Мраморный пол серый и гладкий, так что персоналу не составит труда убрать кровь…
Он наклонил голову и изучал меня своими невероятно темными глазами, словно выискивая слабое место.
Я должна бежать, верно? Но, по крайней мере, я смогу уловить начало его атаки, если замру здесь, глядя на него.
Тут его внимание переключилось, Ксейден увидел что-то за моим правым плечом и поднял одну бровь.
У меня свело живот, когда Даин вышел из-за колонны.
– Что ты… – начал было он, подходя ко мне и хмурясь в замешательстве.
– На верху ступеней. Четвертая дверь, – прошипела я, прерывая его.
Взгляд Даина метнулся вверх. Толпа вокруг нас уже поредела, и он, пробормотав проклятие, не очень скрытно шагнул ближе ко мне. Меньше людей – меньше свидетелей, но я не настолько глупа, чтобы думать, что Ксейден не убьет меня на глазах у всего квадранта, если захочет.
– Я знаю, что ваши родители крепко повязаны, – сказал Ксейден, и жестокая улыбка искривила его губы. – Но вам двоим обязательно было вести себя настолько очевидно?
Несколько кадетов, которые все еще находились в ротонде, повернулись, чтобы посмотреть на нас.
– Дай-ка угадаю, – продолжил Ксейден, скользя взглядом между мной и Даином. – Друзья детства? Или даже первая любовь?
– Он не может причинить тебе вред без причины, верно? – прошептала я. – Без причины и созыва кворума командиров крыльев, потому что ты командир отряда. Статья четыре, раздел три.
– Верно, – ответил Даин, не потрудившись понизить голос. – Но тебе – может.
– Я ожидал, что ты будешь лучше скрывать свои привязанности, Аэтос. – Ксейден двинулся по ступенькам к нам.
Дерьмо. Дерьмо. Гребаное дерьмо!
– Беги, Вайолет, – приказал мне Даин. – Сейчас же.
И я побежала.
Глава 5
Зная, что тем самым открыто противоречу приказам генерала Мельгрена, я официально возражаю против плана, изложенного на сегодняшнем инструктаже. Я не считаю, что детей лидеров восстания следует заставлять смотреть на казнь их родителей. Ни один ребенок не должен видеть, как убивают его отца и мать.
Генерал Лилит Сорренгейл. Тирское восстание, официальная сводка для короля Таури
– Добро пожаловать на ваш первый инструктаж, – громко сказала профессор Девера с нижнего яруса большого лекционного зала.
Ярко-фиолетовая нашивка секции Пламени идеально сочеталась с ее короткой стрижкой. Инструктаж был единственным занятием, которое проводилось в круглом многоуровневом зале, занимающем значительную долю академического корпуса. Эта аудитория была одним из двух помещений цитадели, где можно было вместить всех кадетов одновременно. Скрипучие деревянные сиденья, все до единого, были заняты учениками, а кадеты с третьего курса стояли позади, прислонившись к стене. Тем не менее мы все поместились.
Инструктаж совсем не походил на прошлое занятие по истории, где присутствовало всего три отряда первогодков, но, по крайней мере, кадетам нашего отряда удалось сесть вместе. Если бы я только могла вспомнить их имена.
Ридока оказалось легко запомнить – на истории он постоянно подавал остроумные реплики, комментируя услышанное. Я надеялась, что ему хватит ума не пытаться провернуть то же самое здесь. Профессор Девера, судя по всему, не любила шутки.
– Раньше всадников редко призывали на службу до выпуска, – продолжала она, поджав губы и медленно расхаживая перед двадцатифутовой картой континента, прикрепленной к задней стене.
Там были замысловато обозначены наши пограничные аванпосты. Десятки магических огней освещали пространство, компенсируя отсутствие окон и отражаясь от длинного меча, который профессор держала на перевязи за спиной.
– А если и призывали, то это всегда были кадеты третьего курса, выступавшие под защитой передних крыльев. Однако теперь мы ожидаем, что вы закончите обучение с полным пониманием того, чему нам приходится противостоять. Дело не только в том, чтобы знать, где базируется каждое из крыльев.
