щеки Хари.
– Скажи это снова.
Лицо Хари стало пунцовым.
– Чего ты хотела?..
– Встречаться… – прошептала она, отводя взгляд. – Хотела с вами встречаться…
Он улыбнулся. Самой смертельно сексуальной улыбкой в мире. Улыбкой, что обезоруживает и лишает всяких сил к сопротивлению. Улыбкой, которая пронзает сердце, словно острый клинок.
Неужели Хари так тянет к нему только из-за внешности? Сейчас она чувствовала себя такой беспомощной… Нет! Син Хари не такая.
– Просто встречаться, – решительно проговорила она. – А не выйти замуж.
– Вот незадача… – с сожалением протянул Тхэму.
Хари нахмурилась.
– Вы что, разочарованы?
– Нет.
«Но почему тогда он отводит взгляд?»
– А мне кажется, что разочарованы.
– Я не разочарован.
– Эй, я же вижу, что да.
– Нет, – упрямо повторял Тхэму.
Хари деловито скрестила руки на груди и прищурилась.
– Так не пойдет.
– О чем вы?
– Я едва не расчувствовалась, когда вы сказали, что увидели во мне свою судьбу. Совсем немного.
– Немного? – переспросил Тхэму, изумленно приподняв бровь.
– Ладно, очень сильно.
– Хм.
Тхэму удовлетворенно кивнул, словно так и должно быть, а Хари замотала головой.
– Но, президент… Мне нужны доказательства.
– Какие?
– Доказательства того, что вы действительно хотите жениться именно на мне, а не просто вступить в брак.
– Аха, это же так просто, – воодушевленно начал Тхэму. – Если я женюсь на вас, Син Хари…
– Какое-то время! – Хари резко перебила его. – Не упоминайте о браке. Вообще.
– Что?..
– Совсем. До тех пор, пока я сама не подниму эту тему.
– Н-но…
– Если вы с этим не справитесь!.. – Хари подняла голову и приблизила свое лицо к лицу Тхэму. – Буду считать, что вы хотите просто жениться, а не жениться на мне. Стану думать, что все ваши слова о судьбе – ложь и вы просто выбрали меня для достижения своей первоначальной цели!
Сейчас Хари казалась Тхэму еще более милой, чем обычно. Он смотрел на нее с нескрываемой нежностью, но она в ответ лишь сильнее насупилась.
– Чего молчите?
– Понял, – мягко ответил он. – Я сделаю это.
– Точно поняли?
– Точно.
– Что-то не слышу искренности!
– Это все потому, – едва слышно начал он, – что ваше лицо слишком близко. – А затем и вовсе перешел на шепот.
– Что?..
Хари собиралась сделать шаг назад, но Тхэму снова положил руки ей на щеки и посмотрел прямо в глаза.
– Ваши губы, если быть точнее, – хриплым голосом заключил он, глядя на Хари бесконечно любящими глазами, а затем резко поцеловал.
Губы Тхэму были теплыми и мягкими, а поцелуй – настойчивым, и вскоре Хари уже не могла сопротивляться. Постепенно она начала отвечать. Напряжение росло. Тхэму нежно покусывал ее влажные губы, а затем проходился языком по свежим ранам. Их тела переплетались, а поцелуй становился все глубже, грубее. Казалось, что жар от их сердец вот-вот испепелит их изнутри.
* * *
Бах!
Дверь кабинета председателя Джина распахнулась.
– Кто здесь? Кто посмел так грубо!.. А? Председатель Кан?
Старик стоял в дверях с тростью в руке. Выглядел он внушительно и величественно. Выражение лица отца Ёнсо, который пару секунд назад был готов рвать и метать, вмиг сменилось каменной маской, а затем смягчилось. Мужчина быстро подскочил с места и заговорил:
– Председатель Кан, это вы?
– Верно, председатель Джин. Как ты поживаешь?
