Значит правильно я ту адептку на самом первом занятии снегом засыпала! Теперь понятно, почему она на это даже не обиделась. Иначе бы её родителям доложили о плохом поведении дочери и нарушении правил. А, возможно, даже наложили бы штраф.
Старшекурсники же, кроме Криса, пребывали пока ещё в состоянии нестояния.
Ректор по каким-то причинам не желал принимать участие в этих огненно-ледяных развлечениях. И магистры-драконы тоже.
Но, по правде говоря, магистры, которые и сами драконы, оказались совсем уж старыми. Наверное, им было уже по пятьсот годовых кругов. Драконы же живут немного дольше представителей других рас.
Вот и эти, очевидно, с молодости заняли теплые местечки при академии, а пенсия-то по возрасту у них ещё не скоро. Вот и работают, наверное, здесь с древних времён. Преподают драконятам какую-то ерунду, вроде "самоконтроля" и "полного драконьего оборота". А сами уж и забыли, как дышать огнем. Или, может быть, считают это ниже своего достоинства.
Они даже и не заинтересовались этой ледяной проблемой! Хотя кто из знает, вдруг они за свою долгую карьеру и похуже шалости видели.
В конечном итоге, произведение ледяного искусства так и осталось украшением академии на неопределенный срок. Наверное, до первой проверки.
Устав пререкаться с Крисом, я все же задала ему один очень интересующий и беспокоящий меня вопрос:
— Тебя никто не видел, когда ты в одном покрывале до лаборатории бежал?
Кристиан даже рот открыл от удивления.
— А? Что? В каком покрывале? Зачем в покрывале?
Я сразу заподозрила худшее. Только как же он на это решился? Хотя от этого конкретного адепта и так можно было ожидать чего угодно, но все равно у меня даже руки похолодели от мысли о том, что неодетый Кристиан мог бежать из моих комнат в мою же лабораторию. Через всю академию.
Только как он дверь комнаты открыл? Она же была заперта. Неужели замок выломал? И теперь там проходной двор. Хотя нет, Персик чужих не пустит. Обороняться он умеет.
А лаборатория тоже, кстати, была заперта. Я теперь ни за что не оставлю лабораторию открытой, если она без моего присмотра.
А то мало ли кто ещё моими зельями захочет разжиться и с их помощью занятия словарь.
— Значит, ты сломал дверь в моих покоях? — на удивление спокойно уточнила я, смиряясь с неизбежным.
— Каких покоях? — переспросил Крис.
Какие же непонятливые пошли адепты. Вот то ли дело я. Я всегда всех понимала с полуслова.
— Как ты выбрался из моих комнат? Дверь сломал?
— Нет, — Крис пожал плечами. — У тебя же спальня в настоящей башне. Довольно высоко. Я просто-напросто выпрыгнул из окошка, превратился в дракона прямо в воздухе и полетел в свои апартаменты. Я ведь уже говорил тебе, что у меня из них выход прямо на крышу? Приземлился, превратился обратно, переоделся в запасную форму и пошел пешком на лекцию, как честный адепт. Я же не знал, что занятия отменят. Так-то я предпочел бы дождаться тебя. Кстати, я соскучился.
Неплохо он придумал с этим своим полетом за формой. В целом мне всегда очень импонировали молодые люди, которые способны самостоятельно решать свои проблемы.
Надеюсь только, что никто не видел, как раздетый адепт выпрыгивал из окна одной молодой, но перспективной преподавательницы.
Боюсь представить, как на такое отреагировали бы мои родители. И братья. И сестра.
Так как занятия на сегодня были отменены исключительно для драконов-старшекурсников, то дальше мой второй рабочий день пошел своим чередом.
Ну как чередом? Ни шатко, ни валко. Освобожденный от занятий по причине внезапной "болезни" всего своего курса, но отказавшийся приносить означенной академии пользу (в смысле, избавлять академию от всяких горок), Крис весь день маячил неподалеку от меня. То в коридоре ждал, то до комнаты провожал. Не знала, как уже от него отделаться.
После оборотней у меня была группа бородатых гномов, присланных по обмену из Академии Скалистых Гор. Та академия была расположена в соседнем, гномьем, королевстве.
