Сама лейтенантша освоила стиль общения Фиминых «спецов» за полчаса, жаргон офисно-компьютерного планктона еще быстрее, и теперь с каждым общалась на понятном ему языке, сыпля то «двухсотыми» и «крайними», то «винтами» и «материнками», и периодически переходя на «всеобщий», то есть, нецензурный. Столь же быстро разобралась и с подотчетным контингентом. Мгновенно распределила на группы «знает», «не знает» и «выгнать нафиг», первых пристроила по специальностям, на вторых повесила сбор данных в Интернете, а последних отправила обратно в распределитель, затребовав на замену новую партию. И что самое удивительное, не только получила желаемое, но и привезла тем же рейсом, которым увозила «балласт». При этом она еще успевала читать, и через два дня с ее легкой руки «шарашка» получила неофициальное название «НИИЧаВо». А еще через день название стало официальным, несмотря на недоумение и протесты некоторых бюрократов. Говорили, что новое название одобрил сам Сталин. Прослушав доклад наркома внутренних дел, он, как передавали «по секрету» «знатоки», долго смеялся, а потом сказал, что это самое точное название для нового наркомата и попросил передать благодарность лично «товарищу Егозе».
Любое дело, начатое Иркой, летело вперед со скоростью локомотива революции, сметая с пути любые преграды и производя соответствующее количество шума. Она могла поставить на уши половину родного наркомата ради срочного получения пачки бумаги или коробки канцелярских скрепок. Могла, правда, и не поставить. Если скрепки попадали в ее руки раньше.
В первую же ночь Ирка оказалась в Фиминой постели, причем сам Фима даже не успел сообразить, как это получилось. Против самого факта, однако, он не возражал, и даже то, что утром «дама сердца» с пролетарской прямотой заявила, что это и было ее единственным заданием, Фридлендера не сильно расстроило: ураган — он везде ураган. Иногда Фиме казалось, что это заявление может оказаться и правдой.
Сейчас Ирке были не нужны были ни секс, ни скрепки. Ей требовались принтеры! Именно они стали самым большим дефицитом не только в НИИЧаВо, но и во всей стране. Каждый уважающий себя «хомячок» на отдых уезжал с ноутбуком. Не «хомячок» — тем более. Даже челноки и дальнобойщики были частично компьтеризированы. На сотню признавших «новую старую родину» приходилось девяносто пять компьютеров. И дай бог, чтобы хоть один принтер. Набрать на мониторе можно было любой документ. А дальше? Как перенести его на бумагу, чтобы включить в привычный документооборот наркоматов, комиссий, заводов или какой-нибудь задрипанной заготконторы?
Ирка, безусловно, была готова подключить к вопросу добывания дефицитных устройств не только Фиму, но и самого товарища Сталина. К сожалению, генсека в здании НИИ не наблюдалось, а новоиспеченный нарком Фридлендер мог посодействовать только автографом на официальной заявке. Ирка ворвалась в кабинет, подсунула под руку Фиме подготовленную бумажку, потыкала миниатюрным пальчиком в нужные места и сорвалась в направлении двери, но выйти не успела, наткнувшись в дверях на Берию.
— Здравствуйте, товарищи, — произнес нарком, нимало не смущенный столкновением.
— О! — воскликнула Ирка. — Лаврентий Павлович! Вы-то мне и нужны! Вы же наш куратор от ЦК! Помогайте! Нам катастрофически не хватает принтеров! Хотя бы четырех штук! Но лучше восемь! А в идеале шестнадцать! Или даже тридцать два!
— Ирка! — попытался прервать поток красноречия Берия. — Я тебя тоже люблю. И если бы не жена, обязательно организовал бы так, чтобы несущая тебя по жизни буря в одну из ночей обрушилась на мое скромное жилище.
Судя по всему, с кудрявым стихийным бедствием нарком был знаком прекрасно.
— Сто двадцать восемь! — заявила Ирка.
— Притормози немного, товарищ лейтенант, — усмехнулся Лаврентий Павлович, ставя на бумаге резолюцию, — у тебя и компьютеров столько нет. Хватит с тебя и восьми.
И тут же, хоть и не без труда, поймал уносящуюся девушку за футболку:
— Э нет, задержись, пожалуйста. Ты можешь потребоваться, — взгляд наркома обратился к Фиме, успевшему выбраться из-за стола и подойти поближе. — Здравствуйте, товарищ Фридлендер. Как себя чувствуете в новой роли народного комиссара? Не замучила Вас еще Ирина Юльевна?
— Добрый вечер, Лаврентий Павлович! Совсем наоборот. Даже не знаю, что бы я без нее делал!
