противоположном конце зала.
Снова поворачиваюсь к Бриэль и обалдеваю. Моя соломинка – между ее розовыми губами. Она пьет мой шоколадный коктейль, хотя ее стакан стоит перед ней наполовину полный.
Девчонка хохочет, капли стекают по ее подбородку, и она с улыбкой смахивает их.
– У тебя еще оставались взбитые сливки. А я свои уже съела.
Я молчу и просто смотрю на эту малявку.
Она снова ворует у меня картошку, словно это ее заказ, и макает в свой стакан.
Я говорю себе, что пора взять наши вещи и сваливать отсюда на хрен, что всем этим вопросам не место в моей голове.
Но вместо этого ставлю чертову еду между нами и продолжаю делать то, что делал – думать.
Глава 6
Бриэль
Подставляю руки под маленькую сушилку и поворачиваю голову, чтобы посмотреть на себя в зеркало.
Моя форма вся измята, к ней прилипло несколько травинок. Придется замочить ее, прежде чем лечь спать, но по крайней мере припухлость вокруг глаз почти сошла.
Наклоняюсь над стойкой с умывальниками, чтобы проверить белки глаз. Они все еще немного красные, но уже выглядят лучше, чем когда я проснулась сегодня утром.
Это хороший знак.
Волосы все спутались, так что я быстро прочесываю их пальцами и собираю в хвост. Я уже более чем готова упасть в постель, хоть и знаю, что смогу сделать это только через некоторое время.
Распахиваю дверь туалета и подпрыгиваю, потому что едва не налетаю на Ройса.
Он стоит, прислонившись к стене, со скрещенными на груди руками.
– Что ты тут делаешь? – смеюсь я.
Ройс ничего не отвечает, не сводя глаз с двери мужского туалета – она открывается, и оттуда выходят четверо парней.
Мужской туалет прямо напротив женского, оба в коротком коридорчике, и их не видно из общего зала – не видно с того места, где я оставила Ройса.
Парни замедляют шаг, когда замечают нас. Я все еще стою в дверном проеме, и Ройс как будто удерживает меня в нем, как в ловушке.
Трэвис, парень из школы, узнает меня, взгляд его светлых глаз щупает Ройса.
– У тебя все хорошо, Бриэль? – спрашивает он, переводя взгляд на меня.
Я не успеваю моргнуть, не то что ответить, как Ройс надвигается на Трэвиса. Я точно знаю, Ройс не в курсе, чем вызван вопрос парня. Меньше всего Трэвис заботится обо мне – он просто разнюхивает, есть ли что-то такое, что потом можно будет использовать против меня.
– Все ли у нее хорошо? – Ройс издает нахальный смешок.
Меньше чем через секунду его большая ладонь накрывает мою. Он меня тянет, разворачивает и прижимает мою спину к своей груди. И так ведет мимо парней, показывая себя настоящим козлом.
– У нее все хорошо, красавчик, потому что она хороша, – самодовольно произносит он, оглядываясь через плечо. – Уж поверь мне на слово.
О боже!
Застываю на месте, и его грудь слегка ударяется о мои лопатки.
Запрокидываю голову назад, чтобы посмотреть на него, и вижу наглую улыбку.
Вырываю руку, и он то ли тупит, растерявшись из-за резко появившейся у меня необходимости как можно скорее свалить отсюда, то ли решает позволить мне идти самостоятельно. Как бы там ни было, мне удается доковылять до выхода. Разумеется, я все равно успеваю услышать раскатистый смех Трэвиса и его дружков.
Просто фантастика…
Громкий стук двери сообщает мне, что я больше не одна, но я и не думаю поворачиваться, перебьется.
– Давай и дальше сбегай от меня, и я начну думать, что ты ждешь реакции, – кричит Ройс.
– Это потому что ты самовлюбленный нарцисс!
Это и есть реакция.
– О, наша мини взбесилась, – смеется он. – Будет интересно.
Я закатываю глаза, дергая ручку его машины, но дверь заперта.
Фыркнув, разворачиваюсь и пронизываю его сердитым взглядом.
Он стоит в пяти футах от меня и ждет.
После двадцати секунд гляделок я развожу руки в стороны.
– Да что с тобой не так, парень?
– Это что с тобой не так? – бросает он мне в ответ.
– А как насчет того, что ты только что сделал?
– Что, ты хотела ванильный коктейль? – взлетает темная бровь.
– Я не люблю ваниль.
– Я тоже, – кивает он.
Вскидываю глаза к небу.
– Клянусь, ты как… Как пицца из коробки. Снаружи горячая, но когда начнешь есть, если не угадал со временем разогрева, то внутри она будет холодная.
Он озадаченно моргает:
– Что?
Я пробую снова:
– В том, что ты делаешь, нет никакого смысла!
– Не вижу в этом проблемы. Я горяч, а ты хочешь попробовать кусочек.
– Я говорю вообще не об этом.
Он делает шаг вперед.
– Ладно, Крошка Тина [6]. Так о чем же ты говоришь?
– Ты как будто делаешь что-то, не зная, зачем ты это вообще делаешь, но когда останавливаешься и осознаешь свои действия, то убеждаешь себя, что причина – худшая из всех, что смог предложить твой искореженный разум, хотя я совершенно уверена: за всей этой показушной крутизной прячется порядочность. Где-то глубоко внутри. Очень, очень глубоко.
Он хмурится все сильнее.
– Насколько глубоко?
Мои руки безвольно опускаются и хлопают по бедрам, но я не могу сдержать смех, что из меня выплескивается.
Ройс Брейшо в буквальном смысле не может ничего с собой поделать, бедняга. А я-то думала, что он мастер скрывать эмоции.
Отвожу от него взгляд, и мое веселье испаряется. Нахожу самую яркую звезду и смотрю на нее, пока делюсь с ним своими тревогами:
– Я не хочу давать этим людям еще один повод сплетничать обо мне.
– Ну так и пошли их на хрен.
– Это не так просто.
– Это просто.
– Нет, не просто. Не для нормальных людей в нормальных мирах, – я смотрю на него. – Люди этого города родились здесь, ходили в одни и те же школы всю свою жизнь, жили на одних и тех же улицах. Мой приезд в это тесно сплетенное место прошел не особо гладко, и у меня не было никого рядом, чтобы пройти через это вместе. А ты снова все для меня раскачиваешь.
Лицо Ройса становится напряженным.
– Бишопу следовало поставить их на место хренову кучу времени назад, и тогда все это больше не было бы проблемой.
– Но его здесь нет, чтобы это сделать, так ведь? – Я приподнимаю бровь. – А завтра в школе, как только у этих парней появится шанс, они начнут обзывать меня, и все остальные будут подходить ко мне со спущенными штанами, потому что ты решил выставить меня одной
