группы и вернулся в Лондон, чтобы все организовать. Как бы между прочим, он снова появился в магазине, болтал с клиентами и строил из себя босса, как будто и не уезжал.
Радость Вивьен по поводу его возвращения была ограничена. «Были ли они вообще еще парой?» – спрашивала она себя, когда в очередной раз отворачивалась, раздраженная его излишествами по отношению к клиентам. Она редко испытывала романтические и чувственные отношения, но их творческое партнерство было для нее чем-то более стабильным, и Вивьен, все же, любила Малькольма. Да, она действительно любила его, несмотря на его слабости, и хотела быть верной ему. Но разве она не желала большего от мужчины, чем то, что мог дать ей Малькольм?
– Я принял решение, – сказал ей Малькольм, когда попрощался с клиентом. – В Нью-Йорке.
– Какое решение?
После его долгого отсутствия было бы хорошо услышать: «Привет, Вив, как дела?», – подумала она с обидой.
– Мы переименуем магазин, – сказал он. – Меня вдохновил Нью-Йорк. Я теперь знаю, в каком направлении хочу двигаться, Вив.
– Ах, вот так да? И ты позволишь мне принять участие в твоих размышлениях?
– Магазин будет называться SEX.
Вивьен сразу, несмотря на раздражение, поняла мотив. Среди всего, что осуждалось в закомплексованном британском послевоенном обществе, публичная демонстрация сексуальности считалась самым скандальным явлением. И новое название означало новую коллекцию, это ей тоже было ясно.
Хотя ей не терпелось узнать, что задумал Малькольм, она сначала надела скучающее выражение лица. Она не собиралась так легко ему уступать.
– Это единственное, чего боятся англичане, – объяснил Малькольм. – Секс. Их охватывает полный ужас, когда они только слышат это слово. Зажатая и лживая шайка хочет подавить все, что с этим связано. Этим мы их и достанем.
– Если у нас будет новая концепция, нам нужна новая коллекция, – задумчиво сказала она. Секс. Идея сразу понравилась ей. Она почувствовала, как нить вдохновения начала колебаться в ней, и она знала, что Малькольм даст ей необходимый импульс, чтобы увидеть творения перед ее внутренним взором. Так это всегда и работало.
– Я давно думал о новой коллекции, – сказал он. – Мы выведем фетиш-одежду на улицу. Мы преобразуем наряды из стриптиз-клубов так, чтобы из них получилась повседневная одежда. Что ты об этом думаешь?
Она посчитала это просто великолепным. Сразу в голове начали мелькать образы. Лак, резина, латекс… Это были необычные материалы. Им придется искать поставщиков. Что можно из этого создать? Как они смогут сделать видимыми влияния фетиша в повседневной одежде? Она сразу почувствовала, что в этой идее есть потенциал, и представление о том, насколько сексуальными и в то же время провокационными будут эти модели и насколько сильными будут выглядеть женщины, которые будут их носить, было захватывающим.
– О практических вещах мы позаботимся позже, – легкомысленно сказал Малькольм. – Потому что есть кое – что более важное, чем моя следующая коллекция.
Его коллекция, конечно.
– Панк – это следующая большая вещь, – сказал он, – и если мы хотим быть в авангарде с нашим магазином, мы не должны думать только о моде. Мне нужно что-то, что приведет мои творения в движение.
– И что бы это могло быть? – спросила она.
– Все очень просто, – сказал он и обезоруживающе улыбнулся. – Вив, как ты сама не додумалась до этого! Мне нужна группа.
7
Весной 1974 года настал этот долгожданный момент: большими розовыми буквами, хорошо видимыми издалека, над магазином по адресу Кингс-Роуд, 430 красовалась надпись SEX. Буквы были сделаны из дерева, покрыты пенопластом и обернуты розовым винилом. Витрины были заполнены торсами, одетыми в латексные рубашки, а вход, скрытый за занавеской, завершал пародию на дешевый секс-шоп.
Фетиш-одежда для улицы – такова была идея, и все, кто принимал провокационную концепцию, получали огромное удовольствие, заставляя английское общество, отраженное в этой моде, осознать свою чопорность. Речь шла о том, чтобы вынести секс из спальни на свет, объяснил Малькольм шокированному журналисту, потому что структуры власти в этой стране основаны на подавленной сексуальности, и именно против этого они выступали своей коллекцией.
После того, как дело с группой New York Dolls зашло в тупик, Малькольм стал чаще бывать в магазине. Хотя у Вивьен благодаря этому было больше времени для Джо и Бена, и она могла продолжать работать над своими проектами, она осознавала, как Малькольм с его эгоцентричностью все больше действовал ей на нервы. Она все меньше чувствовала, что он видит в ней женщину, а также творческого человека.
Но как бы они ни ссорились, часто из-за пустяков, в вопросах моды они оставались сплоченной командой. И разработка коллекции SEX была самым большим приключением в их восстании против модной индустрии. Чтобы найти поставщиков для своих эксцентричных желаний, они отправлялись на своем мини купере, часто с Беном и Джо на заднем сиденье, объезжая вдоль и поперек всю Англию. Так, одна супружеская пара в Сассексе оборудовала небольшую фабрику по производству резинового нижнего белья на территории своей фермы, которое они упаковывали ящиками и затем продавали им. В Северной Англии они нашли латексные маски у производителя фетиш-товаров, а у производителя резиновых сапог в Манчестере они закупали материал для фетишистов резиновых сапог. Вивьен получала удовольствие от того, что платила везде наличными, доставая купюры из пачки денег, которую она хранила в своем бюстгальтере.
Необычные материалы сначала оказались настоящим кошмаром. Как сшить комбинезон из латекса? Ткань была настолько эластичной, что швейная машинка ее буквально проглатывала.
Каждый прокол иглы повреждал материал. И на теле он вел себя совсем иначе, чем любая другая ткань, которую знала Вивьен. Она экспериментировала с нитками, техниками шитья и выкройками, уменьшала давление лапки швейной машинки и, наконец, догадалась нанести немного масла на швейную иглу для скольжения – что, как ни странно, сработало.
Похожая ситуация была у нее с винилом, нейлоном и кожей. У каждого материала были свои особенности, и ей приходилось начинать снова и снова.
У итальянского сапожника на севере Лондона она нашла подходящую фетиш-обувь на шпильке или на толстом каблуке. А аксессуары, такие как зажимы для сосков, браслеты с заклепками или портупеи, она доставала отовсюду.
Новый образ стал огромным успехом. Тонкое платье из дождевой черной ткани ciré, которое они разработали с Малькольмом, вскоре было скопировано крупной модной компанией, которая очень успешно его продавала. Фетиш-одежду с ироничным подтекстом буквально вырывали из рук. Но прежде всего, просто как сумасшедшие продавались футболки и топы с эротическими текстами и изображениями, которые Вивьен изготавливала с помощью трафаретных печатных плат. Одну из футболок она напечатала с