— Ну-ну, — Берия ехидно усмехнулся. — Значит, у вас всё впереди. А я случайно проезжал мимо. Дай, думаю, загляну. Поинтересуюсь, как идут дела…
— Ну раз зашли… — поддержал игру Фима. — Товарищ лейтенант, что у нас готово лично для товарища Берии?
Ирка выметнулась из кабинета и через минуту влетела с толстой папкой в руках, которую бесцеремонно всунула в руки наркома.
— Здесь все основные предложения и прилагающиеся отчеты по проведенным исследованиям. Кроме работы по УЗОО. Не успеваем распечатать. Принтеры нужны!
— Подписал же! — деланно возмутился Берия и пояснил потрясенному Иркиной бесцеремонностью Фридлендеру. — Что удивляешься, Ефим Осипович? Я своих подчиненных не кушаю. Тем более, большевиков с дореволюционным стажем. А Ирина Юльевна, она же Ирка, она же Егоза, она же Чума, в своё время выпила у охранки крови больше, чем Коба и Камо вместе взятые. Любит она это дело.
— Какое? — спросил Фима, и улыбнулся, вспомнив старый анекдот.
— Кровь пить, — пояснила обсуждаемая особа. — Но и то дело тоже люблю.
— Это вы о чем? — поинтересовался Берия. — Хотя не надо, сам сообразил. Это каламбур из будущего?
— Типа того, — кивнула Ирка. — Но мне больше нравится: «Требуется двадцатилетняя секретарша с тридцатилетним партийным стажем».
Берия рассмеялся:
— Прямо про тебя. Так что там за узилища вы придумали, но не успели распечатать?
— УЗОО, — ответил Фима, — «учебные заведения для особо одаренных». Предложения по совершенствованию системы образования.
Всю веселость с наркома как рукой сняло.
— А вот это очень важный вопрос. Если не один из самых важных. На экране показать сможете?
Через минуту все трое устроились на стульях перед монитором Фридлендера. Берия пробежал документ глазами, немного помолчал, обдумывая прочитанное, и произнес:
— Ага! «Рассортировать… по направлениям науки имеющемуся… образованию». Так… «Создать систему учебных заведений… Контингент обучающихся… Педагогов из числа…». Очень разумно. «Скорость преподавания предметов…». Настолько быстрее? — удивился нарком.
— Может и еще быстрее, — заверил Фима. — Скорость обучения группы сильно привязана к слабейшему. А тут слабейшие — тоже академики и лауреаты. В нашем времени были примеры подобных ВУЗов.
— А это что? «Освободить всех обучающихся и работающих в УЗОО от исполнения каких-либо других обязанностей, а также бытовых и прочих проблем»?
— Человек, которому надо за два-три года пройти шестилетнюю программу ВУЗа, трехлетнюю аспирантуры, причем по меркам двадцать первого века не должен думать о том, что его мать будет есть на ужин. И будет ли есть вообще, — твердо сказал Фима. — Механизм возможен разный, но…
— Механизм не важен. Суть понял, — нарком, продолжая задавать вопросы, дочитал документ до конца и подвел резюме. — Срочно распечатать и мне на стол. Срочно!
И уже в захлопнувшуюся за Иркой дверь:
— Впрочем, кому я это говорю…
Москва. Кабинет т. Сталина.
И. В. Сталин, секретарь ЦК ВКП (б), Председатель СНК СССР
Посмотрев на стоящий на столе вычислитель и уже привычно проверив по нему время, он подумал, что надо бы отдать это устройство специалистам, которым он вроде должен быть нужнее. Но пока специалистов, не просто умеющих нажимать кнопки, а использовать все возможности вычислителя на все сто процентов было намного меньше, чем этих аппаратов. К тому же он всегда любил лично знакомиться с новинками техники. А этот аппарат позволял к тому же самостоятельно получать сведения от всемирной информационной сети. Надо только как следует в нем разобраться и научиться поиску. Он поморщился, вспомнив, сколько постороннего и неотносящегося к делу вывалилось на экран, когда он попросил специалиста поискать ответ на интересовавший вопрос. Поистине, лучший способ спрятать нужные сведения — завалить их кучей мусора и просто ложными данными. Прав был Честертон, лист надо прятать в лесу. Зато какие возможности! Он представил себе мгновенную связь с любым директором завода, возможность получать сведения о выпуске любых деталей сразу, без задержек в десятке инстанций. Или находить поставщиков этих самых деталей, просто заглянув на страничку министерства, где будет перечислена вся номеклатура, а умная машинка еще и поможет вычленить только то, что тебе необходимо. А самое главное, будет возможность создания общесоюзного каталога изобретений и рационализаторских предложений, чтобы внедрять их как можно быстрее!
