на Народное Собрание.
4. В настоящий момент все чины Флота и Морского Ведомства на Дальнем Востоке должны подчиниться исключительно Командующему Флотилией, контр-адмиралу Ю.К. Старку, в порядке служебной подчиненности и исполнять все его распоряжения беспрекословно».
Утвердив это постановление, командующий Сибирской флотилией контр-адмирал Старк отдал по флотилии приказ от 1 июня 1921 года № 120, закончив его требованием от всех чинов флота и Морского ведомства полного подчинения, забвения личных интересов и спокойной и дружной работы на общее благо. Эти мероприятия вывели флотилию с арены политической распри и позволили заниматься текущей работой.
К осени 1921 года корабли имели некоторое вооружение и винтовки, неофициально полученные от японского морского командования, под предлогом необходимости вооружения морской милиции. К октябрю была сформирована из добровольцев отдельная рота морских стрелков.
23 сентября 1921 года личный состав флотилии неожиданно получил многочисленное и хорошее по своему составу пополнение. Во Владивосток прибыл пароход «Франц Фердинанд», привезший из Месопотамии интернированных русских беженцев, среди которых находился личный состав Каспийской флотилии под командой капитана 1-го ранга Б.М. Пышнова, числом около 80 офицеров и свыше 200 матросов всех специальностей. Этот отряд, как известно отступивший через Энзели и Персию в Месопотамию, после крушения южно-русского правительства генерала Врангеля был взят англичанами и содержался на положении интернированных в лагере Танум, вблизи порта Басра. В августе 1921 года англичане посадили весь отряд на уходивший из Месопотамии транспорт «Франц Фердинанд» и доставили во Владивосток.
С прибытием месопотамцев боеспособность Сибирской флотилии значительно повысилась, не только в смысле уровня технических знаний в среде личного состава, но и в политическом отношении. Люди этого отряда, из которых часть была участниками похода генерала Корнилова, часть из Морской роты капитана 1-го ранга Потемкина и большинство – балтийцы, были чужды приморских специфических ориентаций и потому, не раздираемые никакими внутренними интригами политического характера, внесли с собой то дружное настроение, которое всегда необходимо для успеха работы.
Прибытие с ними нескольких молодых штаб-офицеров и лейтенантов позволило командующему флотилией произвести замену некоторых чинов своего штаба и командиров кораблей. Временно исполняющим обязанности начальника штаба и флаг-капитана по распорядительной части был назначен вновь прибывший капитан 2-го ранга А.П. Ваксмут, вместо контр-адмирала Подъяпольского, который остался лишь в должности директора маяков и лоций Тихого океана. Капитан 2-го ранга Гарковенко230 был назначен флаг-капитаном по оперативной части вместо уволенного от службы лейтенанта Прозорова231. Капитан 2-го ранга С. Ильвов, лейтенант И. Тихомиров и старший лейтенант М. Сафронов232 были назначены командирами миноносцев «Твердого», «Инженера-механика Анастасова» и «Бойкого»; старший лейтенант Буцкой был назначен командиром посыльного судна «Илья Муромец». Была учреждена должность флагманского интенданта, на которую был назначен старший лейтенант В. Гинтер233. Плавучие средства порта, укомплектованные раньше вольнонаемным составом, были заменены военнослужащими из числа прибывших на «Франце Фердинанде». Заведующим плавучими средствами был назначен капитан 1-го ранга Пышнов, который и оставался в этой должности до конца пребывания белой флотилии во Владивостоке.
В конце августа 1922 года командующий флотилией адмирал Старк был назначен начальником тыла, и на флотилию с принадлежащими ей сухопутными частями легли следующие задачи: 1. Охрана Владивостока. 2. Борьба с партизанами на полуострове Муравьев-Амурский в Посьетском районе. 3. Охрана побережья Татарского пролива. 4. Поддержка блокады побережья залива Петра Великого к востоку от Владивостока. 5. Оборона Камчатки. 6. Охрана звериных и рыбных промыслов и лесных богатств в районе побережья, занятого белыми. 7. Доставка пополнений и грузов отряду генерала Пепеляева на побережье Охотского моря. Вся эта работа потребовала исключительного напряжения состава флотилии.
25 августа 1922 года, когда «Илья Муромец» (командир старший лейтенант Буцкой) со взводом морских стрелков вышел из Владивостока и до 31 августа держался в районе Джигит – Терней – Самарга, – кораблем был захвачен японский моторный катер с тремя вооруженными партизанами, шедший с почтой от красного начальства из Тетюхэ в Терней. Факт этот подтверждает сведения, что красные за деньги пользовались японскими судами и катерами для перевозки небольших частей и почты! 28 августа началась эвакуация японскими войсками Спасского района, а затем в течение сентября и Владивостока.
26 сентября правитель издал указ, в коем говорилось, что ввиду критического положения все силы и средства должны быть обращены к защите края. Согласно указу временно закрывались все высшие учебные заведения и военные училища, для призыва учащихся в войска призывалось ополчение: во Владивостоке 4000 человек и в Никольске 700 человек, формировались офицерские батальоны, ратники снабжались теплой одеждой из средств городских самоуправлений и, по готовности, немедленно отправлялись на фронт, и образовывался особый фонд на нужды войны.
Между тем красные, подтянув резервы, начали обнаруживать особую активность на фронте. Уже 6 октября через офицера для связи при штабе рати адмирал Старк получил от Правителя следующую телеграмму:
«Срочно Владивосток Начальнику Была, адмиралу Старк для личного расшифрования:
По приказанию Правителя срочно передаю Начальнику Тыла: шестого октября (1922) вполне определился переход противников к активным действиям с участием подкреплений, прибывших из Забайкалья. Несмотря на частичные успехи наших контрударов, недостаток ружейных патронов ясно мне указывает, что борьба не может быть затяжной, ибо отстаивать упорно территорию одной артиллерией и холодным оружием против пулеметов и ружейного огня не представляется возможным. В такой обстановке меня беспокоят семьи армии во Владивостоке. Подготовьте необходимые плавучие средства, чтобы в крайности перебросить семьи на Русский Остров.
Дитерихс Кавторанг Четвериков».
В октябре же началась эвакуация. Из частных судов и пароходов Добровольного флота был составлен отряд транспортов. Всего эвакуации подлежало 10 тысяч человек, считая в том числе несколько сот раненых, для которых попечением Правителя было зафрахтовано два японских парохода. Эвакуация Владивостока протекала, во всех деталях строго следуя секретному оперативному приказу командующего Сибирской флотилией от 23 октября 1922 года № 26. Этот приказ, рассчитанный по часам, был выполнен в совершенном порядке, точно в назначенные сроки. К 11 часам ночи 24 октября Владивосток был очищен белыми частями. Красные вступили в город, очищенный японцами, в 10 часов утра 25 октября, но не имели плавучих средств для преследования флотилии белых.
В ночь на 26 октября корабли, в количестве 25, сосредоточились в Посьете. Кроме того, находились еще суда флотилии на Камчатке, на пути из Охотского моря и на пути разных пунктов побережья, около десятка боевых судов. Все эти корабли с находившимися на них войсками и беженцами направлялись в японский порт Гензан, находившийся в 360 милях от Посьета. Будущее флотилии было окутано мраком, а пока была борьба со стихией при совершенно невероятной обстановке.
Командующий флотилией адмирал Старк в этих условиях
