работа не под силу одному человеку.
– Разве? – Его глаза цвета крепкого виски сверкнули вызовом. – Вы расписываетесь в собственной беспомощности? Как жаль! У вас была бы должность заместителя генерального директора, собственный кабинет, огромная зарплата, а в подарок за согласие я бы отдал вам один из наших новых автомобилей не за полтора миллиона, а всего за шестьсот тысяч. Уверены, что не готовы рискнуть?
– Я хочу к маме, Олег Викторович. Мне не интересна работа на износ…
– Даже если вашу зарплату в «Сапфире» я умножу на три и добавлю премиальные с удачных продаж?
– Вы не слышите меня, – с горечью покачала головой она. – У меня погиб ребенок. Я хочу повидаться с мамой. У нее слабое сердце, понимаете?
– Отлично! – Он откинулся назад в своем кресле с обивкой из крупных цветов. – Поезжайте к маме. Побудьте с ней. Насладитесь Волгоградом, его трамвайчиками, памятниками и прочими провинциальными прелестями. А потом возвращайтесь. Я подожду вас ровно семь дней. Через семь дней я позвоню. Надеюсь, к этому времени вы будете готовы заступить на новую должность.
– Вы непробиваемы… – огорченно развела руками она.
– Мне нужны вы, Варя. Нужны в роли заместителя генерального директора. И я никогда не сдаюсь, вы знаете об этом?
– Не сомневаюсь.
– Значит, через неделю я могу вам снова позвонить?
– Да. Только сейчас я не буду вам ничего обещать. Мне очень плохо, Олег Викторович. Я хочу домой. Иногда человеку требуется попасть в место, где прошло детство, чтобы почувствовать себя защищенным.
– Хотите совет, Варвара?
– Не очень.
– И, тем не менее, я дам вам совет. Чтобы чувствовать себя защищенной, купите пистолет и научитесь стрелять.
– Оружие – дорогое удовольствие.
– Так идите ко мне работать! Я научу вас стрелять сам! У меня отлично получается сносить головы манекенам. Вам понравится, обещаю.
– Не давите на меня.
– Хорошо, не буду. – Он налил ей еще шампанского. – За успешное сотрудничество!
– Просто за встречу, – поправила она его.
Когда его черный автомобиль из новейшей коллекции остановился у подъезда Светы, было уже почти десять часов вечера.
– Через семь дней я пришлю за вами машину в Волгоград, – подмигнул ей на прощание Журавлёв.
– Сначала позвоните. Я ничего не стану обещать.
– Хорошо, сначала позвоню, а потом пришлю.
Варя возмущенно покачала головой и выбралась из машины.
– До свидания, Варвара!
– До свидания.
– Эти семь дней будут самыми долгими в моей жизни!
Она повернулась. Не удержалась, и рассмеялась:
– Вы невыносимы, Олег Викторович!
– Работа – моя страсть. Дилерский центр, созданный мной на пару с моим партнером Германом Кулагиным – наше детище. Его успех для нас важнее всего. Так что пусть все эти семь дней вам снится ваша будущая новая машина, которую вы получите после того, как подпишите с нами контракт.
– Скажите, а этот ваш партнер Кулагин – он такой же настырный, как и вы? – поморщилась она.
– Не знаю, – рассмеялся он. – Сами увидите.
Варя беспомощно вскинула руки. Автомобиль Журавлева сорвался с места и вскоре скрылся за поворотом, оставив ее у подъезда наедине с теплой летней ночью и собственными мыслями.
Глава 11
Волгоград. Такой провинциальный и тихий… Город-герой со своей историей, трамвайчиками и полуразрушенными памятниками архитектуры. Еще никогда Варвара не чувствовала себя так спокойно, как в тот момент, когда выходила на родной остановке и спешила в старую, требующую капитального ремонта «двушку» на пятом этаже хрущевской пятиэтажки. Она не сообщила маме, что приедет, и теперь торопилась, чтобы успеть застать ее в школе, располагавшейся на соседней улице.
В июне мама всегда работала. Слишком много документов надо было успеть доделать к отпуску: заполнить журналы, подогнать рабочие программы.
Варя знала, что не застанет маму дома, но у нее всегда был собственный ключ, поэтому она кое-как дотащила чемоданы до пятого этажа и бросила их в прихожей. Несколько мгновений она просто стояла, вдыхала полной грудью родной запах старого дома, и ее сердце заполняло щемящее чувство, то самое, которое переполняет каждого из нас, стоит нам оставить суету больших городов в стороне и приехать ненадолго к родителям.
Как часто она мечтала сорваться из Краснодара и погостить у мамы, но все не складывалось. Работа, вечно недовольный ее поведением Алик, усталость…
«Неужели это, наконец, свершилось?» – зажмурившись от сладкой боли, сжавшей сердце, подумала Варя.
Оставив чемоданы в прихожей, она быстро заперла дверь и бросилась вниз по лестнице. Легкие кеды, джинсы и майка – вот и весь Варин наряд. Никаких строгих костюмов и причесок. Сейчас она превратилась в обычную девчонку – в ту, которая когда-то жила здесь, в этой квартире. И этой девчонке не терпелось увидеть маму.
В старой школе все было по-прежнему: те же самые отбитые ступени на входе, потертая тяжелая дверь, которая скрипела каждый раз, когда ее пытались открыть, вахтер с недоверчивым и придирчивым взглядом.
Внутри школы было прохладно.
– Здравствуйте, я к Лидии Семеновне, учителю русского и литературы, – приветливо улыбаясь и зябко потирая вмиг покрывшиеся мурашками руки, пояснила вахтеру Варя. – Я ее дочь, Варя.
– На втором этаже кабинет литературы, номер двести два.
Ступени мелькали быстро-быстро. Сердце колотилось, и от предвкушения скорой встречи в груди не хватает воздуха.
Варя дернула дверь кабинета номер двести два и застыла на пороге.
Мама сидела за учительским столом, склонившись над журналами. Все такая же, как всегда, только морщины уже не разгладить. Но разве это важно?
– Мама! – не в силах сдерживать эмоции, воскликнула Варя.
Лидия Семеновна вздрогнула и подняла голову.
– Варя! Варенька! Как ты здесь оказалась, доченька? – неловко поднимаясь из-за стола, заголосила она.
– Приехала… – Ее голос дрогнул, и она бросилась навстречу матери.
– Как же ты… не предупредила, не сказала ничего… У меня ведь и в холодильнике пусто, – прижимая ее к себе, причитала Лидия Семеновна. – Ты же с Аликом приехала?
– Нет, мам. Без Алика… – Варя вдруг почувствовала, как глаза стали мокрыми.
– Варя, что случилось?
Мать испуганно заглядывала ей в глаза, гладила по голове и все ждала хоть какого-то объяснения.
– Я ушла от него… Прости, прости, это так глупо – плакать у тебя в классе. Это все эмоции, они совершенно не поддаются контролю.
– Как – ушла, Варя? Навсегда?
– Навсегда…
– Ох, недаром мне плохие сны снились! Я ни одной ночи спокойно спать не могла. Все казалось, с тобой что-то произошло – что-то страшное, то, что уже ничем не исправить. Ты мне фотографии красивые шлешь, а у меня сердце не на месте!
– Все уже позади, мама. Все позади… – бормотала она, а сердце сжималось
