наивных голубых глазок только я заметил? Ладно, даже слабо проработанный экспромт в исполнении Избранного идет на ура. Все тут же отвлекаются от причины появления калишцев на Эндоре и начинают готовить поход на засевшего в поселке наркоторговцев ситха.
Впрочем, нет, не все. Ловлю вопросительный взгляд Айсарда.
— Мои действия, канцлер?
— Вы и сами их лучше меня знаете. Подбросите джедаев до поселка, а сами с Юлареном — искать отряд калишцев. Судя по тому, как они лихо расправились с охраной плантаций, на которых без датомирских ведьм явно не обошлось, ребята они обстрелянные, опытные. И сразу вызывайте транспорты. Калишцев вывозить отсюда надо. Нечего им с обдолбанными медведями в одном лесу делать.
— Понял, сэр. Но джедаи?..
— За ними я пригляжу.
Сдается мне, сила там засела безусловно темная, да только тьма эта иного порядка. Без меня могут не справиться.
— Эни, летишь с капитаном и директором. Вчерашние рабы обозлены на джедаев и республику, помоги убедить их, что мы искренне хотим им помочь. Хорошо?
— Хорошо, мастер.
Мальчик серьезен. Конечно, ему хаттски хочется воочию посмотреть на результат своей маленькой провокации. Но на корвете он нужнее, значит, надо быть там. Без детских обидок. Я позволяю себе потрепать его по волосам. Тот поспешно отстраняется. Такие телячьи нежности он только от матери терпит.
* * *
— Сидиус, выходи! — надрывается перед заваленным входом в подвал Квай-Гон Джинн.
— Выходи, подлый ситх! — вторит из-за спины мастера Оби-Ван Кеноби.
Стою сзади. Жду, когда до атакующих дойдет, что к ним не выходят не потому что не хотят, а потому что не могут. Вход не заперт, а завален взрывом. Тут не орать, тут откапывать надо. Доходит туго, но я не тороплю. Благо других разумных вокруг нет.
Когда мы добрались до поселка, практически все его уже покинули. Один взлетающий шатл «Черная каракатица» на взлете свалила. Остальные, кого Мол с Дуку прирезать не успели, по лесу бегают. Но ночные сестры все здесь остались, остальных, если калишцы не встретят, то хищники оприходуют. Впрочем, Дуку и Мол до сих пор шляются по развалинам в надежде найти кого живого. Вряд ли. Тут кроме калишцев еще и эвоки прогулялись. Откуда-то же они взяли все те запасы опия, которые медведи сейчас и потребляют. Признаки жизни имеются в уже упомянутом подвале. Некоторые основания полагать, что там скрываются одаренные, тоже. В общем, джедаи надежды не теряют. Мало того, уже принялись разбирать завал.
Я тоже далеко не отхожу. Мало ли. Не то, чтобы серьезно страхую джедаев. Но выпускать ситуацию из-под контроля не стоит.
Ну вот, четверть часа работы светового меча в качестве автогена, и проход свободен. Из подвала тут же выскакивают бронированные датомирские дамы в количестве четырех штук. Мол и Дуку — как галантные кавалеры подлетают с разных сторон, но почти мгновенно. Я же, напротив, хватаю за руку зазевавшуюся Око и ныряю за угол. Мы — просто наблюдатели. Мирные люди в драках на мечах участия не принимают. Ну, разве что дистанционно и совсем чуть-чуть. Джедайская докторша всего-то сучок от ближайшей тропической елки отламывает прямо на темечко той из ведьм, что дерется с Молом. А я кусок арматуры под ногой у прижавшей к стенке Оби-Вана шевелю. Тоже совсем легонько.
Все, наши джедаи с союзным лордом Молом победили. А из подвала вылезает тот, ради кого я собственно сюда лично и прилетел. Один из руководителей проекта сенатор Бейл Органа. Я его сперва в видении узнал. Потом Айсард подтвердил информацию о причастности альдераанца к наркобизнесу.
— Канцлер Палпатин? Как?.. Что вы тут делаете?
— Охочусь, — как обычно не вру я.
— Представляете, я тоже! Друзья пригласили на сафари, а тут такое творится!..
— О друзьях поговорим подробнее. Мол, за мной.
Дарт Мол ловит сенатора за шиворот и волочет обратно в подвал.
— Может, дождемся Айсарда? Он профессионал, — кричит вслед Дуку.
— Не волнуйтесь, граф. Я тоже.
Айсард нам сейчас не нужен. В нашем задушевном разговоре могут всплыть такие имена, которыми я с бюро безопасности делиться не готов. Самому пригодятся. А вот каким цветом сейчас отливают мои глаза, меня совсем не волнует.
Чего нельзя сказать об Органе, который начинает орать, когда Мол его даже вязать толком не закончил. Хотя, он все правильно понял. Вообще-то сенатору не повезло. Ломать сознание, не засветившись в Силе, я не умею. Привлекать джедаев — не желаю. Да и Джинн с Дуку так себе менталисты. И развязывающей язык химии с собой нет. Придется работать просто ножом. Для ученика Дарта Плэгаса хорошее знание анатомии и физиологии основных разумных видов — базовое. Пыточный навык при этом обязателен. Так что, поехали.
А Бейл Органа оказался крепким орешком. Не ожидал. Стоп! Кто это такой наглый, чтоб мне Силой движение ножа подправлять? Кому-то показалось, что лезвие может зацепить крупный сосуд, и клиент помрет раньше времени? Мол, советник хаттов, рога пообломаю! Нет, это не Мол. Он стоит в дверях, как и положено — мастеру внимает. А вот докторенок его джедайская из-под локтя выглядывает.
Только не джедайская. Она действительно абсолютно спокойна. И не только внешне. Но где-то внутри, в том месте, что некоторые называют душой, у нее пылает огонь ярости, который не дает ей отвести глаза от того, что я делаю, заставляет слушать то, о чем рассказывает сенатор.
— Когда мне было тринадцать, меня послали на практику в детский наркологический центр, — все так же спокойно поясняет, перехватившая мой взгляд Око.
Вот тут я Органу едва не прирезал. Рука дрогнула от мысли о провокации. А что еще я должен подумать о джедаях, которые ухитрились направить природного целителя, для которого стремление спасать — врожденная базовая потребность, туда, где спасти кого-то практически невозможно? Уж лучше военно-полевой госпиталь с его тазами ампутированных конечностей, гноем и нехваткой анестезии. Там можно драться за жизни, пока ноги у операционного стола держат. Драться и побеждать. А в детской наркушке победить практически невозможно. Потому что после лечения пациент вернется в прежнюю жизнь, и все начнется заново. Смотреть на то, как мир убивает своих детей их собственными руками, не всякий взрослый сможет. У чувствительного к Силе подростка шансов не сорваться во Тьму отчаяния просто не было. Вопрос: зачем?
— Вы сумеете достать всех тех разумных, про который говорил этот?..
— Обещаю.
Не вру, что показательно. Компромат на Хего Дамаска отсутствует. А остальных я сдам
