Индию! Ехать зайцем на поезде, чинить линии электропередач, купаться в Ганге, есть их уличную еду… что еще индусы делают на камеру, чтобы весь мир потом ржал над настолько нелепыми смертями или обычаями? Фестиваль кидания говном? Распределение языков программирования по кастам? Короче, составил бы для нее невероятно богатую культурную программу с обязательным катанием на колесе Сансары…»
— Просто, ну, мой личный учитель всегда приучал меня к самостоятельности, — она состроила одухотворенную гримаску, но глаза сканировали его лицо, чтобы определить, понял ли тугодум перед ней такой толстый намек или следует навалить еще больше отсылок к его соглашению с одним любителем голубей.
— Мгм, какая продуманная, какая невероятно изощренная практика! Твой наставник — абсолютный гений, настоящий кладезь мудрости! — Медей тут же сменил пластинку, — действительно, эксперимент — критерий истины. Я обязательно выделю тебе время в конце урока, моя миленькая искательница знаний! Чтобы никто и ничто не отвлекало такую усердную, такую исполненную энтузиазма прилежную ученицу от постижения сакральных истин!
От подобного градуса тошнотворной, оскорбительной лести скривились все присутствующие. А у гэ героини от подобной патоки и вовсе чуть не слиплась задница. По крайней мере, ее лицо выражало именно такую эмоцию.
— Т-тогда буду ждать вашей команды, — слегка заторможенно выдала Грация и со скрипом опустилась на место.
— Она что, держит его за яйца?..
— Или он ее, гы-гы-гы…
— Фу, он так стелился перед ней…
— Да это очередное издевательство! Я бы со стыда в реку бросилась после таких оскорбительных дифирамбов…
— Жрать хочу… тьфу, демон, посмотрел на агоранта… теперь не хочу…
— Бедная Грация. Нельзя оставлять ее наедине с этим извращенцем…
— Может, сказать наставнице Колхиде? Мало ли…
— Мой милый амулетик… ну за что-о-о⁈.
— давай забьемся на обол, что он заставит кого-нибудь рыдать до конца урока?..
— Я думал, соль поможет…
— Интересно, почему нож не подействовал?..
— Эх, отдал все родительские деньги… еще и кладбищенскую землю всю истратил… хоть собирай соль с пола и продавай обратно… что? Думаешь, это хорошая идея? Ага…
По классу поплыли шепотки, которые Медей пресек одним шлепком по голове Гнилоуста. Тот крякнул, и брызги смешанного с кровью гноя попали на рукав сидящего на соседней парте Кейса.
— Успокоились? Отлично. Все это касается только практической части, а пока я бы хотел, м-м-м, провести с вами небольшую беседу. В формате лекции, разумеется, — Медей развернулся к доске и написал на ней все четыре Великих Заклинания.
— Все вы знаете, зачем нужно изучать «Гинн», «Вард» или «Алу». Уверен, мои коллеги донесли до вас свое видение относительно них… Но и без поступления в Академию любой начинающий маг легко может сказать, что они из себя представляют. Ничего удивительного: это буквально основы любой магии, без них не обойтись никому и никак. Найти применение этой тройке сможет любой ребенок, — Медей стер все четыре слова, а затем написал: «Кведья» во всю ширь доски:
— Льщу себя надеждой, что вы также понимаете, зачем нужно тренировать свое тело, разум, волю, сопротивление разным силам или стихиям… Но почему Кведья? Почему именно оно попало в Великую Четверку заклинаний? Того самого фундамента, на котором стоит образование каждого мага! Кто может ответить на этот вопрос?
В тишине неуверенно поднялось несколько рук. Медей выбрал любимого заучку Колхиды.
— Потому что призыв сущностей с иных планов может дать преимущество? Ну, то есть, — слегка запинаясь, начал объяснять ученик свою мысль, — демоны могут оказать содействие буквально во всем. Знания, богатство, помощь в бою…
— Да, это типичное представление о вызове демонов, — кивнул головой наставник, — маги считают их чем-то вроде странной поддержки, вроде големов, но с нюансами. Демоны, стихиали разных элементов, всевозможные духи. Даже нежить — ответвление магии призывов, ее побочная ветка развития. Все они будут весьма выигрышно смотреться на стороне мага, пускай их призыв и сопряжен с разными трудностями. Поэтому большинство не любит «возиться», — саркастически выделил он, — с призывами.
Ученик кивнул и сел на место.
— Итак, вы назвали обеспечение преимущества. Некий знаменатель, который может умножить силы мага в конкретном направлении. Однако это — далеко не единственная причина включения «Кведья» в Великую Четверку. Более того, она даже не основная. Кто-то еще?
— Потому что «Кведья» шире, чем просто призыв демонов, — Аталанта, — кроме них есть еще множество духовных сущностей.
— Это верно, однако общую картину не меняет. Почему «Кведья»?
— Потому что «Кведья» хорошо развивает наше духовное тело, — дриада косила на него злыми глазами и оплакивала свой растительный гомункул, но все равно захотела ответить.
— Потому что так решили древние мудрецы на заре времен. Сейчас специалисты «Кведья» никому не нужны! — фыркнула дева Мимоза.
«Ах ты Химоза! Посмотрим, как ты запоешь, когда призванный демон выдавит из тебя весь глутамат натрия и законсервирует бычки в томате на месте твоего маленького, скукоженного мозга! Эх, жаль этих наглых дебилов в лес не вывезти. Там столько трупов с девяностых: магом больше, магом меньше…»
— Не нужен! Верно, верно! — на галерке раздались смешки.
Кажется, Медей узнал голос Фаэтона.
«Нет, ну какая-то доля истины в ее словах присутствует», — самокритично признал он, — "призывателей не слишком жалуют. Это часто дорого, излишне опасно для новичков, имеет кучу ограничений и сильно не поощряется властями. Да и не так уж много магов занимаются призывами.
Эх, избаловались студенты, всем подавай теплое местечко. Ха. Вот, помню, работал я как-то фреоном в холодильнике…"
— Вы все в чем-то правы. Даже дева Мимоза, — он отвесил ей насмешливый поклон, а затем его лицо утратило любой намек на улыбку:
— Когда демон из пустынного мира высушит вас до состояния мумии, скажите ему, какой глупой и ненужной была дисциплина «Кведья» в Академии.
Рыжая капризуля замерла с открытым ртом. Остальные ученики тоже внезапно оживились, но Медей не обращал на них внимания. Он размеренно ходил из угла в угол и говорил в никуда, словно обращаясь к самому себе:
— Когда в руинах, в местах темной энергии или на марше по чужой стране вы вдруг увидите, как отражение в пруду скалит вам зубы. Когда поднятый лич заставит истекать кровью каждую пору вашего тела. Когда кто-нибудь родной и близкий принесет на плечах базальтовую пиявку, когда вы останетесь одна во тьме и не будет ни человека, ни зверя для вашей защиты… тогда