– Все хорошо, спасибо! Но что привело вас сюда?
– Кхм! – громко кашлянул председатель. – Хочешь, чтобы старик так и продолжал стоять на пороге?
– Н-нет, конечно. Скорее проходите. Однако…
Вслед за председателем в кабинет вошли Ёнсо и Сонхун. Председатель Джин выглядел озадаченным.
– Ёнсо? И еще ты?
– Где можно сесть? – прервал его старик.
– К-конечно же, во главе стола, – затараторил господин Джин, проводя председателя Кана к месту, которое обычно занимал сам. – Проходите, пожалуйста. П-присаживайтесь.
Ёнсо и Сонхун на мгновение озадаченно переглянулись.
– Господин Кан сильно помог мне в тяжелые времена в прошлом, – пояснил председатель Джин, а затем добавил, пристально глянув на Сонхуна: – Для раненого ты больно хорошо выглядишь.
– Большая удача, что он не сильно пострадал, – вмешался председатель Кан. – Ты сейчас что, насмехаешься над ним?
Председатель Джин тут же помотал головой.
– Нет-нет. О чем вы? Но… Зачем он здесь?..
– Познакомься, это мой внук, – спокойно заключил старик.
– Что-о?! – одновременно воскликнули все трое.
– Ч-что значит «внук»? – отозвалась Ёнсо.
– Председатель? – неуверенно вмешался Сонхун.
– Так он ваш внук? – удивленно воскликнул отец Ёнсо.
Хотя реакции и отличались.
– Давайте для начала все сядем.
Все трое заняли места за столом и с любопытством посмотрели на председателя Кана.
– У меня был внебрачный сын. Так вот, этот парень – его сын.
– А?
– Так и думал, что ты удивишься, если я это скажу, – мягко продолжил председатель Кан. – Но в действительности все не так.
Председатель Джин нахмурился. Сонхун знал, как любит шутить председатель Кан, поэтому происходящее воспринял вполне спокойно.
– Слышал, ты назвал парня, который мне все равно что внук, сиротой безродной? – мрачно поинтересовался старик.
– Нет, это…
– А ты случайно не забыл, кто помог тебе, когда ты кое-как барахтался, пытаясь поднять с колен компанию после смерти отца, который оставил тебя круглым сиротой?
– Это были вы, председатель.
– Верно. Разве я тогда смотрел на тебя свысока, потому что ты сирота?
– Н-нет.
– Да и я сам сирота, по правде сказать. Мои родители умерли рано, и вот уже пятьдесят лет я живу без них. Выходит, и меня будешь оскорблять?
– Что вы такое говорите?! – воскликнул председатель Джин. – Как я могу так поступить с вами…
Бам!
Председатель Кан ударил тростью по столу.
– Тогда как ты смеешь смотреть свысока на парня, который мне как родной внук?
– Нет, я вовсе не…
– Когда ты умрешь, твоя дочь тоже останется сиротой! Ты жив лишь по счастливой случайности! Никто не знает, сколько ему уготовано! Если бы мать и отец этого парня не скончались, он был бы в том же положении, что и твоя дочь.
– Так-то оно так, но… – замялся председатель Джин. – У него же ни кола ни двора, а он позарился на мою дочь…
– Позарился?! – не выдержал старик. – А что твоя дочь?! А?!
Бам! Бам!
Кончик трости с глухим стуком опустился на колено председателя Джина – один раз, затем второй. Ёнсо пришлось подавить смешок, когда она увидела, как ее отец ойкает, пытаясь увернуться от очередного удара. Но Сонхуну было не до смеха – он внимательно смотрел на председателя Кана.
– Это я могу сказать, что мой внук обладает не только прекрасным характером, но и внешностью, трудолюбием и далее по списку! Так как вообще твоя дочь смеет на него заглядываться? На нашего секретаря Чха!
– Что-о?! – возмутился председатель Джин. – А что не так с