Сначала я удивилась, зачем всем этим суровым мужикам знание зелий и трав (и вообще какие могут быть травы в пещерах), но потом поняла, что это вовсе не мужики, а юные девушки. Причем юноша-гном среди них в итоге оказался всего один.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ну вот такие они, настоящие гномки. Коренастые, плотного телосложения, серьезные и бородатые.
Это хорошо, что академия налаживает международные отношения, адептами меняется. Хоть что-то здесь правильное делают. Молодцы.
В учебном плане для гномов стояла тема: "Магические травы Зачарованного Леса".
Надо ли говорить, что о том, что мне нужно свериться с планом, я вспомнила только тогда, когда означенные гномки стали рассаживаться передо мной?
А учитывая, что я не сразу поняла, что группа состоит не из мальчиков, а из девочек, то поначалу чуть не оконфузилась перед заграничными гостями.
— Добрый день, джентльмены, — начала я. — Меня зовут магистр Вельяна Игнисберг.
Гномы некоторое время молча взирали на меня снизу вверх из-под кустистых бровей. А потом один из них выдал:
— Джентльмен у нас всего один. Но он вчера перепил браги, поэтому сегодня его не будет.
— Благодарю Вас, леди, — ничуть не смутившись выкрутилась я. — Так и напишу в журнале посещаемости "адепт отсутствует по болезни".
Да, надо было сразу этот самый журнал открыть. Имена-то у гномок оказались очень даже женские.
Но все обошлось. Гномки оказались грубоватые, но понимающие. А может быть, они просто привыкли к тому, что представители других рас их с мужчинами часто путают.
О травах Зачарованного Леса, хоть магических, хоть простых, я помнила крайне смутно и никакого нужного материала для адептов с собой не взяла, поэтому подумала-подумала немного и спросила гномок:
— Леди, а вам часто приходится бывать в Зачарованном Лесу?
— Нет, — замотали гномки головами. — Ни разу не были и даже не собираемся. Что нам там делать? Цветочки собирать? — фыркнули они.
— Отлично, — обрадовалась я. — В таком случае эту тему мы пропустим. И сегодня я лучше расскажу вам про очень важный и опасный ингредиент для зелий, магическое растение со сказочным названием "глаз быкозавра".
В конце-концов у нас же сейчас травознание, как никак. А про этот самый "глаз" я накануне как раз очень внимательно читала, когда мы искали, как помочь Крису. Так что иностранным адепткам я рассказала о нем очень подробно, со знанием дела. Тем более, травка-то и правда важная и нужная.
Вот я из-за своего невежества относительно этой травы вчера, например, знатно опростоволосилась.
Кажется, во время моего прочувствованного выступления гномки даже прониклись и поверили, что я нормальный магистр.
Рассказывая свою лекцию и наблюдая за гномками, старательно записывающими мои слова, я вдруг подумала — а только драконов способно превращать мое зелье или на гномов тоже может подействовать? На представителях других рас я ведь его ещё ни разу не испытывала. Вдруг в моей монографии нужно будет написать, на кого оно действует, а на кого не действует.
Но ректор, наверное, не одобрит дальнейшие эксперименты на адептах. Пожалуй, я лучше сама придумаю и напишу, какие у этого зелья свойства. В детстве в школе я всегда писала очень достойные сочинения. Ведь в монографии самое главное что? Чтобы было красиво и грамотно. Никто же не додумается это зелье на себе проверять. Отставят куда-нибудь на полочку и всё.
После занятия с гномками я вышла из дверей аудитории воодушевленная своим преподавательским успехом и готовая писать хоть тысячу монографий прямо сейчас.
И наткнулась на Криса. Он подпирал стенку в коридоре и лениво листал какой-то учебник.
— Ты чего домой не идёшь? — напустилась я на него. — Зачем ты меня караулишь?
— Вдруг тебя, то есть Вас, магистр Игнисберг, кто-нибудь обидит.
— Кто?! Эти прекрасные миролюбивые гномы?
Гномки как раз гуськом шли мимо нас, направляясь на другое занятие, и неодобрительно поглядывали на юного дракона. При ходьбе гномки слегка позвякивали. Так, словно под их формой были надеты металлические кольчуги.
