутал имена, после чего развернулся и пошёл в сторону своего дома.
Глава 7
Кудрявый мальчик
Ставь чайник, зажигай плиту.
Я к тебе приду сегодня, как бы случайно.
Пусть я тебе даже не друг, но
Ты откроешь дверь мне, и я в неё рухну.
Soltwine. Ставь чайник
Ева многократно обещала себе, что не будет показывать свои эмоции при людях, особенно малознакомых, но очень часто что-то шло не так. Сейчас был именно такой случай. Не оглядываясь назад и боясь, что за ней идёт не только кудрявый мальчик, быстро поднялась на пару пролётов до своего этажа, её всё ещё била крупная дрожь. Сердце бешено стучало. Она дышала глубоко, но воздуха всё равно не хватало, будто все её бронхи сжались, не желая пропускать ни единой молекулы кислорода. В груди начало болеть, как будто на сердце что-то давило со всех сторон. К отработке по БЖД она учила сердечно-лёгочную реанимацию. Сейчас же могла с уверенностью сказать, что чувствует человек, чьё сердце оказывается сжато между грудиной и позвоночником. Она покачнулась и прислонилась лбом к холодной металлической двери своей квартиры, чтобы не упасть.
– Ты в порядке? – Парень с кудряшками обеспокоенно улыбнулся. Он не хотел оставлять Еву одну, хотел быть с ней рядом, пока она не попросит его уйти. Хотел сделать сегодня хоть что-то правильно.
Ева обернулась и почувствовала, что её нервы натянуты, как гитарная струна, которая может вот-вот лопнуть под пальцами неумелого музыканта. Она была на пределе, стресс из-за отработок и напряжение, в котором она находилась из-за Ильи Александровича всю дорогу до дома, усиливали друг друга, как алкоголь усиливает вероятность отравления анилином. Один плюс один равнялось пяти, как на рекламных баннерах, и давало непредсказуемый результат. За секунду до того, как глаза заволокла пелена слёз и она потеряла возможность чётко видеть, Ева смогла бросить быстрый взгляд на забавные кудряшки, красивую улыбку, ямочки на щеках. Она успела подумать, что уже умерла от страха и очнулась где-то в личной версии рая с Гарри Стайлсом под боком. Ева сдавленно ответила:
– Д-да… – развернулась, прислонилась спиной к холодному металлу и сползла на грязный пол подъезда.
Тишину этажа на осколки разбивали её громкие рыдания – это был её способ справиться с проблемами. Еве было уже неважно, услышат ли её соседи. Она уже пережила достаточно, чтобы понять, что почти все люди глухи к чужим проблемам. Парень перед ней, видимо, был чуть ли не единственным исключением из этого правила. Благодаря каким незримым силам он оказался рядом? Ева знала, что скоро её отпустит, нужно просто проплакаться, её сейчас не волновало, что её светлые джинсы испачкаются, а старая стиральная машинка, возможно, не только не сможет их отстирать, но и оставит на ткани мерзкие жёлтые разводы. Давно пора было её поменять. Ева переживала, что сейчас выглядит ужасно и это отпугнёт парня, который стоит перед ней, а она останется совсем одна. Она не хотела этого и боялась одиночества. Ева была не в силах успокоиться. Ей нужна была Лиза, но Лиза лежала дома больная. Из-за неё. И к тому же к ней наверняка опять пришёл Марк, чтобы всю ночь напролёт смотреть сериалы. Ева заплакала ещё сильнее.
Кудрявый мальчик растерялся, но не потому, что он никогда не оставался наедине с такими проявлениями женских эмоций (у него была сестра-подросток, которая вела себя из-за парней очень часто схожим образом). А потому что был уверен, что причастен к такому состоянию Евы. Всё же не стоило её обнимать, а тем более целовать, пусть даже быстро и в щёку, почему он не подумал об этом раньше? Они были совсем не знакомы. Конечно же, Ева испугалась и ей было неприятно. Он мог просто встать между ней и преподавателем, но решил, что правдоподобность важна. Однако, если бы у него была возможность вернуться в прошлое на несколько минут назад, он бы не стал ничего менять и снова поступил точно так же. Но это только фантазии, в реальности нужно было срочно спасать ситуацию, если он не хотел загубить ещё не начавшееся общение.
Он покопался в рюкзаке, присел перед Евой на корточки и протянул ей пачку бумажных платочков.
– Держи, думаю, они тебе понадобятся. – Ему бы очень хотелось ещё раз прикоснуться к ней, самому вытереть слёзы с её чудесного лица, которое видел впервые так чётко и так близко (не считая эпизода перед подъездом). Их знакомство не задалось, это вызывало у него досаду.
Ева молча взяла упаковку. Её синий цвет был таким же, как свет в туалете клуба. Она зажмурилась, готовясь к тому, что её снова начнёт бросать по воспоминаниям, связанным с Ильёй Александровичем… Когда открыла глаза, ей всё ещё казалось, что преподаватель откуда-то наблюдает за ней. Ева достала из пачки один платочек и вытерла слёзы. Это помогло немного прийти в себя и унять внезапную истерику. Ей было приятно, что о ней позаботились. Парень напротив неё был таким милым, что у Евы не было сомнений, что он не будет пользоваться её уязвимым состоянием, как это делали до этого в
