Обычный словарь дает тут такое вполне банальное объяснение: «Талмуд (древне-еврейск. talmud — учение, от lamad—учить) — кодекс религиозных, бытовых, правовых предписаний иудейства; основан на казуистическом, схоластическом толковании еврейских священных книг — “Ветхого завета”. Талмудист — в фигуральном, переносном значении схоласт, начетчик, буквоед».
Но на практике «буквоедство» и «казуистика» Талмуда оказались для еврейства, как волшебная «живая вода». Талмуд обернулся той строжайшей регламентацией еврейской жизни (когда нельзя ни шагу шагнуть без талмудического обоснования), которая единственно помогла евреям сплотиться и выжить в условиях рассеяния и в гетто, похожих по порядкам нередко на принудительные (а то и демонстративно добровольные) концлагеря.
Однако продолжением несомненного плюса от Талмуда стала тупая «расписанность» не только быта, но и духа. Железный прагматизм врывается даже в Тайную Доктрину Иудейства — великую Каббалу, пленявшую духовными безднами. Красивое библейское откровение о еврейском народе как народе богоизбранном, мессианском, призванном повести человечество к Богу — в духовный рай, превращается у радикальных талмудистов в практичную идею Мирового Правительства, в котором еврейские банкиры будут вершить судьбами всего мира.
В своем самом жестко радикальном «вольнокаменщическом», масонском (предназначенном для «избранных») варианте Талмуд выродился даже, в сущности, в программную Бездуховность. Что открывается братьям-масонам по достижению высокого градуса — 33-го и выше? Бог — как некая абстракция, которую можно повернуть, куда надо, для пользы дела. Буржуазная практичность, доведенная до абсурда — до превращения человечества в машину, расписанную по классам, а отдельных индивидуумов до уровня «винтиков и гаечек». Причем практичность эта, как гидра, могла менять шкуру — то быть синей капиталистической, то красной социалистической.
Может показаться парадоксальным, но серьезные исследователи идей масонства сходятся на чудовищном выводе. Что именно рука масонства спровоцировала два внешне противоположных, но одинаковых по механизму действий режима — интернационал-социалистический и национал-социалистический. В бурном XX веке масонская Февральская революция 1917-го года неожиданно выродится в Октябрьский переворот. Тогдашним «глобалистам» тогда показалось, что так им будет удобнее всего, обобщив, затем прибрать к рукам природные ресурсы бывшей Российской империи. Ленин, кстати, и начал, было, направо и налево раздавать капиталистическому Западу концессии. Забили в пропагандистский барабан, прославляя государственный капитализм. Но дальше уже вмешались Проведение и Сталин, повернувший руль в сторону создания социалистической Империи.
Ну, а Гитлер, всем известно, для глобального господства каких финансово-промышленных картелей старался. По роковому предопределению крайними и тут и там оказались евреи. Национал-социалист Гитлер устроил чудовищный холокост евреям в Германии, а интернационал-социалист Сталин все в том же 1937 в СССР. Евреи оказались и тут и там для тоталитарной политической машины «крайними». Разница лишь в том, что фашисты сразу программно заявляли, что будут евреев истреблять, а большевики прежде ударными силами евреев-комиссаров сделали переворот, развязали гражданскую войну и осуществили коллективизацию, пролив море русской крови, а затем на евреях же и отыгрались.
В чем криптологическая тайна такого обращения с евреями? в их слишком большой динамичности, в манере забегать непременно вперед марширующей в историю этнической колонны? Ну, а наперед батьки в пекло лезешь — первым по загривку и получаешь?! Можно найти и такое обывательское объяснение. Но вне сомнения, что внутренний механизм остается при этом одним и тем же — без Неба, без Духа. Одна Абстракция при торжествующем принципе — ничего святого, кроме потребления.
Талмуд в его самом практичном и прагматичном масонском варианте молится уже не Богу, а Абстрактному Прогрессу как таковому. Мы категорически возражаем против термина «жидомасонство», поскольку при такой терминологии существо дела затемняется бытовым оскорблением. Но «иудомасонство» несомненно имеет место быть. И оно братается с крайним модернизмом в христианстве — с христианским реформизмом (лютеранством) и протестантизмом. У протестантов, чем ты больше зарабатываешь для себя, тем ты лучше служишь Богу. Главенствует обнаженный нравственный принцип пользы (прежде всего пользы от «делания денег») и голой практичности. Считается, что, чем ты больше делаешь для «себя родимого», тем больше тем самым делаешь и для общества, в котором живешь. Демократию такая мораль превращает в казуистику и схоластику.
Лозунг — «свобода, равенство и братство» становится красивой ложью, знаменующей всего лишь свободу движения капитала, не признающего никаких ни расовых, ни национальных, ни вероисповедальных границ. Бог сводится уже даже и не к атеистической Абстракции. А все гораздо хуже — уже и Абстракция выносится за скобки, в своих крайних течениях «вольные каменщики» начинают с поклонения Христу, а затем цинично поднимаются к вседозволенности — к поклонению Сатане.
Особая тема в «талмудизме» — его иудо-масонский космополитизм. В еврейской философии общепринята точка зрения, что «Талмуд — это щит диаспоры. Талмуд — это идеология рассеяния». Но «идеология рассеяния» транспонируется в космополитизм.
Олег Платонов пишет о «золотом веке советской власти» — то есть брежневском времени, самом тихом и умеренном под «большевиками»: «В то время в обществе существовали две силы. Одна сила хотела реформ в нашем национальном русле, а другая, и более многочисленная, хотела реформ в русле космополитическом».
«Космополитическом»! Запомним это понятие, потому что оно ключевое. Оно по определению противостоит национальному. Но космополитизм — только инструмент, который берут «враги». При этом самое поразительное, что для себя эти «враги» делают исключение. Для них космополитизм национальному началу не противостоит. Они особенные. В «Философии еврейской аномалии» еврейский теоретик С. Цирюльников пишет: «Особость, не имеющая себе аналога в мировой истории, что мы народ — сугубо национальный и космополитический в одно и то же время». А. Кучерский в «Еврейской парадигме» уточняет: «Наше самосознание было в целом и космополитическим, и элитарным». Ах, эти самовлюбленные еврейские «интеллектуалы», на всех инородцев смотрящие свысока!
Почитайте романы известного еврейского писателя и канонического носителя талмудической идеологии Лиона Фейхтвангера. Они у нас в советское время страшно популяризировались и переиздавались громадными тиражами. Ничего не имею против этого — сам люблю Фейхтвангера, чтобы понять еврейскую душу, регулярно перечитываю его «Еврея Зюсса», «Успех», «Семью Оппенгейм», «Иудейскую войну». Хотя для советской власти издавать яркого пропагандиста «западного космополитизма» при программной государственной борьбе с космополитизмом, которому противопоставлялся «советский интернационализм», выглядело несколько странным. Но тут, видимо, действовали советские двойные стандарты — я о них расскажу дальше весьма подробно и, надеюсь, кое-что нового приоткрою из бытия советской «контрпропагандистской» закулисы даже для самого искушенного читателя. Так вот. У Фейхтвангера еврей — это прежде всего гражданин мира. Герой «Иудейской войны» Иосиф пишет «Псалм гражданина вселенной»:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
