мог лишь в известной мере руководствоваться письменными указаниями тогдашнего русского морского агента в Токио адмирала Б.П. Дудорова. Дальше… Фузан, Шанхай… Утром 4 декабря 1922 года, когда дивизионы находились на расстоянии 150–180 миль от Шанхая, внезапно налетел сильный шквал с норд-оста, превратившийся в шторм силой в 8–9 баллов. Когда флотилия стянулась на рейде Вузунг в Ян-цы-Кианге, то не досчитались флагманского корабля дивизиона «Лейтенанта Дыдымова». Обстоятельства гибели «Лейтенанта Дыдымова» так и остались невыясненными. На нем погибли начальник 3-го дивизиона капитан 1-го ранга Соловьев с семьей, командир старший лейтенант Семенец234, старший лейтенант Недригайло235 и около 80 человек команды и пассажиров-кадет. Еще раньше, тоже в непогоду, утонул катер «Ретвизанчик» и выскочил на песчаный берег катер «Усердный». Пароходы Добровольного флота «Сишан» и «Томск», застигнутые событиями в японских портах после эвакуации Камчатки, не без вмешательства японцев ушли… в красный Владивосток.
В январе 1923 года флотилия, изнуренная всевозможными неудачами и лишениями, как и до крайности потрепанная штормами, прибыла в Филиппины. Там часть кораблей была продана, часть же за негодностью брошена, а большинство личного состава, кто как умел и имел возможность, перебросилось в Австралию, Новую Зеландию, Северную и Южную Америку, Китай, Европу и т. д.
Крымская эвакуация
Исход русского флота (октябрь – ноябрь 1920 года)
Хотя черноморский белый фронт в начале 1920 года был достаточно силен, чтобы держать под контролем не только побережье занятого добровольческими армиями Крымского полуострова, но и все берега Черноморско-Азовского бассейна, – общая политическая обстановка внешнего мира складывалась не в пользу планов, намеченных Главнокомандующим юга России.
В связи с приказом командующего Черноморским флотом адмирала Саблина от 20 июня 1920 года № 4896 военный флот, разделенный на три отряда, состоял из свыше 120 судов. С момента перенесения всей борьбы в Крым и назначения Главнокомандующим Вооруженными силами на Юге России генерала барона П.Н. Врангеля было дано секретное приказание, на случай неуспеха на фронте перешейков, выработать план эвакуации армии, флота и учреждений из Крыма в Константинополь.
Секретным отношением начальника штаба Главнокомандующего Вооруженными силами на Юге России от 4 апреля 1920 года за № 002430, на имя командующего флотом, Главнокомандующий приказал, соблюдая полную секретность, в кратчайший срок подготовить соответствующий тоннаж для перевозки в случае необходимости около 100 тысяч человек в Константинополь. Для этого предлагалось распределить нужный тоннаж по предполагаемым портам посадки с таким расчетом, чтобы было можно начать посадку на суда через 4–5 дней после начала отхода с перешейков. При этом давались пункты посадки и численное распределение войск по портам.
Наш непременный долг вспомнить и здесь оценить по заслугам труды командующих Черноморским флотом вице-адмиралов Саблина и Ненюкова, начальника штаба контр-адмирала Николя236, начальника Морского управления вице-адмирала Герасимова, флагмана инженера-механика генерал-лейтенанта Ермакова237, контр-адмирала Евдокимова и подчиненных им лиц.
12 октября 1920 года командующим Черноморским флотом и начальником Морского управления был назначен контр-адмирал М.А. Кедров238, заменивший больного и через несколько дней скончавшегося вице-адмирала Саблина, а начальником штаба одновременно был назначен контр-адмирал Н.Н. Машуков.
27 октября 1920 года командующим флотом были назначены в порты посадки старшие морские начальники, коим были даны соответствующие инструкции на случай эвакуации. В Евпаторию был назначен контр-адмирал Клыков239, в Ялту – контр-адмирал Левитский240, в Феодосию – капитан 1-го ранга Федяевский241 и в Керчь – начальник 2-го отряда судов контр-адмирал М.А. Беренс.
30 октября командующий флотом послал следующую срочную телеграмму за № 0063:
«Генералу Кутепову, генералу Абрамову, командиру конного, начдиву Кубанской и комкору Донского.
Пароходы для войск поставлены по портам согласно директивам Главкома. Эвакуация может быть обеспечена, только если на Севастополь выступят первый и второй корпуса, на Ялту конный корпус, на Феодосию кубанцы и на Керчь донцы. Если же войска будут отступать не по дислокации, то никого не увезти. Убедительно прошу выполнить дислокацию и дать флоту возможность исполнить свой долг перед армией. Командующий флотом адмирал Кедров».
После того как последний солдат был посажен на корабль и в Севастополе больше ни одной военной части не оставалось, в 14 часов 50 минут 2 ноября 1920 года прибыл с Графской пристани на крейсер «Генерал Корнилов» Главнокомандующий генерал Врангель в сопровождении ближайших чинов штаба и отдал приказание сниматься с якоря. На борту крейсера были штаб Главкома, штаб командующего флотом, особая часть штаба флота, Государственный банк, семьи офицеров и команды крейсера и пассажиры – всего 500 человек.
Небезынтересно сказать здесь несколько слов об эвакуации Морского корпуса. 30 октября баржа «Тилли», нагруженная тюками и ящиками с обмундированием, книгами, съестными припасами и всякой утварью, подошла к борту линейного корабля «Генерал Алексеев», стоявшего в Южной бухте. Под руководством капитана 1-го ранга Н.Н. Александрова242 весь день и всю ночь кадеты перегружали корпусное имущество. Старшие из кадет заняли караульные посты у погребов, в кочегарках и у механизмов, охраняя их от возможного саботажа со стороны уходивших на берег матросов.
С разрешения капитана 1-го ранга Александрова одно отделение гардемарин оставалось в помещении корпуса. На стоявшую у корпусного мола угольную баржу они погрузили все корпусное хозяйство и провиант и отбуксировали этот «Ноев ковчег» к «Генералу Алексееву», который таким образом был обеспечен свежим мясом. Старший офицер корабля старший лейтенант А.Н. Павлов243 проверил наличие команды и пассажиров. Командир «Генерала Алексеева» капитан 1-го ранга Борсук244 около полуночи 31 октября дал ход.
Все вышедшие 31 октября из Евпатории суда благополучно прибыли в Константинополь, и только небольшой катер «Язон», шедший на буксире парохода «Эльпидифор», обрубив ночью буксиры, ушел, видимо в Севастополь. На «Язоне», кроме команды в 10–15 человек, никого посторонних не было. Все вышедшие 1-го и 2 ноября из Ялты суда благополучно выдержали переход через бурное в ту пору Черное море. Последний русский корабль – вооруженный ледокол «Гайдамак» под флагом контр-адмирала Машукова покинул Ялту в 13 часов 15 минут 2 ноября. Все суда, вышедшие из Феодосии, кроме канонерской лодки «Кавказ», которую ввиду трудности ее буксировки комендант парохода «Владимир» приказал затопить в море, сняв с нее людей и Андреевский флаг (ныне находящийся в музее О.О.Р.И.Ф. в Нью-Йорке), благополучно пришли в Константинополь утром 4 ноября.
4—5 ноября были вывезены из Керчи не только войска, отходившие на Керчь, в числе гораздо большем, чем предполагалось, но и войска, пришедшие из Феодосии и там, за нехваткой тоннажа, не взятые. Перегрузка людьми была такова, что люди не могли даже сидеть, а приходилось чуть ли не весь переход стоять плечом к плечу. Пресной
