Горькая жидкость обжигает, но я не останавливаюсь, пока не выпью три и в моей крови не появится приятное возбуждение. Некоторое время я размышляю, направляясь в подвал, где несколько детей играют в бутылочку, в то время как другие наблюдают.
У меня только один план на вечер — пить до тех пор, пока яма в животе не ослабнет и нависшая надо мной тьма не отступит. Это простой план, который уже срабатывал раньше.
В конечном итоге тебе просто понадобится помощь Купера, думаю я про себя, но чувство вины недостаточно сильно, чтобы остановить меня, не сейчас.
Несколько парней в футболках с логотипом университета играют в пиво-понг, и я бочком подхожу к одному — он высокий, широкоплечий, с лохматыми грязными светлыми волосами и легкой щетиной. Он замирает, когда чувствует меня рядом с собой, его карие глаза обшаривают мое тело, прежде чем встретиться со мной взглядом.
— Могу я присоединиться к вам? — спрашиваю я, указывая на игру. Он облизывает губы, затем смотрит на других парней, прежде чем кивнуть.
— Конечно, я в команде с Сэмом, — он указывает на темноволосого парня, который в данный момент открывает две бутылки пива, затем указывает на симпатичного брюнета, прислонившегося к стене с косяком в руке. — Но Блейку нужен партнер, так что присоединяйся к нему?
Блейк улыбается, когда я подхожу ближе, и протягивает мне косяк. Я глубоко вдыхаю, позволяя ему обжечь мои легкие, прежде чем выдохнуть. Мое тело кажется легким, и когда я подхожу, чтобы занять свою очередь за столом, я слегка покачиваюсь и смеюсь, представляя себя на облаке. Мой партнер по игре удивленно приподнимает бровь, когда я прицеливаюсь и совершенно не попадаю.
— Упс, — говорю я, опрокидывая одну из наших красных чашек. Блейк не выглядит впечатленным, но блондин наблюдает за мной со своей стороны стола с кривой улыбкой.
Другая команда полностью уничтожает нас, и к тому времени, когда я делаю свой последний бросок и пропускаю все кубки, которые у них еще есть, Блейк вскидывает руки, совершенно раздраженный.
— Чувак, — говорит он. — Ты вообще когда-нибудь играл раньше? Ты был настолько плох, что я даже не... — он качает головой. — Нет, неа, мне нужен новый партнер.
Его слова невнятны, и у меня снова вырывается икота от смеха, потому что, черт возьми, я действительно хреново играю в пинг-понг. Я не говорю ему, что играю всего второй раз или что у меня очень плохая зрительно—моторная координация, особенно после всех выпитых напитков.
Мир наклоняется влево, затем вправо, затем вращается вокруг своей оси, и моим глазам трудно сфокусироваться, поэтому я хватаюсь за стол, чтобы не упасть.
— Ты там в порядке, приятель?
Блондин, которого я видел раньше, хватает меня за руку. От него пахнет травкой и пивом, и он немного потный, но в нем также ощущается стойкий запах кофе или чего-то травяного. Я не могу разобрать, что именно, но наклоняюсь ближе.
— Я в порядке. Ты интересно пахнешь. — мой нос прижат к его шее, и, хотя это, наверное, неуместно, я целую его туда.
Он хихикает, но вместо того, чтобы оттолкнуть меня от себя, я чувствую, как мои ноги двигаются, когда он тянет меня за собой, вверх по лестнице и по коридору, останавливаясь на кухне.
— Шот? — спрашивает он, затем протягивает мне стакан с ореховой жидкостью. В голове у меня туман, но я достаточно в сознании, чтобы понимать, что мне, вероятно, хватит. Я беру шот. Затем следующий, а потом еще один.
Покачиваясь на ногах, я хватаюсь за кухонную стойку и опускаю голову, желая, чтобы мир просто остановился. Блондин берет меня за руку и без слов начинает тащить обратно по полутемному коридору. Все проходит как в тумане, музыка громкая, и от нее болит голова. Мой желудок переворачивается, и я чувствую, как в нем бурлит алкоголь, напоминая мне, что я так и не поел по-настоящему.
— Я отведу тебя в уединенное место, хорошо? — спрашивает парень, поддерживающий меня, и я киваю. Он кладет руку мне на поясницу, затем скользит ею вниз и сжимает мою задницу. Мой член подергивается, привлекая его внимание, хотя это мимолетный всплеск возбуждения, заглушаемый болью в животе. Мы доходим до маленькой, аккуратно убранной спальни, и парень заталкивает меня внутрь, затем поворачивается и запирает дверь.
Смех подкатывает к моему горлу, хотя в этом нет ничего смешного, и я протягиваю руку, чтобы опереться о стену. Комната тускло освещена, а кровать в центре выглядит такой привлекательной.
— Как тебя зовут? — спрашиваю я. Мои слова заплетаются, а ноги угрожают подогнуться, но парень ловит меня и прижимает к своей твердой груди.
— Ты можешь называть меня Кайлом, — говорит он, затем прижимается своими губами к моим, и моя голова с треском ударяется о стену.
Поцелуй Кайла небрежный, его язык борется за проникновение в мой рот, пока его руки торопливо расстегивают мои джинсы. У него во рту вкус сигарет и прокисшего пива, и мне это совсем не нравится. Он расстегивает молнию. Мой член не твердый, и я не хочу этого. Я хочу уйти.
— Пожалуйста, прекрати, — умоляю я.
Он как будто не слышит меня, вытаскивая мой мягкий член из боксеров. Я двигаю руками, чтобы оттолкнуть его, и он грубо сжимает их, а затем держит одной из своих над моей головой.
— Не будь таким, ты пришел сюда со мной. Ты хотел меня.
Свободной рукой он расстегивает джинсы и вытаскивает свой твердый член. Он касается моего, и я съеживаюсь. Мне не нравится, когда парни трогают мой член. Мне не нравится, когда они сосут меня или приближаются к моим бедрам. Если я позволяю им трахать себя, то всегда сзади и никогда при свете дня, чтобы они не могли видеть мою кожу. И я не хочу этого сейчас.
Слезы выступили у меня на глазах, когда Кайл взял оба наших члена в руку и начал дрочить их вместе. Ощущение его тепла там, где я этого не хочу, заставляет меня дернуться, мои руки и мышцы живота напрягаются, умоляя меня свернуться калачиком. Но его хватка на моих руках слишком крепка, мое тело прижато к стене. Он начинает целовать мою шею и грубо трется своей щетиной о мою кожу, прежде чем укусить меня, как хищник, которым он и является.
— Пожалуйста, не делай этого.
Слезы текут по
