class="p1">А Рада тем временем испепеляет взглядом свою болтливую подругу. Потому что теперь Раде не отвертеться и не выкрутиться.
Это мой ребёнок. Мой сын!
— Почему ничего не сказала?
— Зачем? Чтобы его все стыдились?
— о чём ты говоришь, Рада? Разве я тебя когда-нибудь стыдился?
— Да. Ты постоянно мне об этом говорил. Говорил о репутации, о том, что о нас подумают, как примут новость мама и папа.
Алеся переводит взгляд с меня на подругу и обратно. Пытается понять, о чём мы говорим.
— Я это всё говорил, чтобы предотвратить нашу близость. Но когда всё случилось, я был готов вести тебя к родителям и всё им рассказать. Но ты сбежала.
— Извини, но я не обладаю навыком телепатии, — повышает голос Рада.
Делаю шаг ей навстречу, мне хочется обнять её прижать к себе и сломать глухую оборону, которую она выстроила вокруг себя.
— Иди сюда малыш. Теперь я тебя никому не отдам. Плевать, если даже ты живёшь с другим.
Хоть она и отступает назад, но я насильно обнимаю её и прижимаю к себе.
— Так, она со мной живёт, — снова влезает Алеся.
— Значит, нет никакого парня, с которым она живёт? Ты мне наврала?
— Какая тебе разница. Я не хочу быть с тобой.
— Разлюбила? — с усмешкой спрашиваю я, а внутри всё замирает в ожидании ответа.
— Да. Разлюбила, — шепчет злобно.
Прижимаю её к себе ещё сильнее. Мне абсолютно всё равно на её подругу, на то, что она упирается ладонями мне в грудь. Как же я соскучился по этим губам, по её неукротимому характеру, который хочется всё время укротить.
Впиваюсь с жадностью в её губы. Доказываю, что она моя и больше ничья. Рада пытается сопротивляться, сжимает зубы, не подпускает. Но оборона не выдерживает и десяти секунд. Она отвечает на поцелуй с не меньшей страстью. Она сладкая, от неё кружит голову как от крепкого виски. И пусть она говорит что хочет, её реакция намного искреннее. Ей я доверяю больше.
Когда мы прекращаем поцелуй, сердце, как бешеное стучит о грудную клетку. Мы оба дышим, будто пробежали марафон.
— Я люблю тебя Рада. Жаль, что не сказал тебе об этом раньше.
— Любишь? — как эхо повторяет она и смотрит на меня непонимающе.
— Люблю. И за последние два года понял это окончательно. Завтра же едем домой, и я рассказываю обо всём родителям.
— Я не могу.
— Почему?
— Потому что у меня работа, обязательства сдачи заказа в срок.
Рада работает? Почему меня это удивляет? ведь она как-то жила без меня. Значит, работала и сама себя содержала.
— Вы так и будет стоять в коридоре и таращиться друг на друга? Время уже встречать Новый год, а мы ещё старый не проводили, — слышу голос Радиной подруги и заставляю себя оторваться.
— Вы останетесь с нами на Новый год, Тимофей?
И хоть у меня в планах стояла вечеринка с партнёрами, я забиваю на неё. Сейчас мне совершенно всё равно. Да, скорее всего, они и не заметят моего отсутствия.
— Если приглашаете, останусь, — смотрю на Раду и, наконец, вижу улыбку на лице.
— Тогда давайте быстрее к столу.
Из комнаты доносится плач Димы, и мы бросаемся все туда. Он стоит и обнимает толстую пятнистую кошку, которая яростно пытается вырваться из его крепких объятий.
— Машка, вот чего ты не убегала от Димки, — ворчит на кошку Рада и пытается высвободить её из рук сына.
А я встаю перед сыном на колени и протягиваю шоколадную конфету.
Он видит её и неуклюже шлёпает по полу, радостно лепеча. Мой восторг и удовольствие не передать словами. Сегодня я совершенно случайно узнал, что являюсь отцом. И это самый приятный момент. Но расстраивает мысль, что я не видел, как Рада была беременна, не заботился о ней, когда она капризничала и не волновался во время родов.
Радует та мысль, что уж вторую беременность я точно буду рядом.
Маню к себе пальцами сына и он подходит ко мне без страха.
Беру его на руки и прижимаю к груди.
Волна нежности охватывает меня. Маленькое почти невесомое чудышко сидит на моих руках и теребит толстую серебряную цепь. Поднимаю глаза от сына и вижу, как две пары увлажнившихся глаз смотрят на меня.
Волнительный момент для всех. И это мой самый лучший подарок на Новый год.
Глава 20. Самый лучший подарок
Смотрю на сынишку, а от счастья сердце в груди трепещет. И где-то под рёбрами ёкает. Тимофей с Димкой так классно смотрится, что я глаз не могу оторвать. А Димка будто сразу почувствовал Тимофея. Он мальчик застенчивый, не сразу пойдёт к незнакомому человеку, а сейчас пошёл с радостью.
Кто бы мог подумать. Рассказали бы — не поверила, пока не увидела.
С трудом отвожу глаза и иду приводить себя порядок, хотя бы немного. Потому что времени почти не осталось.
Быстро накидываю платье. Оно приталенное, прозрачная ткань обшита пайетками. Когда я его покупала, мне хотелось чего-то яркого и праздничного, а теперь смотрю на себя в зеркало и сомневаюсь.
Не чересчур ли?
А, всё равно. Не понравится, потом переодену.
Волосы закручивать уже некогда. Просто распускаю их, сбрызгиваю спреем, расчёсываю и уже не всё так страшно. За время беременности они у меня отросли до середины спины. И больше я их не стригла.
Быстро подкрашиваю глаза, губы. Сбрызгиваю капелькой духов и выхожу.
Тимофей с Димой уже сидят за столом. Алеся поставила дополнительные приборы для него.
— Может, я Диму спать уложу сначала? — спрашиваю я.
— Садись. Я сам уложу.
Тимофей встаёт со своего места и начинает потихоньку укачивать сынишку. Тот ещё немного сопротивляется, но начинает зевать и тереть глаза. По телевизору идёт “Ирония судьбы”, Алеся любит этот фильм. А я смотрю на Тима и наслаждаюсь тем, что вижу. Он очень красивый. Особенно сейчас, когда снял пиджак, закатал рукава. При каждом движении рубашка натягивается, облепляя мускулы и идеальное тело. Я скучала по нему. И даже немного завидую Димке, что ТИмофей держит его, а не меня.
Не проходит и пяти минут, как Дима засыпает. Я встаю со своего места и веду ТИма в свою комнату, чтобы показать, куда его положить.
В комнате темно, включаю маленький ночник, чтобы видеть очертания сына. Разворачиваюсь и попадаю в капкан рук.
— Может, встретим Новый год как последний раз, в постели? — шепчет мне на ухо и наклоняется, прикасается к губам.
Как же давно я не чувствовала его губ, кажется, это было
