Петровна по пути пирожок мне купила.
Мы прошли в гостиную, и я вернулся на своё место, вытягивая больную ногу. Пока стоял, она успела здорово напрячься, и снова начала ныть.
– Как в школе?
– Нормально.
– А дома? – Я задал этот вопрос уже зная о том, что дома у Миши снова творится полная жесть, и идти туда сегодня, для него было слишком опасно. Но посвящать меня в подробности мальчик не захотел. Он не любит об этом говорить, и я на него не давлю.
– Как всегда. – Мишка только пожал плечами, схватившись за пульт и переключая каналы на телевизоре.
– Может поешь всё-таки? Давай Гришу попрошу приготовить?
– Не, не хочу. – Отстраненно отмахнулся мальчишка, собираясь провести вечер у экрана.
– Давай в карты? – Предложил я, стараясь его отвлечь. Не люблю, когда он вот так тратит время впустую – это сильно ломает дисциплину и мотивацию. А он все же спортсмен, ему без дисциплины никак.
Мишка немного оживился.
– Давай. Только ты опять жульничать будешь.
– Я? Никогда в жизни.
Лицо мальчика стало не таким мрачным, и я понял, что мне снова это удалось – удалось отвлечь его от мрачных мыслей о семье, и дать ощущение спокойствия и безопасности.
Вечер мы провели прекрасно – сыграли пару партеек в карты, потом достали еще лото. От нормального ужина Мишка отказался, но я заказал пиццу, чтобы он хотя бы немного перекусил. Да, от такого я тоже не в восторге, но сегодня пятница, можно разок дать слабину и побаловать себя.
Режим тоже немного сбили. Только к десяти закончили играть и решили посмотреть фильм, тут, в гостиной. Как итог – оба уснули в неудобных позах, но даже затекшая шея не стала поводом, чтобы об этом пожалеть. Очень уж уютный вечер у нас получился, а это как раз то, чего Мишке так сильно не хватает.
– Да? – Меня разбудил телефонный звонок, и я не сразу сообразил, почему я не в своей постели и почему так ужасно ноет всё тело.
– Дим, не разбудил? – Голос Артёма заставил меня окончательно проснуться, и поднявшись с дивана, я бросил на Мишку плед – мальчишка так и проспал на кресле, свернувшись клубочком.
– Разбудил, но это и к лучшему. Что случилось?
– Мой человек пробил Гришу. Ты был прав, там нечисто.
– Говори. – Я подошел к двери, и закрыл ее поплотнее, чтобы мой разговор не было слышно за пределами гостиной.
– В день твоего падения на его счёт поступил перевод – пятьсот тысяч. За несколько часов до того, как тебя столкнули.
– Откуда?
– Компания-однодневка. Но мой человек копнул глубже, и… короче, конечный владелец счета – Холодов.
– Дим? Ты слышишь? – Выждав пару минут окликнул меня Артём.
– Да, слышу. – Я встряхнул головой, чтобы утрамбовать эту неприятную информацию.
Четыре года Гриша работает на меня. Он живет в моём доме, знает мой распорядок, знает, когда я ухожу и когда возвращаюсь.
– Что делаем? – Артём снова нарушил тишину, и я сжал телефон, пытаясь как-то собраться.
– Пока ничего. Он не должен знать, что мы в курсе. Об остальном поговорим позже.
Я нажал отбой и уставился в стену перед собой. Гриша – предатель. Это он подпилил коньки, понимая, что эта травма могла закончиться чем угодно, даже моей смертью.
А через пару часов он как обычно принесёт мне кофе. И сделает вид, что ничего не произошло.
Глава 14
Кира
– Ты мой самый лучший друг! – Я подняла кота на руки и прижала к себе, зарываясь носом в его густую шерсть. – Сегодня суббота, вернусь рано. И мы с тобой весь день будем валяться в обнимку и смотреть кино. Куплю тебе по пути домой твой любимый паштет.
Шпрот довольно мурлыкнул и потерся головой о мою щеку.
Сегодняшнее утро встретило меня морозом и ярким солнцем – редкое сочетание для этого декабря. Я выехала пораньше, рассчитывая на пробки, но и тут мне снова повезло – дороги оказались почти пустыми. Видимо, нормальные люди в выходной предпочитают спать до обеда, а не тащиться через полгорода к бывшему жениху, чтобы спасти его от костылей.
На КПП охранник поднял шлагбаум, не ожидая пока я опущу стекло – уже запомнил и меня, и мою потрёпанную Тойоту. Я припарковалась у знакомых ворот и вышла из машины, поправляя на руках новые кашемировые перчатки. Мягкие, тёплые – каждый раз, надевая их, я чувствую лёгкий укол то ли благодарности, то ли неловкости.
Гриша привычно встретил меня у калитки:
– Доброе утро, Кира Витальевна. Проходите, вас ждут.
Я прошла по расчищенной дорожке к дому. Всё как всегда – туи в снегу, гирлянда на ветках, массивная дверь. Но внутри дома сегодня всё иначе – нет той удушающей тишины, которая встречает меня каждый раз, и по комнатам разлетаются радостный лай и детский заливистый смех.
Сняв куртку, я направилась в гостиную, рассчитывая увидеть привычную картину – Дмитрий на диване, вытянутая нога на пуфике, ноутбук или телефон в руках.
Но то, что я увидела, заставило меня застыть прямо в дверях, боясь нарушить эту идеальную картинку.
Гостиная превратилась в какой-то сказочный мир – диван сдвинут к стене, кресла перевёрнуты, а между ними натянуты одеяла и пледы, образуя нечто похожее на шалаш. Бонд, тот самый воришка моих перчаток, носится вокруг конструкции, путаясь в свисающих краях ткани, а Миша хохочет, пытаясь поймать щенка за хвост.
И посреди всего этого безумия – Градов. На полу, в домашних штанах и растянутой футболке, с тростью, отброшенной в сторону. Он держит край пледа, пока Миша пытается закрепить его на спинке перевёрнутого кресла.
– Выше, папа Дима! Так не достаёт! – Уже психуя прокричал мальчик, но это только позабавило Диму, и сквозь смех он попытался успокоить мальчишку.
– Куда уж выше, я и так руку вывернул!
– Ну ещё чуть-чуть!
Дмитрий послушно потянулся, и плед наконец лёг как надо. Миша победно вскинул кулаки и закричал:
– Ура! Получилось!
В этот момент, Бонд заметил меня. Бросив свои важные дела, щенок рванул навстречу, радостно виляя хвостом, и чуть не сбив меня с ног.
– Бонд, назад! – Миша обернулся и расплылся в улыбке. – О, доктор Кира пришла! Смотрите, что мы построили!
Дмитрий поднял голову, наши взгляды встретились
