class="p1">
– Да как ты мог так поступить?! – Как я уже сказал, хотел урвать свою долю, воспользовавшись вами.
– Это ложь! Секретарь Чха, я же знаю, что ты не из таких!
– С чего ты так решила, а?
Сонхун горько улыбнулся.
– Я потерял родителей, когда был совсем маленьким. Переезжал от одних родственников к другим и в конце концов оказался в детском доме. Там я встретил председателя Кана, который приходил к нам волонтером. Он помог мне устроиться в «Сонун», а позже я смог окончить университет и начать жить по-человечески. Но в итоге я все так же просто выполняю чужие поручения. И тут судьба послала мне тебя. Единственную дочь председателя «Ёнджин». Думаешь, я просто без памяти влюбился в твою улыбку? Ты всерьез веришь, что мне от тебя ничего не было нужно?
– Именно так я и думаю. Я помню каждый твой взгляд в каждую из ночей, что мы провели вместе. Глаза не могут лгать.
– Ты еще так наивна…
– Нет. Я не наивна, просто хорошо тебя знаю, Сонхун.
– Неважно, что ты знаешь обо мне, Джин Ёнсо. Потому что весь остальной мир никогда с тобой не согласится.
– А какая разница, что думают остальные?
– Полагаешь, разницы нет? – Сонхун криво усмехнулся. – Прямо сейчас наши отношения влияют в том числе на твоих родителей. Важны ли мне остальные люди? Для меня только ты имеешь значение, Ёнсо. Разве это не очевидно?
– Тогда почему ты так себя ведешь?
– Именно поэтому. Ты слишком важна. И я не хочу видеть, как однажды ты отвернешься от меня.
– И поэтому ты решил отвернуться первым?!
– Да.
– Но почему?! Как тебе в голову вообще пришла такая глупость? Я никогда не собиралась бросать тебя! Жизнью клянусь! – Ёнсо схватила Сонхуна за руку. – Подумай еще раз, Сонхун. Я всегда буду рядом с тобой.
– Твой отец предложил немаленькую сумму.
– Но ты ведь откажешься, да?
– Нет, я возьму.
– Чха Сонхун!
– Возьму и…
Не дожидаясь, пока Сонхун закончит, Ёнсо открыла дверь и вышла из машины. А затем резко сорвалась с места и побежала – куда угодно, но подальше отсюда. Ей казалось, что Сонхун зовет ее, но она больше не хотела видеть его.
Ёнсо зашла в первый попавшийся бар и выпила – рюмку, еще одну. Она пила до тех пор, пока реальность не показалась ей чем-то иллюзорным.
Выйдя наконец из заведения, она едва переставляла ноги.
– Джин Ёнсо.
Ёнсо споткнулась, но кто-то ловко подхватил ее. Это был Сонхун. Он смотрел на нее таким же открытым и простым взглядом, как и всегда. Даже после того, как ее отец приказал им расстаться, как он уверенно сказал Ёнсо, что попросил за это деньги, Сонхун все еще смотрел на нее как всегда – уверенно и нежно. Казалось, что он напрочь позабыл об их недавнем разговоре.
Какой жестокий человек!
Ёнсо резко схватилась за грудь. Разрушительная душевная пустота мучительной болью пронзала ее израненное сердце.
– Почему? Почему ты пришел сюда?
– Я провожу тебя до дома, ты сильно напилась.
– А тебе какое дело?
– Ёнсо…
– Не лезь ко мне. И руки свои убери!
Ёнсо с силой оттолкнула Сонхуна.
– Простите, конечно, но я не стану вас слушать.
– А мне тогда с чего слушать того, кто только выполняет чужие поручения?
Сонхун замер.
– А что? Тебя это как-то ранит? Я задела твою гордость? – не унималась Ёнсо. – Мне так жаль тебя, бедняжка. Ты так настрадался за все эти годы. Откуда же мне, обласканной и избалованной девице, знать, что ты чувствуешь? Почему бы тебе просто не признаться, что ты наслушался всякой мерзости от моего отца и решил сдаться? Тебе просто не хотелось и дальше выслушивать оскорбления в свой адрес! – прокричала Ёнсо и усмехнулась. – Попросил денег? Ты? Так я и поверила! Лучше бы сказал все как есть! Твою гордость задели, самоуважение растоптали! Хотя, нет, лучше бы и вовсе сказал, что разлюбил меня, мерзавец!
– Джин Ёнсо!
– Что? Я права, и тебе неприятно?
– Джин Ёнсо!
– Не хочу даже голос твой слышать! – прошипела Ёнсо и вновь толкнула Сонхуна. – Да почему ты такой спокойный, черт возьми? Почему у тебя на глазах ни слезинки, хотя ты бросил меня? Да, я любила тебя сильнее. Признаю. И что с того?! Но я сказала тебе тогда и повторю еще раз: я не стану от тебя отворачиваться. Лучше уж умереть! – бросила Ёнсо и неспешно поплелась по пешеходному переходу.
Сонхун широко открыл глаза и рефлекторно сделал шаг вперед.
– Джин Ёнсо!
Издалека виднелись фары приближающейся машины.
Ёнсо шагала очень медленно – возможно, потому что выпила слишком много – да и одета была во все темное. Похоже, водитель ее не видел, поэтому даже не пытался остановиться.
– Нет! Джин Ёнсо-о!
Сонхун бросился вперед.
Послышался громкий визг шин. И крик. Перед полуприкрытыми глазами Ёнсо возникло лицо упавшего на асфальт Сонхуна.
* * *
«Посещение запрещено». Ёнсо долго смотрела на табличку, а затем медленно прислонилась к холодной стене возле больничной палаты и сползла вниз. Из-за нее Сонхун сейчас лежал там, но она даже не могла войти внутрь и увидеть его. Произошедшее никак не укладывалось в голове, все мысли спутались в один беспорядочный клубок.
– Это все из-за папы… – всхлипнула Ёнсо. – Нет, из-за меня.
Она обессиленно уронила лицо на руки и разрыдалась. Затем послышался скрип открывающейся двери и из палаты вышла медсестра. Ёнсо тут же подскочила на ноги.
– Он еще не очнулся? – встревоженно поинтересовалась она.
– Уже в сознании.
– Тогда могу ли я войти?
– Простите, но… – Медсестра смущенно улыбнулась. – Пациент не готов к посетителям.
– С-скажите ему, что это Джин Ёнсо.
– Он не хочет никого видеть, – сухо ответила медсестра и просто прошла мимо. Ёнсо рухнула на колени.
– Ну да… Я и сама не хотела бы себя видеть. Из-за меня…
Не успела Ёнсо договорить, как ей в голову пришла идея. Она начала словно сумасшедшая рыться в сумке, затем достала мобильный и нажала пару кнопок.
– Алло. Ёнсо, ты? – из трубки послышался голос председателя Джина.
– Да, папа, это я.
– Куда ты ушла такой поздней ночью? Тебя мама ищет.
– Что вы такого ему наговорили?
– Ему – это кому? – непонимающе переспросил отец.
– А вы как думаете – кому?! – завопила Ёнсо, не в силах сдерживаться.
– Девчонка, ты чего так орешь? Я же оглохну.
– Разве сейчас это важно? Человек пострадал!
– Что? О чем ты? Кто пострадал?
– Как это «кто»? Мой парень, которого вы заставили расстаться со мной. Чха Сонхун!
– Что? Он пострадал?
– Да!
– Вот как?
– Вот как? Я говорю, что человек