Она сделала паузу, устанавливая зрительный контакт с каждым первогодком, которого видела. Звание на ее плече гласило «капитан», но я знала, что она станет майором раньше, чем закончит вести курс, судя по количеству медалей, приколотых к ее груди.
– Вы должны понимать политику неприятеля, стратегии защиты наших аванпостов от постоянных атак и быть в курсе как недавних, так и текущих сражений. Если вы не в состоянии понять основы, вам будет нечего делать на спине дракона.
Она приподняла бровь – черную, но всего на несколько оттенков темнее ее темно-коричневой кожи.
– «Никакого давления», – говорили они, – пробормотала Рианнон, яростно делая записи.
– Все будет хорошо, – шепотом ответила я. – Кадетов с третьего курса не посылают на фронт, только на посты в центральной части страны, для подкрепления.
Находясь рядом с матерью, я держала ухо востро, поэтому знала подобные вещи.
– Это единственное занятие, которое вы будете посещать каждый день. Потому что только эти знания будут иметь значение, если вас призовут на службу раньше срока.
Взгляд профессора Деверы скользнул слева направо и остановился на мне. Ее глаза на мгновение расширились, но она одобрительно улыбнулась и кивнула, прежде чем продолжать.
– Поскольку этот курс проводится каждый день и опирается на самую свежую информацию, вы также будете подчиняться профессору Маркему, который заслуживает исключительного уважения с вашей стороны.
Она помахала писцу рукой, и тот подошел к лекторской трибуне. Его форма кремового цвета контрастировала с абсолютно черной одеждой профессора Деверы. Маркем наклонился, и она шепнула ему что-то, – в ту же секунду его густые брови удивленно подскочили вверх. Он резко повернул голову в мою сторону.
Усталый взгляд полковника встретился с моим, и я не увидела на его лице одобрительной улыбки, зато услышала вздох, наполнивший мою грудь тяжестью и печалью. Предполагалось, что я стану его лучшей ученицей в квадранте писцов, его главным достижением перед уходом на пенсию. Какая ирония, что сейчас я оказалась последней из тех, у кого есть шанс преуспеть в этом.
– Долг писцов – не только изучать прошлое, но и фиксировать настоящее, чтобы остальные могли получить доступ к знаниям. – Он потер переносицу своего выпуклого носа и наконец отвел от меня разочарованный взгляд. – Без точных характеристик наших линий фронта, без надежной информации для принятия стратегических решений и, самое главное, без достоверных деталей для документирования нашей истории на благо будущих поколений мы обречены не только как королевство, но и как общество.
Вот почему я всегда хотела быть писцом. Жаль, что сейчас это уже не имело значения.
– Первая тема на сегодня.
Профессор Девера подошла к карте и взмахнула рукой, направляя магический свет прямо на восточную границу с королевством Поромиэль в провинции Брайевик.
– Прошлой ночью возле деревни Чакир наше Восточное крыло атаковала группа ездоков на грифонах из приграничной области.
Вот дерьмо.
В зале зашептались, а я обмакнула перо в чернильницу и приготовилась записывать. Я с нетерпением дожидалась связи с драконом, чтобы наконец начать пользоваться такими же замечательными ручками, как те, что мама держала у себя на столе. У меня на губах заиграла невольная улыбка. Определенно, в должности всадника есть и свои плюсы. То есть будут.
– Конечно, некоторая часть информации была изменена в целях безопасности, но мы можем вам сказать, что вдоль хребта Эсбенских гор наша защита пошатнулась. – Профессор Девера развела руки в стороны, и луч магического света расширился, освещая горы, образующие нашу границу в районе Брайевика. – Что не только позволило грифонам попасть на территорию Наварры, но и дало возможность вражеским ездокам применить свои силы в районе полуночи.
У меня внутри все сжалось, а по рядам кадетов прокатился ропот. Особенно волновались первогодки. Драконы не были единственными созданиями, способными передавать всадникам силу. Грифоны
